| 1 |
– И тогда я ему раз! – Дадли коротко и резко ткнул перед собой левой рукой, и Гарри вздрогнул от неожиданности. Дадли усмехнулся и придержал кузена за плечо. – Не свались, а то мама меня убьёт за своего любимчика. |
| 2 |
Гарри фыркнул и дёрнул плечом, избавляясь от непрошеной помощи. |
| 3 |
– И не мечтай, не свалюсь, Большой Дэ! Я по деревьям и повыше этого лазаю спокойно. А вот ты, толстушка, можешь упасть, так что не маши ручками. |
| 4 |
– Угу, – покладисто кивнул Дадли. Ветка яблони, на которой они с Гарри устроились для разговора «не при взрослых», и впрямь выглядела ненадёжно. Для Дадли ненадёжно, разумеется, ведь гибкий и ловкий Гарри смотрелся уместно на любой ветке любого дерева. – Короче, дал я ему так, что он ногами накрылся. С левой у меня удар – будь здоров, сам знаешь. |
| 5 |
Гарри наморщил нос: |
| 6 |
– Не мог поговорить спокойно? Вечно дерёшься, опять тётю к директору вызовут. Не стыдно тебе? |
| 7 |
– С уродами не договоришься, – набычился Дадли. – Их сразу гасить надо, чтобы вякнуть боялись. Такая память крепче. В твою сторону он больше не глянет. Не спорь, я лучше знаю. |
| 8 |
– А я потом тётю отпаиваю чаем и каплями. Платочки подаю. И даже… – Гарри замялся и опустил глаза. – Ну, эти… штуки свои делаю. Незаметно, чтобы тётя не боялась. |
| 9 |
– Получается? – заинтересовался Дадли. – На мне не хочешь попробовать? |
| 10 |
– Откуда я знаю, получается или нет? – Гарри внезапно разозлился. – Я хочу, чтобы тётя успокоилась, и она успокаивается. Но я не знаю, отчего – из-за моих штук или она уже успела выплакаться и сама взяла себя в руки. Как бы проверить? |
| 11 |
– Я же говорю, на мне, – прогудел Дадли. – Послезавтра у меня бой, и Маклаген обязательно мне насуёт, слабоват я ещё против него. А ты попробуешь мне синяки свести и настроение поправить. Вот и проверим. |
| 12 |
– Думаю, синяки сведу легко, особенно если не за один раз, а постепенно. А настроение я ещё поправлять не умею. Наверное, не умею, – Гарри задумчиво поболтал ногами и повздыхал. – На мне синяки почти сразу сходят, я ничего для этого не делаю. На ожог уже пошептать пришлось. Я кипятком на днях обварился, случайно чашку с чаем на ногу опрокинул. Больно было – ужас! Сразу волдырь вылез. Я ладонью его прижал и сказал: «Не боли, не боли, не боли!». Всё получилось, и пятно от ожога сошло уже к вечеру. Обычные порезы тоже быстро заживают, а если пошептать, то и шрама не остаётся. А вот по вене себя полоснуть я боюсь, вдруг рана не залечится. Помру ещё, как дурак последний. Стыдно будет. |
| 13 |
– Правильно боишься, – буркнул Дадли. – По вене, надо же. Ещё бы помечтал в печёнку себе ножик воткнуть. Ненормальные вы, экстрасенсы. Одно дело - всё такое безобидное, а другое… |
| 14 |
И Дадли замолчал, помрачнев. |
| 15 |
Кузеном-экстрасенсом Дадли гордился ничуть не меньше, чем собственными успехами в боксе. На его взгляд, Гарри был куда круче, чем те уродцы из телевизионных шоу. Для того чтобы свести синяк, залечить порез, найти пропавший перочинный нож (в канаве за два квартала от дома, между прочим), без всяких последствий взять в руки гадюку, Гарри не требовалось носить странную одёжку, обвешиваться цацками, ломаться, кривляться и нести всякую чепуху. Он делал настоящие чудеса, но ничуть не выпендривался. |
| 16 |
Правду сказать, Гарри и в остальном классный парень – не ябеда, не зануда и не хвастун. И родители Гарри любят, он им как сын. |
| 17 |
Хотя, конечно, никакой не сын, а племянник. Мамина сестра, тётя Лили, давным-давно пропала вместе со своим мужем без вести. Скорее всего, мистер и миссис Поттер умерли, оставив годовалого Гарри сиротой. Папа с мамой стали заботиться о Гарри – Дурсли были не из тех, кто бросит ребёнка в беде. |
| 18 |
Вот только суперспособности Гарри старших Дурслей очень пугали, особенно маму. Каждый раз, когда Гарри делал что-нибудь прикольное, она расстраивалась и плакала. |
| 19 |
А после дня рождения Дадли, когда питон в зоопарке выбрался на волю, мама едва не свалилась с сердечным приступом. Честно говоря, Дадли и сам порядком струхнул, уж очень здоровенная была змеюка. Но быстро успокоился, увидев, как Гарри плохо и стыдно перед родителями. Дадли утешал трясущегося в истерике кузена и убеждал того, что это просто несчастный случай. Отец тоже метался между женой и племянником, уговаривал обоих успокоиться и выбросить из головы неприятное событие. |
| 20 |
Тогда же Гарри поклялся Дурслям, что прекратит делать свои штуки. Все, кроме лечебных, тут его кузен был непреклонен. Говорил, что дядя Вернон часто жалуется на слабость и одышку, Дадли серьёзно занимается боксом, спортом жёстким и травмоопасным, а хорошие медицинские страховки стоят очень дорого. |
| 21 |
– Всё, слезай. Обедать пора, – Дадли решительно полез вниз. Кое-как спустившись, он задрал голову и поторопил Гарри: – Давай-давай. Или ты прирос уже к ветке, друид несчастный? |
| 22 |
– Обжора, – Гарри ловко спрыгнул на землю. – Вот как вылетишь из своей весовой категории, будешь знать. Ты и так тяжелее всех одногодок в секции, а старшие тебя не пожалеют. |
| 23 |
– Обжорство и режим питания – разные вещи, – назидательно сказал Дадли, схватил Гарри за руку и поволок его за собой. – Кушать нужно в одно и то же время, тогда всё правильно усваивается. А не так, как ты – на ходу или за книжкой. Вон, ветром уже носит, задохлик. А я не толстый, я коренастый. |
| 24 |
Не обращая внимания на хихиканье кузена, младший Дурсль спросил: |
| 25 |
– Тебе, кстати, что на день рождения подарить? Родителей не переплюну, но кое-что могу. |
| 26 |
Дадли гордился тем, что папин знакомый мистер Уиллис взял его на подработку курьером. Конечно, в отличие от взрослых курьеров, он не ездил по Лондону, а принимал поручения между складом и конторой да бегал за кофе грузчикам. Но папа и мистер Уиллис сказали, что большие дела начинаются с маленьких. С начала летних каникул Дадли уезжал на работу вместе с папой, а возвращался домой после полудня на электричке. У него появились собственные деньги, и Дадли чувствовал себя совсем взрослым. |
| 27 |
Гарри мама не отпустила, сказала, что не хочет оставаться дома в одиночестве, без своих мужчин. Тот смирился, помогать тётке по дому ему тоже нравилось. |
| 28 |
Гарри задумался. |
| 29 |
– На книжку хватит? |
| 30 |
Дадли кивнул. |
| 31 |
– Тогда вместе в книжный пойдем. Там такой медицинский атлас появился, загляденье просто, – Гарри вырвал руку и побежал по дорожке. – Тётя, подожди, я помогу накрыть на стол! |
| 32 |
Дадли закатил глаза – не годится нормальному мужчине уделять столько внимания кухарничанию и сервировке стола. Папа смеялся и говорил, что все великие повара были мужчинами, и если Гарри решит открыть ресторан, то он готов помочь племяннику необременительной ссудой. |
| 33 |
А мама мечтала, чтобы Гарри стал знаменитым киноактёром. В раннем детстве кузен был очень застенчив и даже слегка заикался, поэтому она решила записать мальчика в школьный драматический кружок. С первого же спектакля с участием Гарри мама уверилась в незаурядном таланте начинающего актёра. Она могла часами рассказывать подругам о «броской внешности» и «впечатляющей способности к перевоплощению» своего воспитанника. |
| 34 |
Дадли же считал, что актёрский талант Гарри заключался исключительно в том, что тот был единственным парнем в кружке. На школьных спектаклях, посещать которые Петуния Дурсль считала обязательным для всех членов семьи, он едва не умирал со смеху, глядя, как Поттер объясняется в любви принцессам, каждая из которых была намного выше и крепче тощенького очкастого принца. |
| 35 |
Девицы из кружка и учительница литературы миссис Митчелл буквально носили на руках мальчишку, единственного из всей школы решившегося разделить с ними это непристойное увлечение. Из-за неистового обожания юных актрис застенчивость Гарри прошла сама собой – вполне можно было бросить дурацкий театр. Однако Гарри не желал расстраивать свою тётю и каждую вторую субботу безропотно падал на одно колено перед очередной принцессой. |
| 36 |
Дадли такого самопожертвования не понимал. Он же прекрасно знал, что ни ресторатора, ни актёра из его кузена не получится. |
| 37 |
Гарри мечтал стать врачом. |
| 38 |
Книжные полки в их игровой комнате были забиты медицинскими энциклопедиями и атласами, учебниками по анатомии и руководствами по оказанию первой помощи. Единственное, в чем Гарри колебался, так это в будущей специализации. Ему одновременно хотелось стать хирургом и терапевтом, психиатром и онкологом. Гарри понимал, что обладает неизученными наукой целительскими способностями, и никак не мог решить, где именно они принесут наибольшую пользу. |
