[{{mminutes}}:{{sseconds}}] X
Пользователь приглашает вас присоединиться к открытой игре игре с друзьями .
Роботы и империя
(0)       Используют 7 человек

Комментарии

Ни одного комментария.
Написать тут
Описание:
Айзек Азимов Цикл о роботах и об Основании. Книга 4. Роботы и империя
Автор:
Toshus
Создан:
до 15 июня 2009 (текущая версия от 21 апреля 2011 в 09:33)
Публичный:
Да
Тип словаря:
Книга
Последовательные отрывки из загруженного файла.
Содержание:
1507 отрывков, 674837 символов
1 Айзек Азимов
Роботы и Империя
Часть первая
Аврора
Глава первая
Потомок
1
Глэдия пощупала шезлонг на лужайке и, убедившись, что он не слишком влажный, села. Одним прикосновением к кнопке она установила шезлонг в полулежачее положение, другим включила диамагнитное поле, что, как обычно, дало ей ощущение полного покоя. Она буквально парила в сантиметре от кресла.
Была теплая ласковая ночь, одна из лучших, что бывают на Авроре, — благоухающая и звездная.
2 Неожиданно погрустнев, она принялась разглядывать звездный узор на небе; крохотные искорки стали ярче, потому что она велела уменьшить освещение в доме.
Однако сколько же их! — поразилась Глэдия: за все двести тридцать лет своей жизни она никогда не интересовалась их названиями и никогда не отыскивала на небе ту или иную звезду. Вокруг одной из них кружилась ее родная планета Солярия, до тридцати пяти лет Глэдия называла эту звезду солнцем.
3 Когда-то Глэдию называли Глэдией с Солярии. Это было двести обычных галактических лет назад, когда она появилась на Авроре, и означало, что к чужестранке относятся не слишком дружелюбно.
Месяц назад исполнилось двести лет со дня ее прибытия, но она не отметила это событие, потому что вспоминать о тех днях не хотелось. Тогда, на Солярии, она была Глэдией Дельмар.
Глэдия недовольно шевельнулась. Она почти забыла свое первое имя — то ли потому, что это было так давно, то ли просто старалась забыть.
4 Все эти годы она не жалела о Солярии, не скучала по ней.
Сейчас она совершенно неожиданно осознала, что пережила Солярию. Солярия исчезла, ушла в историю, а она, Глэдия, все живет. Не потому ли она скучает по планете?
Она нахмурилась. Нет, она не скучает. Ей не нужна Солярия, она вовсе не хочет возвращаться.
Это просто странное сожаление о том, что было частью ее, хотя и неприятной, а теперь ушло.
5 Солярия! Последний из Внешних миров, ставший домом для человечества. И по какому-то таинственному закону симметрии он должен был погибнуть первым. Первым? Значит, за ним последует второй, третий и ... Глэдия опечалилась еще больше. Кое-кто предполагал, что так и будет.
Значит, Авроре, ставшей ее домом и заселенной первой из Внешних миров, по тому же закону симметрии суждено умереть последней из пятидесяти планет.
6 Вполне возможно, что это случится еще при жизни Глэдии. А что тогда?
Она снова устремила взгляд к звездам. Нет, это безнадежно: она не сможет определить, какая из этих светящихся точек — солнце Солярии. Она почему-то думала, что оно ярче других, но на небе сверкали сотни одинаковых звезд.
Она подняла руку и сделала жест, который про себя называла «жест-Дэниел». Правда, было темно, но это не имело значения.
7 Робот Дэниел Оливо немедленно очутился рядом. Те, кто знал его двести лет назад, когда он был сконструирован Хеном Фастольфом, не заметили бы в нем никаких перемен. Его широкое, с высокими скулами лицо, короткие волосы цвета бронзы, зачесанные назад, голубые глаза, хорошо сложенное человекоподобное тело не менялись; робот всегда выглядел молодым.
— Могу быть вам чем-нибудь полезен, мадам Глэдия? — спросил он.
8 — Да, Дэниел. Какая из этих звезд солнце Солярии?
Дэниел даже не взглянул на небо.
— Никакая, мадам. В это время года солнце Солярии поднимается в три двадцать.
— Разве?
Глэдия смутилась. Она почему-то решила, что любая заинтересовавшая ее звезда должна быть все время видна на небе. Конечно же, они поднимаются в разное время — ведь она это прекрасно знает.
— Значит, я зря искала?
Дэниел попытался ее утешить:
— Люди говорят, что звезды прекрасны, даже если их не видно.
9 — Говорят, — с досадой проворчала Глэдия.
Она нажала на кнопку — спинка шезлонга поднялась — и встала.
— Не так уж мне хочется видеть солнце Солярии, чтобы сидеть здесь до трех часов.
— В любом случае вам понадобилась бы подзорная труба.
— Труба?
— Невооруженным глазом ее не видно, мадам Глэдия.
— Час от часу не легче! Мне следовало бы сначала спросить у тебя, Дэниел.
Тот, кто знал Глэдию два столетия назад, когда она впервые появилась на Авроре, нашел бы в ней перемены.
10 В отличие от Дэниела, она была человеком. Ростом сто пятьдесят пять сантиметров — на десять сантиметров ниже идеального роста женщины Галактики.
Она следила за собой и сохранила стройную фигуру. Однако в волосах серебрилась седина, вокруг глаз лежали тонкие морщинки, кожа немного увяла. Она могла бы прожить еще сто, сто двадцать лет, но сомнений не было: она уже не молода. Но это не беспокоило ее.
 

Связаться
Выделить
Выделите фрагменты страницы, относящиеся к вашему сообщению
Скрыть сведения
Скрыть всю личную информацию
Отмена