[{{mminutes}}:{{sseconds}}] X
Пользователь приглашает вас присоединиться к открытой игре игре с друзьями .
В. Пикуль "Барбаросса"
(0)       Используют 8 человек

Комментарии

abianco 9 августа 2013
хорошая книга; я еще 10к накину первому набравшему
Креслоноцец 9 августа 2013
"...собрал высщих офицеров вермахта;... " в конце 293 отрывка. Вероятно должно звучать как: "...собрал высших офицеров вермахта;... ".
ТОМА-АТОМНАЯ 11 мая 2013
традиционно, первому набравшему книгу - 5к.
Написать тут
Описание:
Сталинград – это не просто город на Волге, символ нашей Победы. Это еще и главный военно-политический фактор Второй мировой войны; его влияние сказалось на всем ходе истории человечества. Героической и трагической Сталинградской битве посвящен роман-размышление «Барбаросса»
Автор:
ТОМА-АТОМНАЯ
Создан:
11 мая 2013 в 17:54 (текущая версия от 11 мая 2013 в 17:54)
Публичный:
Да
Тип словаря:
Книга
Последовательные отрывки из загруженного файла.
Содержание:
2437 отрывков, 1172318 символов
1 Сталинград – это не просто город на Волге, символ нашей Победы. Это еще и главный военно-политический фактор Второй мировой войны; его влияние сказалось на всем ходе истории человечества. Героической и трагической Сталинградской битве посвящен роман-размышление «Барбаросса» – первый том последней, незавершенной дилогии «Площадь Павших борцов» Валентина Пикуля. Написать второй том автор не успел – здоровье оказалось подорванным многолетней работой на износ.
2 Валентин Саввич честно признавался, что не считает себя вправе приглашать читателей в «окопы Сталинграда», ибо сам в них не бывал. Но как сын героя Сталинграда, как писатель-историк и участник войны (соловецкий юнга) он не мог пройти мимо грандиозных событий на великой русской реке.
Валентин Пикуль Барбаросса Роман-размышление
Светлой памяти отца,
Саввы Михайловича Пикуля,
который в рядах морской пехоты погиб в руинах Сталинграда, –
с сыновней любовью посвящаю
НАЧИНАТЬ ЛУЧШЕ С КОНЦА
Последний самолет из Сталинграда...
3 самый последний!
6-я армия Паулюса давно потеряла аэродромы в Питомнике и Гумраке; трехмоторный Ю-52 с трудом оторвался от земли – среди гиблых воронок, обгорелых грузовиков и штабных автобусов, забитых окоченевшими трупами. Чтобы скорее уйти от огня зениток, пилот слишком резко набрал высоту, при этом мешки с полевой почтой сами по себе откатились в хвост фюзеляжа... Перегруженную машину трясло от близких разрывов, осколки часто барабанили в корпус.
4 Штурман прогорланил:
– Это развлекаются русские девки, которых Сталин соблазнил зенитками, вот они и лупят. Поверьте: лучше было десять раз пролететь над Тобруком или Мальтой, нежели один раз над русскою Волгою...
Ю-52 еще недавно снабжал армию Роммеля в Африке и потому летел над заснеженной степью – желтый, как заморский попугай, замаскированный под цвет пустынь Киренаики. Штурман велел радисту передать в Полтаву, что «воздушный мост» 6-й армии Паулюса разрушен, пусть никто не вздумает повторить их опыт: они последние! Радист сообщил:
– Сальск уже не принимает, садимся в Новочеркасске.
5 Не знаю почему, но это – личное распоряжение Геббельса.
– Геббельс? – удивился пилот. – Но с каких это пор министр пропаганды стал вмешиваться в дела военных?
– Сам дьявол в делах Берлина не разберется...
На аэродроме в Новочеркасске самолет ожидала команда полевой жандармерии и служба войсковой почты. Семь мешков с последними письмами последних солдат «крепости Сталинград» шмякнулись на снег. Теперь предстояла проверка пассажиров, улизнувших из Сталинграда.
6 Раненых из котла давно не вывозили. Покидающие котел должны были иметь разрешение на вылет, заверенное лично Паулюсом или начальником его штаба Артуром Шмидтом. Но была еще спасительной для счастливцев справка о тяжелой болезни за подписью генерала-профессора Отто Ренольди – главного врача окруженной армии. Среди пассажиров Ю-52 только один капитан улыбался, почти блаженно. Остальные – как выходцы с того света.
7 Впрочем, хлопот жандармерии они не доставили: кинооператор из ведомства Геббельса с отснятой пленкою, немощный генерал с камнями в печени, инженер по наладке станков, знания которого в котле оказались лишними, зубной техник, инспектор метеослужбы, два священника и прочие. Дошла очередь и до капитана, о принадлежности которого к войскам связи можно было судить по желтым петлицам...
Блаженная улыбка еще не покинула его лица.
8 – Сейчас, сейчас, – пугливо говорил он, ковыряясь в обширном бумажнике. – Генерал Шмидт даже настаивал на моем вылете. Не могу найти! Куда я засунул эту справку?
– Причина вылета? – спросили жандармы.
– Специалист по штабным телетайпам.
– Это профессия, но это не причина.
– Мне обещано место в гарнизоне Кракова.
– Тоже не причина. Может, вы ранены?
– Нет... Впрочем, нуждаюсь в операции.
– Тогда где же справка генерала Ренольди?
9 – Ренольди меня осматривал, но я...
– Ясно, – сказал офицер полевой жандармерии, и на его груди качнулась большая бляха с № 3307. – Отойдите.
– В сторону... быстро! – заорали жандармы.
Только теперь капитан все понял, и улыбка блаженства сменила серая, как гипс, маска ужаса.
– Не надо... прошу вас, – бормотал он, становясь жалким. – Клянусь... у меня жена... трое детей! Вот они...
Он загораживался фотографией трех кудрявых детишек.
10 Его расстреляли под «брюхом» самолета, который медленно докручивал в морозном воздухе последние обороты пропеллеров. Большие жирные вши ползали на застывающем трупе.
Жандарм под № 3307 еще передернул затвор «шмайссера».
– Когда же это кончится? – сказал он...
Через пять дней все кончилось: Паулюс капитулировал.
* * *
Был объявлен трехдневный траур. Театры, рестораны и даже пивные закрыли. Берлинское радиовещание транслировало траурные марши Бетховена; жутко было от мощного вздрагивания оркестров – в «Гибели богов» Вагнера.
 

Связаться
Выделить
Выделите фрагменты страницы, относящиеся к вашему сообщению
Скрыть сведения
Скрыть всю личную информацию
Отмена