| 39 |
По мнению Дадли, к своей мечте следовало идти прямой дорогой, не отвлекаясь ни на что постороннее. Вот сам Дадли, например, не морочится. Он каждый день по два часа занимается в секции и точно знает, что будет чемпионом мира по боксу в тяжёлом весе среди профессионалов. |
| 40 |
– Дадли, поторопись, – Петуния Дурсль прервала размышления сына. – Садись за стол. Бог мой, новая футболка! Где, позволь спросить, тебя носило? Опять подрался? |
| 41 |
– Кровь не моя, – спокойно ответил Дадли, усаживаясь на своё место. – Не волнуйся. |
| 42 |
– А чья? – мама, вопреки совету, взволновалась ещё больше. – Он жив, этот несчастный? Дадли, пойми, если тебя исключат из этой школы, мы не сможем перевести тебя в другую. Городок слишком мал, никто не захочет иметь дела с таким драчуном. В прошлый раз мне посоветовали показать тебя специалисту в Лондоне, потому что школьный психолог не может на тебя повлиять. |
| 43 |
– Мистер Полкисс? – хмыкнул Дадли. – Он на собственного сына не может повлиять. Даже я на Пирса влияю намного больше. Не слушай Полкисса, мам. А тот, кто испортил мою новую футболку, получил за дело и жаловаться не станет. |
| 44 |
– Дидди, – грустно сказала мама. – Всё намного сложнее, милый. |
| 45 |
Она всхлипнула и застыла, пытаясь удержать слёзы. Гарри слез со своего стула и прижался к ней, шепча что-то утешительное и строя Дадли укоризненные гримасы. |
| 46 |
– Дети, – мать вздохнула, вымученно улыбнулась и погладила Гарри по голове. Всё-таки Поттер умеет влиять на чужое настроение, зря он сомневается. – Мальчики, мы с папой должны будем поговорить с вами сегодня вечером. Не убегайте никуда после ужина, хорошо? |
| 47 |
– Это по поводу дня рождения Гарри? – оживился Дадли. |
| 48 |
Дурсли не любили сюрпризов, и все важные моменты в жизни обсуждали заранее, в кругу семьи. |
| 49 |
– Да, – мама опять горько вздохнула и посмотрела на детей. – Кушайте, мальчики, мы всё обсудим после ужина. |
| 50 |
*** |
| 51 |
Петуния Дурсль отпустила мальчишек к приятелям и принялась наводить порядок в крохотной столовой. Слёзы отступили, но настроение всё равно было ужасным. |
| 52 |
Бог весть, когда Гарри стал их сыном, Петуния не могла вспомнить день и час. Наверное, это происходило постепенно, исподволь. |
| 53 |
Но сегодня вечером состоится разговор, после которого Гарри может возненавидеть Дурслей навсегда. Откладывать больше нельзя, Вернон прав. |
| 54 |
Петуния устало опустилась на стул и бессильно уронила руки на колени. |
| 55 |
И ничего нельзя поделать. |
| 56 |
Всё, что от них зависело, они сделали. |
| 57 |
Когда Лили Эванс пришло письмо о зачислении в Школу Чародейства и Волшебства Хогвартс, её старшая сестра Петуния не слишком удивилась. С Лили частенько происходили вещи, которые совершенно не поддавались разумному объяснению и, честно сказать, были довольно опасными для окружающих. Чего только стоил случай, когда родители отказались брать девочек с собой в загородную поездку. В итоге никто никуда не поехал – оконные стёкла в гостиной как будто лопнули, засыпая комнату осколками. Счастье ещё, что не случилось серьёзных порезов. |
| 58 |
И до этого происшествия всякое бывало: горели шторы и плавились пластмассовые игрушки, сама собой билась посуда и взрывались лампы в светильниках, так что миссис Эванс всерьёз пристрастилась к просмотру телепередач о полтергейстах. Прошло некоторое время, прежде чем обнаружилась прямая зависимость между «полтергейстом» семьи Эванс и дурным настроением Лили. С тех пор Эвансы старались ничем не волновать младшую дочь и крепко-накрепко запретили Петунии ссориться с сестрой. |
| 59 |
Петуния была, мягко говоря, озадачена запретом. Она очень любила свою маленькую сестрёнку и иногда могла переусердствовать с опекой. Тогда Лили на неё обижалась, отчего безвременно гибла очередная тарелка, сёстры вместе прятались от носящихся по комнате осколков, а потом мирились до следующего раза. |
| 60 |
Теперь, если следовать родительской логике, Петунии вообще не следовало общаться с родной сестрой – Лили могла любой пустяк принять близко к сердцу. Например, искренний совет Петунии держаться подальше от противного мальчишки Снейпа. |
| 61 |
Из-за этого мальчишки и произошла первая серьёзная ссора между сёстрами. Северус Снейп, мрачный и злоязыкий оборванец из неблагополучной семьи, был неподходящей компанией для Лили. Сын алкоголика, чему хорошему он мог научить её сестрёнку? В дурном окружении мальчишка замечен не был, но Петуния считала, что это вопрос времени. Лили же имела совершенно противоположное мнение и приписывала Снейпу какие-то совершенно немыслимые добродетели. |
| 62 |
Из-за него в один «прекрасный» день сёстры крупно повздорили. В ответ на Петуньины увещевания Лили закричала: |
| 63 |
– Ты просто завидуешь мне! Завидуешь! У тебя нет друзей! И никаких способностей нет! Северус сказал мне, что я настоящая волшебница и могу творить чудеса. Я пойду в волшебную школу. И у меня будет настоящая волшебная палочка, как у феи. Вот! |
| 64 |
С полок посыпались книги и карандаши, Лили хлопнула дверью и выскочила из дома. Петуния начала было собирать книжки, но села на пол и расплакалась. Права была Лили – нет у неё никаких способностей. Она училась хуже, чем сестрёнка, учителя никогда не ставили Петунию в пример другим детям. Она никогда не была такой обаятельной и красивой, как Лили. А уж в битье тарелок и вовсе не могла сравниться с талантливой сестрой. Но Петуния никогда не завидовала Лили, только старалась уберечь от опрометчивых поступков и неподходящих знакомств. Что же в этом плохого? |
| 65 |
Девочки не разговаривали друг с другом несколько дней, да и потом общение было натянутым. Но Петуния не перестала любить сестрёнку, что бы там этот бессовестный Снейп себе ни думал. |
| 66 |
Так и вышло, что письмо из Хогвартса застало врасплох только старших Эвансов. Девочки же были к нему готовы. Родители привыкали к ошеломительной новости, а Лили радовалась и на целый день убегала на улицу к Снейпу, который – вот уж сюрприз! – тоже получил такое письмо. |
| 67 |
Петуния была совсем не рада и очень беспокоилась за сестру. Она воображала ужасный мир: безумный, нелогичный, усыпанный осколками посуды, запорошенный пеплом от сгоревших штор и населённый угрюмыми оборванцами из семей алкоголиков. Мир, в котором её маленькая Лили останется совсем одна, без присмотра и защиты. |
| 68 |
Трепеща от ужаса перед неведомым «волшебным миром», Петуния осмелилась написать письмо загадочному директору Хогвартса с просьбой отправиться в школу вместе с Лили. Тот ответил отказом, а сестра поступок не оценила. Лили смеялась над Петунией, называя её дурацким словом «магла», в красках расписывала вероятную жизнь бесталанной Петунии среди магов и ведьм, таких же умных, красивых и могущественных, как и сама Лили. |
| 69 |
Сестра уехала, и жизнь семьи стала вращаться вокруг неё – красивой девушки, сильной ведьмы, лучшей ученицы, старосты школы. Родители до дыр зачитывали письма Лили, написанные на плотной желтоватой бумаге – «пергаменте», на каникулах носили дочь на руках, потакая каждому капризу, а Петуния медленно и мучительно осознавала, что у них с сестрой остаётся всё меньше и меньше общего. |
| 70 |
Самую большую обиду вызывали вовсе не насмешки, а святая уверенность сестры в ответной неприязни Петунии. Лили никогда не сомневалась в том, что «магла» не простила волшебникам отказа в обучении в волшебной школе, а угрюмость Петунии объясняла тщательно подавляемой завистью. |
| 71 |
Петунию же магия пугала до судорог. Чайные чашки могли оказаться крысами и наоборот, мебель двигалась сама по себе, а разорванное платье наутро становилось новёхоньким – жуткие «чудеса» заставляли сомневаться в собственном рассудке, органы чувств были бессильны распознать каверзы. Петунии частенько казалось, будто она сходит с ума. Помощи просить было не у кого – точно запрут в комнату с мягкими стенами. |
| 72 |
Отношения сестёр испортились окончательно, а Петуния укрепилась в неистовом желании никогда не иметь дела с «волшебством». |
| 73 |
После окончания школы Петуния уехала из родного городка в Лондон – пора было устраиваться в жизни. Курсы машинисток, конечно, не волшебная школа, но мисс Петуния Эванс верила в своё трудолюбие и здравый смысл. И то сказать, что за профессия – «ведьма»? |
| 74 |
А ещё она надеялась встретить молодого человека под стать себе, такого же серьёзного и работящего. Надежды были робкими, всё же Петуния никогда не пользовалась успехом у мужчин. Но Лондон – большой город, вдруг ей повезёт. И она создаст свою собственную семью, где её родные будут любить и ценить друг друга просто так, независимо от красоты и таланта. |
