| Прилив победы |
| 1 | Дэвид Дрейк, Эрик Флинт Прилив победы Пролог Зная, чего ожидать, две сестры уже разделись к тому времени, как их новый хозяин вернулся в шатер. Ребенок старшей спал на соломенном тюфяке. Девушки немного беспокоились, что последующая возня может его разбудить – тюфяк был маленьким и тонким, что казалось странным для такого явно богатого человека, как их хозяин. Правда, беспокоились не сильно. В конце концов, ребенок провел первый год жизни в колыбели, висевшей в публичном доме, и привык к подобным звукам. |
| 2 | Конечно, если только их новый хозяин не имеет странных вкусов и привычек... Это-то как раз и беспокоило сестер. Несмотря на всю гнусность, в публичном доме, по крайней мере, все было довольно предсказуемо. Теперь, впервые после того, как они попали в рабство, сестры столкнулись с абсолютно новой ситуацией. Новой – и потому тревожной. Когда караван остановился на ночлег, хозяин ничего им не сказал, только велел отправляться в шатер. |
| 3 | Но ожидая его, они находили утешение в том, что все еще оставались вместе. Очевидно, новому хозяину захотелось иметь в наложницах сестер. Возможно, он уже представляет, что с ними делать. А уж они постараются, чтобы его удовлетворил результат. Не исключено, что таким образом им опять удастся сохранить то малое, что осталось от их семьи. Поэтому, когда новый хозяин откинул в сторону кусок материи, занавешивающий вход в шатер, то обнаружил девушек обнаженными, на соломенном тюфяке. |
| 4 | То, что они держались за руки, было единственным свидетельством их тревоги, скрываемой завлекательными позами. Он встал прямо и неподвижно в нескольких футах от тюфяка и мгновение пристально изучал их. Сестры забеспокоились. Во взгляде мужчины они совсем не увидели похоти. Несмотря на теплоту, от природы, казалось бы, присущую темно-карим глазам, хозяин рассматривал их бесстрастно и холодно. |
| 5 | Это было странно. Даже более странно, чем аскетизм внутреннего убранства шатра. Очевидно, что новый хозяин также здоров, как и богат. Он не отличался особо высоким ростом, но широкие плечи и узкие бедра свидетельствовали об изрядной физической активности. В манере двигаться угадывалось что-то кошачье. Очень уверенный и хладнокровный, очень уравновешенный, очень быстрый... – Встаньте, – резко приказал он. |
| 6 | Сестры мгновенно подчинились. Они привыкли к осмотрам потенциальными клиентами. Встав, они приняли знакомые позы. Томные, чувственные, зовущие. Но продолжали держаться за руки. – Не так, – мягко поправил хозяин. – Просто встаньте прямо. И медленно повернитесь кругом. – На его тонких губах появилась улыбка. – Боюсь, вам на какое-то время придется расцепить руки. Сестры слегка покраснели и подчинились. – Медленнее. И так, чтобы я мог полностью осмотреть ваши тела. |
| 7 | Это было необычно. Сестры почувствовали себя еще неуютнее. Последнее, что хотели бы увидеть проститутки-рабыни в новом клиенте, – это отличие от других. Но девушки немедленно исполнили приказание. В следующие минуты, тянувшиеся неестественно долго, сестрам было чрезвычайно сложно не выдать свое беспокойство. Казалось, новый хозяин внимательно, тщательнейшим образом осматривает каждый дюйм их тел. Словно пытается запомнить. – Какие из этих шрамов с детства? – спросил он наконец. |
| 8 | Говорил он мягко и тихо. Но сестер этот ровный тон совсем не успокоил. Этот человек определенно относился к людям, которым не требуется повышать голос по одной простой причине: им легко командовать. Таким не посмеют возразить. И подобное качество своих клиентов проституток-рабынь вовсе не радовало. В особенности клиентов новых и неизвестных. Их так поразил неожиданный вопрос, что они не сразу ответили. Вместо этого девушки обменялись быстрыми испуганными взглядами. |
| 9 | Заметив это, новый хозяин снова улыбнулся. Но на этот раз по-настоящему. Ему в самом деле стало весело. – Успокойтесь. Я не собираюсь добавлять новые шрамы к вашей коллекции. Это просто информация, которая мне нужна. Улыбка исчезла, он повторил вопрос, на этот раз прозвучавший приказом: – Которые из них с детства? Младшая сестра робко подняла левую ногу и показала шрам на колене. – Он остался после того, как я упала с дерева. Отец тогда очень на меня рассердился. Хозяин кивнул. |
| 10 | – Значит, он знает об этом шраме? Хорошо. Есть еще какие-нибудь? Он бил тебя после того, как ты упала с дерева? А если да, остались ли следы? Сестры переглянулись. Потом посмотрели на хозяина. – Он никогда не бил нас, – прошептала старшая. – Ни разу. – Но мать била, – добавила младшая. Она почувствовала себя немного свободнее. Настолько, что даже смогла легко усмехнуться. – Очень часто. Но не сильно. Я не помню, чтобы когда-нибудь оставались следы. |
| … |
Комментарии