| Ирвинг Стоун - Жажда жизни |
| 1 | Ирвинг Стоун ЖАЖДА ЖИЗНИ Повесть о Винсенте Ван Гоге ОТ АВТОРА Читатель, быть может, захочет узнать, насколько эта повесть соответствует истине. Должен сказать, что все диалоги мне пришлось придумывать; есть в книге и чистый вымысел, например, сцена с Майей, — это читатель без труда определит и сам; в одном или двух случаях я описал мелкие эпизоды, в истинности которых я убежден, хотя и не могу подтвердить это документами, — в частности, короткую встречу Ван Гога с Сезанном в Париже. |
| 2 | Кое-где я прибег к умышленным упрощениям — так, описывая скитания Винсента по Европе, я всюду беру лишь одну денежную единицу — франк; кроме того, я опустил некоторые маловажные обстоятельства жизни Ван Гога. Если не считать этих беллетристических вольностей, то в остальном книга полностью соответствует фактам. Главным источником для меня послужило трехтомное издание писем Винсента Ван Гога к его брату Тео (Houghton, Mifflin, 1927–1930). |
| 3 | Большую часть материала я собрал в Голландии, Бельгии и Франции, посетив все те места, где бывал Винсент. С моей стороны было бы неблагодарностью не выразить свою признательность множеству друзей и почитателей Ван Гога в Европе — они щедро отдавали мне свое время и делились материалами. В их числе Колин ван Осе и Луи Брон из «Гаагше пост», Иоганн Терстех из галереи Гупиль в Гааге; семья Антона Мауве из Схевенингена; господин и госпожа Жан-Батист Дени из Малого Вама; семья Хофке из Нюэнена; Ж.Барт де ла Фай из Амстердама; доктор Феликс Рей из Арля; доктор Эдгар Леруа из приюта св. |
| 4 | Павла Мавзолийского; Поль Гаше из Овера на Уазе, который и поныне остается самым преданным другом Винсента в Европе. Я весьма обязан Лоне Моск, Алисе и Рей Браунам и Жану Фактору за их помощь в издании книги. И, наконец, я хотел бы выразить глубокую благодарность Руфи Алей, которая первой прочла эту книгу в рукописи. И.С. 6 июня 1934 ПРОЛОГ. ЛОНДОН 1 – Господин Ван Гог! Пора вставать! Еще не проснувшись, Винсент уже ждал, когда раздастся голос Урсулы. |
| 5 | – Я встал, мадемуазель Урсула, — ответил он. – Нет, вы не встали, вы только встаете, — засмеялась девушка. Винсент слушал, как она спускается по лестнице и идет на кухню. Опершись на ладони, он резким движением спрыгнул с кровати. Плечи и грудь были у него массивные, руки большие и сильные. Он наскоро оделся, плеснул из кувшина холодной воды и стал править бритву. Винсент любил ежедневный ритуал бритья — взмах лезвия вдоль правой щеки, от бакенбарда до уголка чувственного рта, затем верхняя губа, сначала справа, от крыла носа, потом слева, потом крупный, словно скатанный кусок теплого гранита, подбородок. |
| 6 | Он приник всем лицом к душистой охапке брабантских трав и дубовых листьев, лежавших на шифоньерке. Его брат Тео собрал эти листья и травы близ Зюндерта и прислал сюда, в Лондон. Лишь вдохнув запах Голландии, Винсент почувствовал, что день начался. – Господин Ван Гог! — крикнула Урсула, снова постучавшись в дверь. — Почтальон принес вам письмо. Разорвав конверт, он узнал почерк матери. «Дорогой Винсент, — читал он, — мне захотелось сказать тебе словечко хотя бы на бумаге». |
| 7 | Вспомнив, что у него еще не вытерто лицо, он сунул письмо в карман брюк — его можно будет прочесть потом, в свободное время у Гупиля. Он откинул назад и расчесал свои длинные, густые, изжелта-рыжие волосы, надел тугую белую сорочку, низкий воротничок, завязал черный галстук с двумя длинными концами и сошел вниз, где его ждал завтрак и улыбка Урсулы. Урсула Луайе вместе с матерью, вдовой провансальского викария, содержала во флигеле, на заднем дворе, детский сад для мальчиков. |
| 8 | Ей минуло девятнадцать, это была улыбчивая большеглазая девушка, с тонким, словно пастелью тронутым овальным лицом и стройной фигуркой. Винсент упивался, глядя, как она смеется и сияет, будто какой-то яркий цветной зонт под лучами солнца бросал свой отсвет на ее обольстительное личико. Пока он ел, Урсула быстро и изящно пододвигала ему тарелки и оживленно разговаривала. Винсенту был двадцать один год, и он впервые влюбился. |
| 9 | Жизнь как бы раскрылась перед ним во всей полноте. Ему казалось, что он будет счастливейшим человеком, если до конца своих дней сможет завтракать, сидя за одним столом с Урсулой. Урсула принесла Винсенту ломтик ветчины, яйцо и чашку крепкого черного чая. Она присела на стул, пригладила на затылке свои вьющиеся каштановые волосы и, все улыбаясь, глядела на него, проворно подавая ему соль, перец, масло и поджаренный хлеб. |
| 10 | – Ваша резеда уже прорастает, — сказала она, облизывая губы. — Вы не взглянете на нее перед тем, как идти в галерею? – Непременно, — ответил он. — А вы не проводите меня? Я хочу сказать. .. вы не покажете, где она? – Чудак этот Винсент, право, чудак! Сам посадил резеду, и сам не знает, где она растет. — У нее была привычка говорить с людьми так, как будто их и нет рядом. Винсент поперхнулся. Манеры у него, под стать его грузному телу, были неловкие, и он никак не мог найти нужных слов в разговоре с Урсулой. |
| … |
Комментарии