| 75 |
Встреча с Верноном Дурслем, человеком спокойным и основательным, превратила девичьи мечтания в продуманный план. Мисс Эванс обрела цель в жизни и решительно приступила к её достижению. |
| 76 |
Встреча с женихом Лили, заносчивым насмешником Поттером, едва не стоила Петунии её маленького счастья. Униженный Вернон вполне мог уйти, и тогда мечте пришёл бы горький конец. Но Дурсль не покинул свою избранницу, и Петуния поняла, что на этого человека можно положиться при любых обстоятельствах. |
| 77 |
Следующие три года были похожи на сказку: уютный домик на тихой улочке маленького сонного городка, любимый муж и долгожданный ребёнок. Сын – радость и счастье, родительская любовь и надежда. Петуния сама себе казалась сказочной принцессой, несомой по Земле искрящимся розовым ветром. |
| 78 |
С родными молодая миссис Дурсль почти не общалась, стараясь отделаться телефонными звонками, а редкие письма сестры, против обыкновения, не поднимали в душе старых обид. Даже трагическая смерть родителей в автокатастрофе не стала для неё сильным потрясением – Вернон и Дадли были рядом. |
| 79 |
О рождении племянника Петуния узнала из письма Лили, доставленного встрёпанной и явно уставшей совой. Петуния порадовалась за сестру и обрела надежду на восстановление прежних отношений – всё-таки общих интересов у двух молодых мамочек гораздо больше, чем у маглы и ведьмы. Она по-прежнему любила Лили, пусть и не так ревниво, как в детстве. «Ещё можно всё исправить», – думала Петуния, и её сердце пело от счастья. |
| 80 |
*** |
| 81 |
Счастье закончилось в восемьдесят первом году – стылой промозглой ночью на Хэллоуин. |
| 82 |
Петуния и на смертном одре будет вспоминать эту кошмарную ночь. |
| 83 |
Маленький Дадли весь день капризничал из-за лёгкой простуды, полночи вскрикивал и возился, поэтому Петуния и Вернон спали очень чутко и смогли услышать сиплое хныканье, доносящееся из-за входной двери. |
| 84 |
На пороге стояла большая корзина, в которой почти беззвучно плакал малыш: на вид ровесник Дадли, но почему-то спелёнатый, словно младенец. Подкидыш извивался, пытаясь выпутаться из одеяльца, охрип и явно изнемог от плача, а на его лобике запеклась довольно большая рана. |
| 85 |
Вернон велел Петунии вызвать полицию и врача и внёс корзину в дом. Петуния кинулась к телефону, затем к домашней аптечке, чтобы обработать малышу рану. И только достав ребёнка из корзины, Дурсли заметили конверт из плотной желтоватой бумаги, похожей на тонкую кожу. |
| 86 |
– Как в дурной мелодраме, – буркнул Вернон, прижимая дрожащего и всхлипывающего ребёнка к себе. – Корзина, конверт с письмом. Читай, надеюсь, его беспутная маменька не утопилась от несчастной любви. |
| 87 |
Петуния же застыла, вмиг поняв, что значит «оборвалось сердце». Она узнала эту бумагу. А медленно вскрыв подрагивающими руками плотный конверт, узнала и почерк в письме. Именно этими мелкими буквами с вычурными старомодными завитушками загадочный директор волшебной школы написал маленькой Петунии отказ в просьбе сопровождать сестру. |
| 88 |
– Туни, что с тобой? – встревожился Вернон. – Читай же! |
| 89 |
Петуния зарыдала, не в силах прочесть ни единой строки, предчувствие беды накрыло её с головой. |
| 90 |
– Так, – Вернон сунул ей в руки подкидыша и забрал письмо. – Успокойся. Сначала мальчик, потом истерики, договорились? |
| 91 |
Петуния, стиснув зубы, мелко закивала. Вернон молча читал письмо и его густые пшеничные брови задирались всё выше. |
| 92 |
– Я бы счёл это дурацким розыгрышем на Хэллоуин, – наконец произнес он, – на какие горазды твои ненормальные родственники, если бы не раненый ребёнок. Он, кстати, настоящий, или это очередная «трансфигурация»? |
| 93 |
– Я не знаю, – всхлипнула Петуния, покачивая малыша. – Что в письме? |
| 94 |
Вернон тяжело вздохнул и обнял жену за плечи: |
| 95 |
– Если верить письму, твоя сестра и её муж убиты этой ночью. Мальчик – их сын. Его зовут Гарри. |
| 96 |
*** |
| 97 |
Ужасное известие будто вынуло из Петунии душу, она могла только плакать и прижимать несчастного ребёнка к себе. Всё остальное сделал Вернон – спрятал письмо, успокоил проснувшегося от суеты Дадли, встретил врача и офицера полиции и ответил на их вопросы. |
| 98 |
Вернон рассказал полицейскому наскоро выдуманную душещипательную историю о непутёвой сестре жены – избалованной и взбалмошной особе, которая связалась с какими-то сектантами и даже вышла замуж за одного из них. Правду полиция наверняка не оценила бы. |
| 99 |
– Поймите, – говорил он, проникновенно глядя офицеру в глаза, – мы не поддерживали никаких отношений с этой семейкой. У них не было дома, они жили в каких-то притонах, занимались не пойми чем и вполне могли иметь проблемы с законом. Может быть, Лили и её муженёк даже были наркоманами. Мы не знаем, что с ними сталось и где они могут быть сейчас. Я думаю, нужно объявить их в розыск, а мальчик пока побудет у нас. Сами видите, ребёнку не место среди этих людей, он ранен и напуган. Кто знает, как с ним обращались? |
| 100 |
– С чего вы взяли, что этот ребёнок – ваш племянник? – подозрительно спросил полицейский. – При нём, как я понимаю, не было никаких документов. |
| 101 |
– Боюсь, документов у малыша и вовсе нет. Не думаю, что его родители озаботились этим, – Вернона прошиб холодный пот. Он вообще сомневался, что это ребёнок, а не заколдованная лягушка. А что? Сказки не на пустом месте возникли, утверждала его жена. |
| 102 |
– Глаза, – зарыдала Петуния, раскачиваясь и притиснув к себе мальчика, уже перебинтованного и накормленного. – Глаза у него особенные, как у Лили. Ни у кого таких глаз не было. Ни у кого. |
| 103 |
Офицер взглянул на заснувшего подкидыша – обычный ребёнок. Тощенький, но довольно ухоженный, не похожий на грязные скелетики, которые доводилось видать в лондонских эмигрантских трущобах. Глаза мальчика сейчас были закрыты, и он выглядел вполне заурядным ребенком без особых примет. |
| 104 |
– Да, – оживился притихший врач, молодой мужчина с ранними залысинами. – Удивительный цвет глаз – ярко-зелёный, как будто малыш в линзах. |
| 105 |
– А если это и вправду линзы? |
| 106 |
– У полуторагодовалого ребёнка? Исключено, – возмутился врач. – Может статься, мистер Дурсль прав в своих опасениях. Я не заметил отметин от обязательных детских прививок. Возможно, мальчик рос в неподходящих условиях, хотя и не выглядит болезненным. |
| 107 |
– Мы забираем ребёнка в приют, – сказал офицер и встал со стула. – Я попрошу вас во второй половине дня явиться в участок, дать подробные показания. |
| 108 |
– Пожалуйста, – сказал Дурсль, – оставьте малыша у нас. Хотя бы на время розыска его родителей. Моя жена с ума сойдёт от беспокойства. |
| 109 |
– Ничего не могу поделать, – развёл руками полицейский, – у меня нет таких полномочий. Я сообщу вам, куда мы его разместим, вы сможете навещать ребёнка. А потом ситуация прояснится. |
| 110 |
– Я бы рекомендовал отправить мальчика в больницу, – вмешался врач. – Удар по голове мог быть силён, я не исключаю сотрясения мозга. |
| 111 |
– Тем более, – подытожил полицейский. – Успокойтесь, миссис Дурсль, мистер Дурсль. Дитя будет под присмотром, и мы предпримем всё возможное для поиска его родителей. |
| 112 |
*** |
| 113 |
После отъезда представителей власти Вернон заставил Петунию выпить успокоительное и лечь спать, а сам принялся изучать странное письмо. |
| 114 |
Некто по фамилии Дамблдор сообщал Петунии о гибели её сестры с мужем от рук тёмного волшебника, которого по непонятной причине не следовало называть по имени. |
| 115 |
Осоловевший от недосыпа и переживаний Дурсль почему-то представил себе убийцу в виде Дарта Вейдера – злодея из кинофильма, нашумевшего лет пять назад. Фильм, на вкус Вернона, был глуповатым, а злодей вызвал острую жалость астматическими хрипами и зависимостью от глухого шлема. Дурсль не понаслышке знал, что такое одышка и как противно лежать с кислородной маской на лице – сердце пошаливало с юности. |
| 116 |
Джеймс и Лили Поттеры, упокой господь их грешные души, вероятно, попали в какую-то гадкую историю. Безымянный волшебник вряд ли был рассерженным кредитором, скорее всего, отпетым уголовником. Вернон изредка смотрел криминальные сериалы и оттуда усвоил, что преступники и их подельники долго не живут. Впрочем, он допускал, что Поттеров могли убить из мести, например, если Джеймс Поттер был магом-полицейским. Или ненужным свидетелем. Или… |
| 117 |
