| Имя ветра Ротфусс |
| 1 | Патрик Ротфусс Имя ветра Моей матери, которая научила меня любить книги и открыла мне двери в Нарнию, Перн и Средиземье И моему отцу, который научил меня правилу: если собираешься что-то сделать, не торопись и сделай это хорошо. БЛАГОДАРНОСТИ Я благодарю всех читателей моих первых набросков. Вас слишком много, чтобы назвать поименно, но не слишком много, чтобы всех вас любить. Я писал благодаря вашей поддержке. |
| 2 | Продолжал совершенствоваться благодаря вашей критике. Если бы не вы, я бы не победил на конкурсе «Писатели будущего». Если бы не проводившиеся там семинары, я бы никогда не встретился с Кевином Дж. Андерсоном. Если бы не его советы, я бы никогда не оказался у Мэтта Байалера, лучшего из литературных агентов. Если бы не его наставления, я бы никогда не продал эту книгу Бетси Уолхейм, любимому издателю и президенту «DAW Books». |
| 3 | Если бы не она, вы не держали бы сейчас эту книгу в руках. Возможно, я написал бы что-то похожее, но этой книги не существовало бы. И наконец, я благодарю мистера Бохейджа, моего учителя истории в старших классах. В 1989 году я обещал упомянуть его в своем первом романе. Держу свое обещание. ПРОЛОГ ТРЕХЧАСТНАЯ ТИШИНА Наступила ночь. Трактир «Путеводный камень» погрузился в тишину, и складывалась эта тишина из трех частей. |
| 4 | Самой заметной частью было пустое, гулкое до эха молчание, порожденное несколькими причинами. Будь сегодня ветер, он пошелестел бы в кронах деревьев, покачал на крюках скрипучую трактирную вывеску и унес бы тишину по дороге, словно палые осенние листья. Соберись в трактире толпа, да пусть хоть несколько человек, они заполнили бы молчание разговорами, смехом, звоном кружек и гомоном, привычными для питейного заведения в темный вечерний час. |
| 5 | Играй здесь музыка... Нет, вот уж музыки точно не было. Так что в воздухе висела тишина. В трактире у края стойки сидели, сгорбившись, двое мужчин. Они пили тихо и целеустремленно, избегая серьезных разговоров и обсуждения тревожных новостей. Этим они добавляли немного угрюмого молчания к общей тишине. Получался своего рода сплав, контрапункт. Третью тишину ощутить было не так легко. Пожалуй, пришлось бы прождать около часа, чтобы почувствовать ее в деревянном полу под ногами и грубых бочонках позади стойки бара. |
| 6 | Тишина таилась в черноте каменного очага, еще хранящего тепло угасшего огня. Она пряталась в медленном движении — взад-вперед — белой льняной салфетки в руках человека, натиравшего красное дерево стойки, и без того сияющее в свете лампы. У человека за стойкой были рыжие волосы — совершенно рыжие, словно пламя. Его темные глаза смотрели куда-то вдаль, а в движениях сквозила та уверенная легкость, которая приходит лишь со многими знаниями. |
| 7 | Трактир «Путеводный камень» принадлежал ему, и третья тишина тоже. Вполне закономерно, тишина эта была самой большой из трех: она окутывала две первые, заключала их в себе — бездонная и безбрежная, словно конец осени, и тяжелая, как обкатанный рекой валун. То была терпеливая покорность срезанного цветка — молчание человека, ожидающего смерти. ГЛАВА ПЕРВАЯ НЕ МЕСТО ДЛЯ ДЕМОНОВ? Вечером поверженья в трактире «Путеводный камень» собралась обычная толпа. |
| 8 | Всего-то пятеро — но больше трактиру давненько видеть не доводилось. Такие уж времена. Старый Коб был, как всегда, кладезем волшебных историй и добрых советов. Остальные собравшиеся за стойкой пили и слушали. За дверью в задней комнате стоял молодой трактирщик и улыбался, прислушиваясь к давно знакомой истории. — Пробудившись ото сна, Таборлин Великий обнаружил, что заточен в высокой башне. У него отняли меч, да и всего инструмента лишили: и ключ, и монетка, и свеча — все исчезло. |
| 9 | Но хуже-то всего было даже не это... — Коб сделал эффектную паузу. — Лампы-то на стенах горели синим пламенем! Грейм, Джейк и Шеп привычно кивнули: три друга выросли вместе, с равным удовольствием слушая истории Коба и пропуская мимо ушей его советы. Коб перенес все внимание на новую, более благодарную часть маленькой аудитории — ученика кузнеца: — Слыхал, мальчик, что это значит? Все в городке называли ученика кузнеца «мальчик», хотя он уже вымахал на ладонь выше любого из жителей. |
| 10 | Но такова традиция всех небольших городков: парень остается мальчиком, пока не пробьется борода или пока он не расквасит кому-нибудь нос. Мальчик кивнул: — Чандрианы. — Верно, — одобрительно произнес Коб. — Всякий знает, синий огонь — один из их знаков. Теперь ему... — Но как они его нашли? — перебил мальчик. — И почему не убили, раз уж могли? — Тихо, ты, все ответы в конце, — сказал Джейк. — Просто слушай. |
| … |
Комментарии