| 1 |
Глава III ВЕЧЕР В БАСТИЛИИ В благословенном 1745 году Бастилия вздымала свои толстые стены на том месте, где теперь сооружена Июльская колонна. Защищенная высокими серыми башнями, тяжелые силуэты которых резко вырисовывались на горизонте пригорода Сент Антуан, она служила государственной тюрьмой. Ее темные камеры глотали без различия людей всех сословий и состояний — сельских жителей и буржуа, чиновников и господ высокого положения, которых секретные приказы погребали там, бывало, до конца их жизни. |
| 2 |
Но если господа, благодаря деньгам, еще могли получить некоторые льготы и почти комфортабельные условия существования, то бедные люди гнили во тьме сырых и грязных нор, где бегали крысы, любящие потемки. Крошечные окошки, забранные толстыми железными решетками, двери, обитые железом, делали невозможным, или почти невозможным, побег оттуда. Там был многочисленный гарнизон, и стоящий над ним смотритель тюрьмы, вполне сознающий свою ответственность, неусыпно следил за тем, чтобы стража была особенно бдительной. |
| 3 |
Экю заключенных, родовитых и имеющих деньги, попадали в мошну барона де Шатильон, который был хозяином Бастилии, и если этот видный чиновник сторожил своих важных подопечных достаточно добросовестно, чтобы они не улетели оттуда, то все же обращался с ними с утонченной любезностью и часто, иногда даже несколько раз в неделю, приглашал их за свой стол. Такие праздники происходили регулярно. Барон приглашал на них даже благородных дам, не относящихся к заключенным. |
| 4 |
При этом вокруг стола с отличными блюдами и винами вовсе не витал дух печали, и если бы не некоторая суровость убранства, служащего рамкой для этих дружеских трапез, то трудно было бы даже поверить, что они происходят в одном из самых мрачных застенков его Величества. В этот вечер барон де Шатильон собрал самых избранных из своих пленников. Десяток господ весело болтал, сидя перед блюдами с изысканной пищей. |
| 5 |
Вино текло в венецианские бокалы, и дамы в великолепных туалетах, заслонясь и помахивая веерами, слушали забавную болтовню галантных кавалеров. Лакеи стояли за стульями своих господ, одетые в их ливреи, и помогали лакеям, одетым в ливреи хозяина тюрьмы. Толщина стен, шум и говор праздника, немноголюдного, но очень оживленного, звон чокающихся друг о друга бокалов заглушали стоны несчастных заключенных низшего ранга, умирающих от голода и холода в жутких темных кельях. |
| 6 |
Вдруг господин де Ведь, богатый откупщик налогов, имевший несчастье чем то не угодить фаворитке короля и платящий за ее немилость пребыванием в Бастилии, сказал барону: — Господин начальник, расскажите нам что нибудь о ваших новых жителях. — Да, да! — хором подхватили дамы, живо заинтересовавшись новой темой. — Мы хотим знать светскую хронику Бастилии! — Хорошо, сударыни, — ответил попечитель тюрьмы, — я вам расскажу об одном из самых достойных «новичков», хотя он и не очень высокого происхождения. |
| 7 |
Это — драматург по фамилии Фавар. — Фавар? Но он — очаровательный! — воскликнула одна из оперных актрис. — Я его хорошо знаю. Он — самый тонкий и самый умный из современных поэтов, и находится в тюрьме потому, что маршал Саксонский влюблен в его жену. Об этом говорит весь Париж! — Господин де Шатильон, — добавил господин Вель, — надо, чтобы вы нам представили заключенного Фавара. Он не откажется, — я уверен — почитать свои стихи. |
| 8 |
Такая интермедия была бы прелестна. И наши дамы, не сомневаюсь, сочтут за праздник возможность его послушать. Не лишайте нас, пожалуйста, такого изысканного удовольствия! Барон подозвал знаком одного из лакеев, который тут же поспешно отправился к дежурному за ключами того отдела тюрьмы, где содержался взаперти драматург, и дежурный, поскольку приказ исходил от самого начальника, без всяких возражений зашагал к камере писателя. |
| 9 |
В тот момент Бастилия была переполнена заключенными. Секретные приказы сыпались градом, и теснота в крепости дошла до такой степени, что в ней заключенных уже приходилось селить по двое — по трое в одной камере. Поэтому и Фавар приобрел соседа, товарища по несчастью. Это был человек пожилого возраста, по поведению благополучный буржуа, но одетый в такое рваное и заношенное платье, такой небритый и нечесанный, что был похож на бродягу. |
| 10 |
Этот человек был наш старый знакомый — не кто иной, как управляющий маркиза Д'Орильи, Тарднуа. Он, действительно, продав большую часть недвижимости, принадлежавшей его хозяину, скрылся в Голландии. Но однажды, по причинам, столь же важным, сколь и таинственным, он сделал попытку пересечь границу Фландрии, на которой стояли французские войска; его остановил и арестовал патруль и, поскольку он путешествовал без паспорта, а его объяснения не показались патрульным убедительными, полевая полиция, после краткого допроса, при котором он остерегся открыть свое настоящее имя, отправила его в Бастилию, где ему грозило остаться надолго, так как судебные власти не торопятся, а наиболее важные случаи входят в компетенцию магистратуры, что еще затягивает разбирательство. |
| |
… |
Комментарии