Вернон прервал размышления – причины убийства молодой четы волшебников сейчас были не важны. Ему нужно думать о том, каким образом получить над подкидышем опеку, хотя бы временную. |
| 118 |
Письмо утверждало, будто маленький Гарри подвергается смертельной опасности, находясь вне стен дома Дурслей – Лили, якобы, озаботилась некоей «кровной защитой». |
| 119 |
Вернон недоверчиво фыркнул. Миссис Поттер никогда в жизни не переступала порога этого дома, потому что Вернон с Петунией приобрели его за пару месяцев до рождения Дадли. Первая встреча Дурслей и Поттеров состоялась в ресторане тремя годами ранее и прошла… Вернон поморщился. Отвратительно прошла, прямо сказать, но своей вины в этом Дурсль не видел. Только Петунию было жаль, она ничем не заслужила таких родственников. |
| 120 |
Затем Поттеры посетили свадьбу Петунии и Вернона и оставили крайне неприятное впечатление у присутствующих. Больше Дурсли и Поттеры не встречались, ограничиваясь нечастыми письмами и подарками к праздникам. |
| 121 |
Автор же письма был свято уверен в этой самой «кровной защите» и настойчиво просил, точнее, приказывал позаботиться о мальчике до одиннадцатилетнего возраста. Приказ подкреплялся угрозами, невнятными и оттого весьма зловещими. |
| 122 |
Дурсль задумался. Может, у магов и можно было подобрать осиротевшего мальчишку без документов и воспитывать его по своему разумению. У нормальных же людей усыновление ребёнка сопровождалось сложными бюрократическими процедурами. |
| 123 |
Господи прости, да ведь они не могут даже доказать, что мальчик – их родной племянник! Цвет глаз – никакое не доказательство. И письмо это дурацкое никому показывать нельзя, потому что сумасшедшим не отдают опеку над детьми. |
| 124 |
Дурсль потёр глаза. Нужно тщательно продумать свои показания для полиции и дальнейшего суда. А суд будет, потому что никакое полицейское расследование не найдет Поттеров – ни живых, ни мёртвых. И если само существование Лили ещё можно подтвердить хотя бы свидетельскими показаниями, то Джеймс Поттер в этом мире никогда не жил. |
| 125 |
У Вернона даже мысли не возникло оставить племянника на попечении государства. Сумасшедшие маги вполне могли проверить, исполняют ли Дурсли приказ чёртова Дамблдора, а рисковать женой и сыном Вернон не собирался. Со слов Петунии он достаточно знал о нелогичности и неуравновешенности колдунов и том, какую невеликую цену в их глазах имеют жизнь, здоровье и достоинство «простеца». Он подумал, что надо бы хорошенько расспросить Петунию о возможностях волшебников – слишком мало у него сведений о грядущих неприятностях. |
| 126 |
Кроме волшебных проблем, следовало подумать ещё и о вполне житейских неурядицах. Второй ребёнок ощутимо прибавит хлопот молодой семье, едва вставшей на ноги. |
| 127 |
После войны от капитала Дурслей остались только воспоминания. Отец отдал маленького Вернона в частную школу на последние деньги. Дурсль учился как проклятый и заводил нужные связи среди состоятельных однокашников, понимая, что иначе из нищеты не вырваться. Свой небольшой бизнес он поднимал с нуля и к моменту женитьбы на Петунии достаточно прочно стоял на ногах. |
| 128 |
Недавний кризис заставил Дурсля свернуть несколько проектов и заключить негласное и не совсем законное соглашение со своим основным конкурентом Уиллисом. Поодиночке было не выжить, Уиллис это тоже понимал, но о былой стабильности в доходах у обоих партнеров покуда и речи не шло. Закладная за дом не погашена, и банк, кстати, ещё следовало убедить, что внеплановое прибавление в семействе Дурслей не повлияет на дальнейшие выплаты. Дурсль вздохнул. Похоже, все прочие жизненные планы тоже нуждаются в серьезной корректировке. |
| 129 |
Было ещё в письме что-то такое… Дурсль пробежался глазами по «пергаменту». Вот оно: Дамблдор запрещал Дурслям рассказывать Гарри правду о его происхождении и велел воспитывать его так, чтобы не «избаловать ребёнка сверх меры». |
| 130 |
Вернон поморщился. Всё-таки маги в чём-то идиоты. Разумеется, он не будет посвящать мальчика во все детали этой, без всякого сомнения, некрасивой истории. Но отказать подопечному в каких-либо объяснениях его внезапного сиротства не удастся. Они же не в лесу живут, а в маленьком городке, где всё про всех знают и потихоньку судачат. Об этом тоже стоит подумать, но позже. И вопрос с воспитанием следует отложить: неизвестно ещё, каков неожиданно обретённый племянник по характеру. Главное сейчас – получить опеку над мальчиком. |
| 131 |
Вернон опять вздохнул и свернул злополучное письмо. Нужно поспать хоть немного. Завтрашний, нет, сегодняшний день обещает множество забот. Если, конечно, Гарри – это мальчик, а не заколдованная лягушка. |
| 132 |
Поднявшись наверх, Вернон увидел, что Петуния не спит, а сидит в постели, судорожно прижимает к себе уютно сопящего Дадли и смотрит в потолок мокрыми от слёз глазами. Он почувствовал, как сжимается сердце. Вернон был немолод и некрасив, не слишком здоров и совсем не богат, рос в трудное послевоенное время и не был способен на пылкие объяснения и красивые ухаживания, но любил Петунию и намеревался защищать своё семейное счастье любой ценой. |
| 133 |
Вернон грустно улыбнулся и тихонько сказал: |
| 134 |
– Туни, милая, успокойся. Нужно отдохнуть. |
| 135 |
– Вернон, они же похоронят её достойно? – Петуния всхлипнула и перевела взгляд на мужа. – Бог мой, я даже не знаю, где и как похоронят мою сестру! Я никогда не смогу… |
| 136 |
Петуния заплакала. |
| 137 |
– Они похоронят её рядом с мужем, которого она так любила, – твердо сказал Дурсль, подошёл к жене и присел рядом. – А мы позаботимся о ребёнке, чтобы ей было спокойно на том свете. |
| 138 |
Вернон обнял жену с сыном и ласково прошептал Петунии на ухо: |
| 139 |
– Всё будет хорошо, я обещаю тебе. |
| 140 |
*** |
| 141 |
Уже наутро Дурсль понял, что немного погорячился с обещанием. |
| 142 |
Мальчика они навестить не смогли. В приемном покое маленькой больницы Литтл Уингинга давешний врач, заикаясь от волнения, объяснил, что у Гарри обнаружилась сильнейшая аллергия на медикаменты. |
| 143 |
– Скорее всего, реакция на антибиотики, мистер Дурсль, – врач расстроенно взмахнул рукой. – Мы были вынуждены переправить ребёнка в Лондон, в ГОШе(1) ему обязательно помогут. |
| 144 |
Вернон подхватил заплакавшую Петунию, усадил её на диванчик для посетителей и потребовал воды. |
| 145 |
– Кто будет оплачивать счета? – спросил он, когда суета вокруг Петунии улеглась. – Мне бы не хотелось, чтобы мой племянник не получил помощи из-за скудости благотворительных фондов. |
| 146 |
Врач не смог ответить, и Вернон сделал себе в уме ещё одну пометку: поехать на Ормонд-стрит и переговорить об оплате лечения Гарри. Петуния рвалась навестить мальчика немедленно, но он её отговорил: |
| 147 |
– Мы оплатили няню для Дадли только до пяти часов, а поездка в Лондон может затянуться. К тому же нам сегодня важнее быть в участке. Я хочу, чтобы наши показания были оформлены должным образом. |
| 148 |
Скрепя сердце, миссис Дурсль согласилась с супругом. |
| 149 |
На работу Дурсль не поехал, ограничился десятком звонков поставщикам и коротал время до визита в полицию, изучая письмо Дамблдора. Днём оно казалось ещё нелепей и бесило Вернона каждой завитушкой вычурного почерка. |
| 150 |
– Бредятина, – бурчал он неприязненно. – «Кровная защита». От кого надо защищать Гарри? Чего следует опасаться? Зачем им нужен мальчик только через десять лет? Почему его нельзя баловать? И что мне со всем этим делать?! |
| 151 |
В полиции бешенство Дурсля достигло предела из-за вполне невинного вопроса, очевидного для всякого, кто не скорбен умом. |
| 152 |
Каково полное имя ребёнка? |
| 153 |
Петуния всхлипнула, а Вернон мысленно проклял до седьмого колена того, кто выбросил маленького мальчика в чуждый тому мир, к незнакомым людям, раненого и испуганного, без метрики и медицинской карты, не потрудившись дать внятного объяснения своему дикому поступку и лишив ребёнка его собственного имени. |
| 154 |
«Гарри», – так было написано в письме. И всё. Ни полного имени, ни среднего имени, ни фамилии – как щенка подкинул. |
| 155 |
– Гарольд Джеймс Поттер, – твёрдо сказал Дурсль, надеясь, что угадал с именем. – Не Генрих, а Гарольд. |
| 156 |
И сердито фыркнул в усы. |
| 157 |
Решено. |
| 158 |
Он сам воспитает из мальчишки нормального человека. |
| 159 |
А волшебный мир может катиться в тартарары. |
| 160 |
– Добрый вечер, мистер Дурсль! |
| 161 |
– Добрый, мисс Фейн. Всё хорошеете, – Вернон добродушно улыбнулся сутулой девице в нелепых пластмассовых серьгах. – Ваш шеф меня желал сегодня видеть. |
| 162 |
– Да, мистер Дурсль, – девица жеманно хихикнула, – он уже справлялся о вас. Проходите, пожалуйста. |
| 163 |
За шесть лет, прошедших с недоброй памяти Хэллоуина, Вернон частенько бывал в этом темноватом, обставленном дешёвой мебелью кабинетике. За эти годы здесь ничего не изменилось: гора бумаг на письменном столе, древняя печатная машинка, пылящаяся на шкафу, небрежно распиханные по полкам канцелярские папки и чёрно-белая фотография совсем юной Елизаветы в скромной рамке. |
| 164 |
Мистер Крофтон – хозяин кабинетика – уже второй срок избирался помощником мэра и ведал всеми вопросами городских школ и муниципального приюта, а попутно от имени городского совета курировал благотворительные общества Литтл Уингинга – ноша, по мнению Дурсля, посильная лишь святому мученику. |
| 165 |
– Дурсль, – поприветствовал Крофтон Вернона. – Легки на помине. |
| 166 |
Мужчины обменялись рукопожатием, и Крофтон указал на кресло для посетителей. |
| 167 |
– На вас жалоба, – не стал тянуть служащий городского совета. – Наши дамы находят, что вы и миссис Дурсль чересчур строги к бедняжке Гарри. |
| 168 |
Он улыбнулся и зашарил по столу в поисках необходимых бумаг. |
| 169 |
– Вот как? – хмыкнул Дурсль. – Жалоба, надо понимать, анонимная. |
| 170 |
– Само собой, – вновь улыбнулся Крофтон. – Настолько анонимная, что я даже не узнал почерка миссис Сандерс. |
| 171 |
– Ага, – кивнул Вернон. – Живая изгородь. Бирючина. Дай господь здоровья моей жене, теперь я знаю, как называются эти чёртовы кусты. |
| 172 |
– Что бы мы делали без своих жён, – усмехнулся убеждённый холостяк Крофтон. – Наши добрые избиратели возмущены тем фактом, что шестилетний мальчик по имени Гарри весь день стоял на солнцепёке и большими острыми ножницами подстригал вашу живую изгородь, мистер Дурсль. |
| 173 |
– Семилетний, – уточнил Дурсль. – Неделя, как отпраздновали. Вот годы-то бегут! |
| 174 |
Крофтон погрозил пальцем: |
| 175 |
– Дурсль, мне надо им что-то ответить! |
| 176 |
– Ответьте, что другому семилетнему мальчику по имени Дадли эти большие и острые ножницы нельзя давать в руки, потому как талантов садовника у него ни на грош. Мы доверили ему огромную и страшную газонокосилку, а изгородью пришлось заниматься Гарри и моей жене. |
| 177 |
– Дурсль! |
| 178 |
– Крофтон! Дети должны иметь обязанности по дому! Можно подумать, будто вас самого растили в герцогских покоях. |
| 179 |
Вернону нравился Крофтон. Отставной военный, он был старше Дурсля на полтора десятка лет и отличался спокойствием и доброжелательностью неглупого и много повидавшего человека. То, что опеку над Гарри отдали Дурслям, по большому счёту, было заслугой Крофтона. Он буквально вынудил судью выдать соответствующий акт, не дожидаясь результатов розыска родителей мальчика. Разумеется, опека была временной, но зато Гарри ни дня не пробыл в приюте. |
| 180 |
– Да уж, – вздохнул Крофтон. – Ну, с этим решили. Теперь у меня традиционный вопрос: вы намерены усыновить мальчика? |
| 181 |
– Вы же знаете нашу ситуацию, – Дурсль выпрямился. – Это значит, что мы с Петуньей должны через суд признать Поттеров умершими. После стольких-то лет уже и надежды никакой не осталось, но что мы скажем Гарри? Он ждёт, когда родители вернутся. |
| 182 |
Крофтон помолчал, постукивая пальцами по столешнице, затем покопался в ящике стола и достал оттуда коробку с табаком и порядком обкусанную трубку: |
| 183 |
– Парня жаль, Дурсль, но и вас с супругой мне жаль тоже. Пока Гарри находится под опекой, вам не избавиться от повышенного интереса к вашей частной жизни. |
| 184 |
– Мы привыкли, – спокойно ответил Вернон и слегка усмехнулся. – К тому же мне нравится быть местной знаменитостью – столько внимания. |
| 185 |
Крофтон раскурил трубку, и ароматный дым заполнил кабинетик. |
| 186 |
– Я бы поспорил, – сказал он. – Внимание обывателей – вещь утомительная и небезопасная. Гарри пойдет в местную школу? |
| 187 |
– Да, – Дурсль сложил руки на животе и откинулся на спинку кресла. В беседе возник очень подходящий момент, которым он намеревался воспользоваться. – Гарри и Дадли пойдут в один класс, я уже говорил с директором. Но вот в среднюю школу я отправлю мальчишек порознь. |
| 188 |
– Почему? – удивился Крофтон. – Ваши дети прекрасно ладят друг с другом, несмотря на несходство характеров. |
| 189 |
– Вот именно, – Вернон многозначительно поднял палец, – несходство характеров. Уж очень они разные, Крофтон. Я откладываю на обучение своих мальчишек в частных школах. Дадли, вероятнее всего, отправится в Вонингс. Там хорошо дают финансы и управление, это моя альма-матер. А для Гарри я намерен подыскать достойный медицинский колледж, это будет посложнее. |
| 190 |
– Щедро, – кивнул Крофтон. – Наши дамы-попечительницы будут в восторге от этой новости. |
| 191 |
«А заодно привыкнут к мысли, что в одиннадцать лет Гарри уедет из Литтл Уингинга, – подумал Дурсль, – и будет появляться здесь только на каникулах. У меня есть целых четыре года, чтобы тщательно продумать эту историю и скормить её Крофтону и старым клюшкам из попечительского совета». |
| 192 |
Дурсль прекрасно понимал, что письмо из Хогвартса придет в положенный срок и спрятать Гарри от волшебников он не сумеет. Но он в силах сделать всё, чтобы Гарри не исчез для нормального мира, как это произошло с Лили Эванс. Его племяннику будет куда вернуться, возникни в том нужда. Дадли тоже будет полезно побыть вдали от дома, ведь нет никакой гарантии, что маги, заполучив Гарри, оставят их семью в покое. И о благих намерениях добрых горожан Литтл Уингинга никак не следовало забывать. Любопытство окружающих очень досаждало Дурслям, тут Крофтон был совершенно прав. |
| 193 |
Вернон шумно вздохнул. Маленькая семья против двух миров – испытание, которого они с радостью бы избежали. |
| 194 |
*** |
| 195 |
Разговор со служащим совета, как всегда, заставил Дурсля погрузиться в размышления. Медленно и аккуратно ведя машину, он вспоминал прошедшее и прикидывал планы на будущее. |
| 196 |
Тогда, шесть лет назад, битва с городским советом за право опеки над Гарри не состоялась, спасибо Крофтону. В родном городке авторитет старого вояки был непоколебим, и судья вместе с советом сдались без единого возражения. |
| 197 |
А вот с самим Крофтоном Дурсль беседовал почти полдня и был рад выйти из тёмного кабинетика живым. Полицейские с их расспросами были щенками в сравнении с почтенным ветераном. |
| 198 |
– Правь, Британия, морями, – прохрипел Вернон после разговора, грузно упал на переднее сиденье машины и утёр бегущий по лицу пот. – С такой-то армией, и потерять колонии – как?! |
| 199 |
Крофтон едва не вывернул ему мозги наизнанку, проверяя достоверность истории Гарри Поттера, Мальчика-Подброшенного-на-Порог. Обманчиво простые вопросы сыпались на Дурсля без всякой видимой связи друг с другом, отчего уже через четверть часа тот почувствовал глубокое уважение и искреннее сочувствие ко всем шпионам в мире. Тогда же Дурсль с неудовольствием обнаружил у себя изрядные способности к хладнокровной и продуманной лжи, что, как ни крути, порядочному человеку в заслугу поставить нельзя. Дурсль утешил себя тем, что будет использовать этот сомнительный талант только для защиты своей семьи. Ну, и при заполнении налоговых деклараций. |
| 200 |
Накануне слушания в суде дела об опеке Вернон поехал к своей старшей сестре Мардж и без утайки рассказал ей всю историю. Он попросил сестру не приезжать к ним в гости: |
| 201 |
– Пойми, мне нужен человек, который в случае чего может позаботиться о Дадли. Не нужно, чтобы маги узнали о тебе. |
| 202 |
Ошеломлённая новостями Мардж обозначила своё особое отношение к волшебникам, магам, колдунам, шаманам и обычным фокусникам словами, о которых незамужней даме и знать-то было не положено. Джейми Поттер, безответственный засранец, мир его праху, наверняка извертелся в своей могиле. Потом Мардж всплакнула и взяла с Вернона обещание быть крайне осмотрительным, чтобы не осиротить ещё и Дадли. |
| 203 |
Пока Гарри лечился в госпитале на Ормонд-стрит, Дурсль метался между полицией, городским советом, магистратским судом и банком, держащим его закладную на дом. Потраченные нервы стоили того: Гарри обзавёлся метрикой, а Дурсли – судебным актом о временной опеке над Поттером и рассрочкой по закладной. Последней Дурсль особенно гордился. Если на доме «кровная защита» и съехать оттуда уже не получится, тогда не грех сэкономить на выплатах. |
| 204 |
С деньгами было тяжело – Британию сотрясал экономический кризис, и малый бизнес был почти что при смерти. Дурсль с Уиллисом держались из последних сил и на последние пенсы. Доходов едва хватало на скромную жизнь и на взносы за дом, а откладывать и вовсе не получалось. |
| 205 |
Петуния оставила мысли о выходе на работу. Она занялась домашним хозяйством и воспитанием детей в надежде, что со временем они смогут позволить себе няню и приходящую домработницу. |
| 206 |
Было нелегко, но они справлялись. Правду сказать, им и деваться-то было некуда. |
| 207 |
Проблемы с Гарри начались сразу же после выписки из больницы. Видно, в ту самую ночь ребёнок сильно испугался и теперь часто кричал во сне. Дадли подхватывал его плач басовитым рёвом, и мальчишки очень скоро переселились в родительскую спальню. За возможность худо-бедно выспаться Дурсли махнули рукой на «правильное воспитание» и укладывали детей рядом с собой. |
| 208 |
Кроме аллергии на лекарства, у Гарри обнаружилась аллергия на стиральные порошки, моющие средства и синтетические ткани. Ребёнок кашлял и чесался, а Петуния срочно осваивала методы ведения домашнего хозяйства времен королевы Виктории: щёлок и сода, крахмал и лаванда. Дом сиял, а бедная Петуния поставила крест на мечтах о домработнице. Найдись даже лишние деньги, никто в здравом уме этой каторгой не соблазнится. |
| 209 |
Едва Гарри отошёл от потрясения и перестал пугаться резких звуков, потребовал внимания Дадли. Будучи маленькой копией Вернона, он начал стремительно набирать лишний вес. Врачи разводили руками, пеняли на плохую наследственность и велели соблюдать диету и увеличивать физические нагрузки. Теперь Петуния по утрам делала с мальчишками зарядку, а перед ужином выводила их на долгую пешую прогулку. |
| 210 |
Простужались мальчики одновременно. Таблетки и уколы Гарри были противопоказаны, и Петуния поневоле стала экспертом в гомеопатии и физиопроцедурах. Отвары и настойки, обливания и обертывания помогали мальчишкам, но отнимали у неё много времени и сил. |
| 211 |
Ко всему прочему, Дадли рос гиперактивным ребёнком. За день он умудрялся влипнуть в кучу приключений, несмотря на то, что Петуния глаз не спускала с детей. Счастье ещё, что Гарри был тихим и предпочитал развлекаться, возясь с игрушками. Пока Петуния вытаскивала Дадли из стиральной машины или отбирала у него портновские ножницы, невесть как покинувшие запертый ящик стола, Гарри успевал оторвать у тряпичного зайца ухо и накормить добычей плюшевого пса. |
| 212 |
В один прекрасный день Петуния поняла, что услуг няни ей тоже не видать – у Гарри случился магический выброс. |
| 213 |
Надо сказать, Вернон очень серьёзно отнёсся к письму Дамблдора и почти каждый вечер расспрашивал Петунию о Лили, Снейпе и других волшебниках: как их можно отличить от нормальных людей, каковы пределы их возможностей, могут ли они колдовать без волшебной палочки и можно ли как-то защититься от магического воздействия. |
| 214 |
Среди прочего, его интересовало, в каком возрасте за Лили стали замечать странности, чтобы не пропустить пробуждение магической силы у Гарри. Петуния истово надеялась, что у Гарри эта сила вообще не пробудится, но честно припомнила: Лили начала чудить лет в шесть, незадолго до младшей школы. |
| 215 |
– Прекрасно! – обрадовался Вернон. – С ним уже можно будет разговаривать как со взрослым мальчиком. |
| 216 |
Не тут-то было. Как-то воскресным утром Дурсль, старательно приводивший в порядок усы, услышал громкий рёв Гарри и придушенный крик Петунии. Он выскочил из ванной, помчался в столовую и на секунду замер, не веря собственным глазам. Перед Гарри, сидящим на высоком детском стульчике, ярко и зло полыхала фарфоровая миска с овсянкой. Дадли колотил ложкой по столу и заливался счастливым хохотом, а Петуния пыталась сбить пламя полотенцем. |
| 217 |
Дурсль, ведомый каким-то наитием, схватил кувшин с питьевой водой и вылил его Гарри на голову. Плачущий Гарри захлебнулся и закашлялся, а овсянка мигом потухла. Петуния судорожно втянула воздух через зубы, бросила тлеющее полотенце в раковину и подхватила испуганного племянника на руки. |
| 218 |
– Ну же, солнышко, всё в порядке, – дрожащим голосом сказала она. – Отчего ты так расстроился? Бог мой, Вернон, ему же ещё и трех лет не исполнилось! Не плачь, детка, всё хорошо, слышишь? Я знаю, что ты овсяную кашку не любишь, но она очень-очень полезная. |
| 219 |
– Пожалуй, я теперь тоже не люблю овсяную кашку, – пробурчал Дурсль, чувствуя, как заныло и закололо под левой лопаткой. – Что будем делать, дорогая? Кормить ребёнка только шоколадом? |
| 220 |
– Не знаю, Вернон, – Петуния принялась стаскивать с Гарри мокрую кофточку. – У Лили хотя бы горело то, что в принципе могло гореть. А огнеопасная каша – это выше моего понимания. |
| 221 |
Дурсль перехватил Дадли, почти дотянувшегося до чёрного спекшегося комка на столе, и тяжело вздохнул. |
| 222 |
Справедливости ради надо сказать, что Гарри был намного уравновешеннее своей матери. Магические всплески у него случались крайне редко, но если уж случались… |
| 223 |
Вернону особенно запомнилась кроватка Гарри, которая вечером пропала неизвестно куда, а наутро обнаружилась в гостиной. Чем несчастная мебель так рассердила своего хозяина, выяснить не удалось, и Дурсль изо всех сил пытался не представлять на её месте живого человека. |
| 224 |
Чуть позднее у Гарри обнаружились странные, даже жуткие способности. Вернон, как ни старался, не смог забыть огромного гадючьего клубка в руках у донельзя счастливого Дадли. Гарри стоял рядом, заботливо придерживал свисающие головы и хвосты и что-то шипел и насвистывал, отчего змеи тоже принимались шипеть. |
| 225 |
Тогда Дурсль не умер на месте только потому, что нельзя было умирать – он не мог оставить Петунию наедине со всем этим. |
| 226 |
После долгих споров Вернон и Петуния пришли к выводу, что относиться к магии Гарри нужно так же, как и к проказам Дадли: мягко журить ребёнка и терпеливо объяснять ему, что так делать неправильно. Это работало лишь до тех пор, пока Гарри не удержал в воздухе выскользнувшую из рук Петунии чашку. Маленький маг одним лишь взглядом плавно опустил её на пол, а потом виновато посмотрел на Дурслей. |
| 227 |
– Она сама, – тихо проговорил Гарри и зажмурился в ожидании выговора. |
| 228 |
– Какой ты молодец, – похвалила Петуния, – спас мою любимую кружку. |
| 229 |
Дурсль потрепал Гарри по голове, а сам подумал, что это не похоже на магический выброс. Да, Гарри остановил посуду в воздухе инстинктивно, но вот левитировал её уже вполне осознанно. Мальчик рос и учился управлять своими способностями. Пришла пора объяснить ему, что посторонним людям об этих странностях знать не нужно – ни о плохих, ни о хороших. |
| 230 |
Помощь пришла, откуда не ждали. Пока Вернон силился подобрать нужные слова, стараясь не ранить чувств Гарри, Дадли выложил на обеденный стол внушительную стопку комиксов. |
| 231 |
– Я всё понял, – сказал он торжественно. – Гарри, ты у нас супергерой! Как Супермен, только летать не умеешь. Все супергерои притворяются обычными людьми, чтобы никто ничего не знал. |
| 232 |
Гарри кивнул, это было понятно и не обидно. |
| 233 |
– Да, – поддержал сына Дурсль, – совершенно верно. Но ты пока маленький, нужно подождать с подвигами. Вдруг летать научишься со временем. |
| 234 |
На том и порешили. |
| 235 |
|
| 236 |
Следующий серьёзный разговор с Гарри дался Дурслям намного тяжелее. Мальчикам исполнилось по пять лет, когда Вернон объяснил Гарри, почему у них с Дадли разные фамилии. Рассказать о гибели Поттеров он не мог, по данным полиции те всё ещё числились пропавшими без вести и каждый в городке это знал. Пришлось сказать, что настоящие родители Гарри уехали очень далеко, куда даже письма не доходят. И если Гарри не хочет, чтобы они обижались, Вернона и Петунию лучше называть дядей и тётей. |
| 237 |
Как Вернон ни старался изложить всё это поделикатней, как ни уверял, что ничего не изменилось и Гарри по-прежнему их любимый малыш, мальчик расплакался и целый день ни с кем не разговаривал. Потом он потребовал ключ от чулана под лестницей и заявил, что уходит туда жить навсегда – в темноту, к паукам, и пусть дяде и тёте будет стыдно. |
| 238 |
Дяде и тёте и впрямь было стыдно, поэтому они безропотно переставили в чулан кроватку, купили яркий светильник и попросили хотя бы изредка их навещать. Гарри насупился, но согласился. |
| 239 |
Пока Гарри обживал чулан, Петуния затеяла ремонт в детской. По-хорошему, мальчиков следовало бы расселить по разным спальням. Проблема состояла в том, что свободная комната была гораздо меньше детской. Поэтому Петуния решила сделать из маленькой комнаты общую спальню, а из детской – игровую комнату. |
| 240 |
Через пару недель весёлой кутерьмы, в которой охотно участвовал и Гарри, комнаты были готовы принять своих маленьких хозяев. Гарри пришёл в восторг от новой двухъярусной кровати, собственного комода и ярких обоев. Дурсли были прощены, и супергерой Поттер переселился из чулана на второй этаж. |
| 241 |
Чулан, однако, заброшен не был. Иногда мальчишки закрывались там, то вместе, то порознь. Вернон не мешал – случались времена, когда он и сам с удовольствием просидел бы в чулане денёк-другой. |
| 242 |
Шли года, мальчики росли, и их проблемы росли вместе с ними. |
| 243 |
Дадли не давала покоя слава супергероя, и он решил добыть её по-своему – кулаками. Рука у младшего Дурсля была тяжёлой, темперамент – взрывным, и окрестная малышня накрепко запомнила, с кем не следует задираться ни по какому поводу. Гарри пытался сдерживать кузена, но у него не слишком получалось. |
| 244 |
Вернон, поразмыслив, завёл очередной нелёгкий разговор. |
| 245 |
– Даддерс, – строго сказал он, – я тобой недоволен. Не перебивай! |
| 246 |
Дадли угрюмо посмотрел на отца. |
| 247 |
– Я не буду говорить о том, что драки – это нехорошо, – продолжил Вернон. – Ты и сам это знаешь. Подумай о другом. Мы с мамой – опекуны Гарри. Если попечительский совет решит, что мы не сможем воспитать племянника, поскольку не справляемся даже с собственным сыном, Гарри у нас отберут. И это будет на твоей совести! Ты готов отправить брата в приют? |
| 248 |
Гарри побледнел: |
| 249 |
– Сегодня старуха Фигг спрашивала, не бьют ли меня дома. Я сказал, что не бьют, но мне кажется, она не поверила. |
| 250 |
Дадли сник и опустил глаза. |
| 251 |
– Всё так серьёзно, па? – спросил он. – Или ты просто нас пугаешь? |
| 252 |
– Всё очень серьёзно, – жёстко сказал Дурсль. – Включи мозги, не маленький уже. В этом городе все знают нашу историю и рады перемыть нам кости добела. Фигг – это не страшно, но на нынешней неделе я был у Крофтона дважды. Дважды за неделю, Дадли! У него на столе кипа жалоб: Гарри бьют, над Гарри издеваются, Гарри морят голодом, Гарри держат взаперти. Каждая чокнутая старуха считает своим святым долгом уберечь несчастного сиротку от нас, извергов. |
| 253 |
– Я понял, папа, – понурился Дадли. – Гарри, прости меня, пожалуйста, я не подумал. |
| 254 |
Дадли действительно всё понял, но понял как-то по-своему. Синяки у мальчишек, не ладивших с неразлучными кузенами, не успевали сходить. Другое дело, что побитые теперь не жаловались, и гадкие слухи утихли. |
| 255 |
И то хлеб, решил Дурсль. А бессовестного отпрыска придётся определить в спортивную секцию – пусть дерется по делу. |
| 256 |
Примерно в это же время Гарри сломал руку – оступился на лестнице. |
| 257 |
– Бог мой, Гарри, – причитала Петуния, пока Дурсль нёс молча глотающего слёзы Гарри к машине. – Как ты ухитрился? |
| 258 |
– Потом, Туни, – скомандовал Вернон. – Давай за руль, я буду держать Гарри. |
| 259 |
Перелом оказался сложным, и Гарри опять очутился в ГОШе. Только на этот раз он был не годовалым малышом, а взрослым парнем шести лет от роду. |
| 260 |
Гарри пропал. Лучший детский медицинский центр Британии привёл его в состояние какого-то неописуемого восторга. Оберегая загипсованную руку, он облазил всё свое отделение, веселя персонал наивными вопросами. Он пытался помогать медсёстрам и сиделкам, таскался следом за своим лечащим врачом, приставал к персоналу и часами торчал под процедурным кабинетом в надежде понаблюдать за перевязками. |
| 261 |
Теперь Дадли читал комиксы в одиночестве – Гарри не на шутку увлёкся медициной. Полки в игровой комнате были заставлены книжками для детей о биологии и медицине, а плюшевое зверье стоически терпело разнообразные лечебные процедуры. |
| 262 |
Дадли к новому увлечению кузена отнёсся с пониманием. Доктор – это круто. Может быть, даже круче, чем супергерой. |
| 263 |
*** |
| 264 |
Когда Дурсль подъехал к дому, уже смеркалось. Вся его семья была на улице: Петуния разбирала срезанные розы, Дадли сосредоточенно сопел над перевернутым велосипедом и чинил соскочившую цепь, а Гарри сидел на крыльце, уткнувшись в очередной анатомический атлас. |
| 265 |
Вернон с достоинством кивнул тоскливо взиравшему на газонокосилку соседу и приподнял шляпу, кланяясь соседке напротив. |
| 266 |
– Дорогой, ты опоздал на ужин, – Петуния отвела руки в садовых перчатках за спину и подставила щёку для поцелуя. |
| 267 |
– Дела, милая, – улыбнулся Дурсль в усы. – Не нужно было меня ждать. |
| 268 |
– Привет, па, – буркнул Дадли и поставил велосипед на колёса. – Как день? |
| 269 |
Гарри поднял глаза от книги и застенчиво улыбнулся: |
| 270 |
– Здравствуй, дядя! |
| 271 |
– Добрый вечер, мальчики. Гарри, для чтения уже темно, не порть глаза. Отличный день, сын, – Дурсль подхватил у жены корзину с цветами и пошёл в дом. – Что у нас на ужин? |
| 272 |
Ужин был лёгким. Дурсль тосковал над рисом с паровыми котлетами, ему хотелось хорошо прожаренного стейка. Дадли, похоже, думал о том же. Отец с сыном переглянулись и подмигнули друг другу. |
| 273 |
– И не мечтайте! – Петуния погрозила пальцем. – Всё ради вашего же блага. Мы копим на отдых, а не на больничные счета. Дидди, возьми ещё овощей. |
| 274 |
– Да, мама, – Дадли поерзал на стуле и с плохо скрываемым отвращением посмотрел на тарелку с салатом. – Тренер сказал, что я хорошо держу вес. |
| 275 |
– Вот и славно, – Петуния улыбнулась. – Видишь, результаты налицо. Завтра испеку пирог на десерт – в награду за всю неделю. |
| 276 |
Дадли скривился, а Гарри молча улыбнулся, глядя на страдания кузена. Тренер Келли был категоричен: если Дадли хочет заниматься боксом, то о пирогах и булочках следует забыть. |
| 277 |
– У тебя хороший костяк, парень, – говорил тренер, прохаживаясь перед строем запыхавшихся после разминки мальчишек. – И по натуре ты боец. Но жирок надо растрясти, понял? Гарри проследит, я надеюсь, за твоим режимом. |
| 278 |
Гарри занимался в секции бокса за половинную плату. Келли отказался учить его бою из-за проблем со зрением. |
| 279 |
– Будешь разминаться со всеми, это полезно. Бег, прыжки и растяжка тебе не повредят. Но бокс – это удары в голову, парень, и ты мигом заработаешь отслоение сетчатки. А оно погано лечится, поверь. |
| 280 |
Гарри поверил. А потом и проверил по медицинскому справочнику – тренер был совершенно прав. |
| 281 |
После ужина, когда мальчики убежали в игровую комнату, Дурсли смогли поговорить. |
| 282 |
– Я был у Крофтона, – сказал Дурсль, уселся на диван и включил телевизор. – Старая кошелка Сандерс всё-таки нажаловалась в городской совет. |
| 283 |
– И что? – встревожилась Петуния. |
| 284 |
– Ничего, – пожал плечами Дурсль. – Я рассказал, что среднюю школу мальчишки будут заканчивать не в Литтл Уингинге. |
| 285 |
– Бог мой, Вернон, – Петуния вздохнула. – Слишком рано, дорогой. Они и в младшую-то школу только через месяц пойдут. |
| 286 |
– Через три недели, – уточнил педантичный Вернон. – Нет, не рано. Твой племянник – маг. Нам нужно подготовить всех к его долгому отсутствию. Петуния, давай всё расскажем Гарри? Он очень умный мальчик, он поймёт. |
| 287 |
– Нет, – Петуния прижала руки к груди. – Нет, дорогой, он ещё очень мал. Хватит и того, что он вынужден скрывать от всех свои странности. Нельзя взваливать на ребёнка такое. |
| 288 |
– Это случится рано или поздно, Туни, – Дурсль вздохнул. – Он и так почти всё о себе знает – осталось совсем чуть-чуть. Будет плохо, если Гарри узнает правду не от нас, а от кого-то из этих ненормальных. |
| 289 |
– Нет, – Петуния явно собиралась заплакать, и Вернон поспешно поднялся и нежно обнял жену. – Нет, пожалуйста. Мы скажем ему позже, хорошо? |
| 290 |
– Да, милая, – Вернон легонько чмокнул Петунию в кончик носа. – Как скажешь. |
| 291 |
Одиннадцатилетие Гарри Поттера неотвратимо приближалось, и Вернон Дурсль окончательно потерял покой. Проклятое письмо из Хогвартса иногда даже снилось ему, но и во сне Вернон никогда не успевал прочитать, что же там написано. Хотя, видит бог, Дурсль был бы рад даже такой бредовой подсказке, как вещий сон. |
| 292 |
Предстоящий разговор с племянником Вернон прогонял в голове несчётное количество раз. Дурсль никогда не полагался на импровизации. Это только в Петуньиных сериалах герои могли безнаказанно нести возмутительную чушь, в реальном же мире такие фокусы не удавались ещё никому. Хорошая репутация в обществе и положительное сальдо в бизнесе есть результат последовательных и продуманных действий, другого рецепта успеха Дурсль не знал и знать не хотел. |
| 293 |
Тем труднее ему было воспитывать своих детей – существ, как выяснилось, абсолютно непредсказуемых. Даже Дадли, внешне маленькая копия отца, имел характер совершенно несхожий с отцовским. Роднило старшего и младшего Дурслей, пожалуй, только непоколебимое, какое-то бычье упрямство в достижении целей. Проблема состояла в том, что цели у них были разными. Вернон видел долг мужчины и отца в упорном каждодневном труде на благо семьи, Дадли же считал, что настоящий мужчина просто обязан поучаствовать в каждой заварушке, случившейся неподалёку, а в идеале – возглавить её. |
| 294 |
– Не обижайся, Вернон, – говорила Петуния виновато и лукаво одновременно, – но Дидди очень похож на свою тётку. И не на Мардж, а на Лили. |
| 295 |
– Не приведи господь, – содрогался Дурсль, вспоминая судьбу Лили Поттер. |
| 296 |
Господь не слышал Вернона, Дадли рос взрывным, резким в суждениях и регулярно конфликтовал с учителями, иногда совершенно на ровном месте. Увещевания его не брали, а наказания лишь заставляли добиваться задуманного другим способом. Тихий и осторожный Вернон, во всём предпочитавший обходные пути, обзавёлся наследником – прирождённым лидером с явными диктаторскими замашками. |
| 297 |
Дадли не был дураком, хотя и регулярно им прикидывался, сводя на нет проигрышные для себя конфликты. Однако чужой опыт не имел в его глазах никакой практической ценности, Дадли Дурсль предпочитал до всего доходить своим умом. Ну или своими кулаками – драки так и не прекратились, хотя свидетелей у них не было, а потерпевшие дружно несли всякую ахинею, лишая взрослых возможности доискаться до причин ссоры. |
| 298 |
Сколоченная Дадли компания из мальчишек его возраста беспрекословно повиновалась своему предводителю – Большому Дэ, как они его звали, дружно игнорируя недовольство как учителей, так и собственных родителей. Вернон выслушал за это немало упрёков и какое-то время очень переживал по этому поводу. Но поскольку Дадли ни разу не был пойман на горячем, Дурслю скоро опротивели жалобы на сына и он, многозначительно поглядывая на горе-психолога Полкисса, публично заявил, что некоторым следовало бы получше следить за собственными отпрысками. Что интересно, совесть Вернона почти не мучила. |
| 299 |
Единственным человеком во всём Литтл Уингинге, с чьим мнением Дадли Дурсль считался, был его кузен Гарри Поттер. Скромник и тихоня, Поттер никогда не выходил из тени Дадли Дурсля. Мальчик явно предпочитал чтение дракам, и многочисленные подвиги Дадли с компанией вовсе не приводили его в восторг. Гарри частенько выговаривал Дадли, а тот только сопел и переминался с ноги на ногу, хотя будь на месте Гарри сам Вернон, уже разгорался бы небольшой семейный скандал. Старший Дурсль так и не понял причин этого воистину загадочного явления и, жалея свои нервы, решил – магия. Если Гарри смог поджечь кашу, почему бы ему не суметь остудить Дадли? |
| 300 |
Гарри был бы образцовым ребёнком, не будь он магом. Стихийные выплески стали совсем редкими, но и скрывать их уже не получалось. После того, как мальчики пошли в младшую школу, они почти всё время находились на людях. Синие волосы учительницы заставили Дурслей поволноваться, а прыжок Гарри на крышу – ужаснуться. По счастью, никто не связал эти происшествия между собой, а виноватым в последнем, как всегда, посчитали Дадли. Тот, кстати, даже не возражал. |
| 301 |
Другое дело, что Гарри стал самостоятельно исследовать свои странности, подчас доводя старших Дурслей до сердечных приступов. Вяло ползающие по столу тарелки и самозакрывающиеся двери, конечно, производили жуткое впечатление, но не были настоящим злом. Гораздо опаснее для окружающих оказались опыты с огнём или игры со змеями. Петуния и Вернон регулярно вели долгие и проникновенные беседы об опасности неизученных явлений и способностей, но супергерой Поттер не унимался. |
| 302 |
|
| 303 |
И однажды несчастье всё-таки случилось. Лет с восьми у Гарри обнаружилась повышенная регенерация тканей, и мальчик с энтузиазмом принялся её исследовать. К своему ужасу, Дурсли застали Гарри за тем, что он сам себе наносит мелкие увечья, а потом наблюдает, как происходит заживление. Вернон рвал и метал, наверное, впервые в жизни повысив голос на племянника. |
| 304 |
– Как можешь ты, будущий врач, – кричал он, – без проверки и без подстраховки проводить подобные эксперименты? Или ты не знаешь, что такое сепсис? Ты ранишь себя ножом, бог знает где бывавшим! Ты по открытой ране водишь немытыми руками! Я был лучшего мнения о твоем уме, Гарри Поттер! |
| 305 |
Гарри устыдился и присмирел, но опыты не забросил. Он принялся сводить единственный на своем теле шрам, тот самый, оставшийся после страшной ночи своего появления у Дурслей. Формально запрет Дурсля Гарри не нарушил – рана не была открытой. Шрам никогда не беспокоил Гарри, и он с чистой совестью принялся за лечение – встал перед зеркалом, накрыл рубец рукой и сосредоточился на «целебных мыслях». |
| 306 |
Вернон, по счастью, был дома. Он приехал с работы пораньше и намеревался навести порядок в гараже. Раздавшийся из ванной дикий крик заставил одышливого и неповоротливого Дурсля птицей взмыть по лестнице, одним рывком сорвать дверь с петель и подхватить скорчившегося на полу Гарри. Мальчик громко стонал, из-под ладоней, намертво прижатых к лицу, текла тёмная, почти чёрная кровь. |
| 307 |
Гарри опять попал в свой любимый госпиталь на Ормонд-стрит, однако с кровати ему разрешили вставать лишь через две недели, когда убедились, что зрение мальчика не улучшается. |
| 308 |
У Гарри с детства имелась небольшая близорукость, которая почти не мешала мальчику, если не считать несостоявшихся занятий по боксу. Очки он надевал только для чтения или просмотра телевизора. Петуния, помня о том, что отец Гарри тоже был близорук, почти не беспокоилась. |
| 309 |
Тем вечером где-то на третьей секунде «лечения» шрам взорвался немыслимой болью. Потекла кровь, Гарри в панике попытался её остановить и не смог. Боль тоже не исчезла, хотя и слегка утихла. Первую ночь в больнице Гарри не мог заснуть из-за раскалывающей голову боли, перед глазами мелькали чёрные пятна. Врачи опасались давать снотворное, не поставив точный диагноз и помня об аллергии маленького пациента на сильнодействующие препараты. |
| 310 |
Наутро боль почти унялась, и Гарри провалился в сон безо всяких лекарств. Он проспал двое суток и проснулся от сильного голода. Голова не болела, но с глазами творилось что-то странное. Первый же врачебный осмотр выявил сильную близорукость – минус шесть диоптрий. Гарри было велено лежать смирно и не делать резких движений головой и глазами. Две недели Гарри пролежал как бревно, не поднимаясь даже в туалет, но зрение так и не восстановилось. Врачи разводили руками и объясняли плачущей Петунии, что современная медицина не в состоянии с достоверностью предсказать последствия давней черепно-мозговой травмы. |
| 311 |
– Мы надеемся, что всё обойдётся, миссис Дурсль, – пожилой врач качал головой, – но мальчик нуждается в постоянном врачебном контроле. Грядёт половое созревание, а большинство проблем со здоровьем выявляется, увы, именно в этом прекрасном возрасте. |
| 312 |
Рассказать Дурслям о том, что он буквально своими руками лишил себя зрения, Гарри набрался смелости только после выписки из госпиталя. Вернон даже не стал ничего говорить, только обречённо вздохнул. Зато высказался Дадли: |
| 313 |
– Поттер, ты идиот. Ты же телекинезом владеешь, болван, ты вполне мог сам себе случайно мозги наружу вынести. |
| 314 |
Гарри виновато кивал, поправляя тяжёлые очки с толстенными стёклами, но кузен не унимался: |
| 315 |
– Зачем тебе книжки твои умные? Чтобы поступить наоборот? Ты бы почитал сначала, что ты собираешься сделать и насколько это опасно, бестолочь! |
| 316 |
Гарри уже вовсю ронял слёзы, и Вернон не вытерпел. Он привлёк к себе обоих мальчишек и каждого чмокнул в макушку: |
| 317 |
– Тихо, дети, ваша мать уже устала плакать. Туни, милая, прими лекарство. Я вас очень прошу, обоих – берегите себя и хорошенько думайте перед тем, как что-либо сделать. Договорились? |
| 318 |
С того самого дня Гарри зарылся в свои книги целиком, вдумываясь в каждое слово. Эксперименты над собой он не прекратил, но ограничивался только заживлением случайных синяков и царапин, тщательно записывая результаты в тетрадь. Свести гематому с лица Дадли Поттер посмел только через год, когда у него уже была целая серия опытов на кошках старухи Фигг, а «лабораторный журнал» перекочевал в тетрадь потолще. |
| 319 |
Дадли, избавленный от улики, изобличившей бы его участие в одной крайне неприятной истории, торжественно наградил кузена званием «экстрасенса» вместо детского и несерьёзного «супер-героя». |
| 320 |
|
| 321 |
*** |
| 322 |
День рождения Дадли отметили весело – походом в зоопарк, нечаянным освобождением питона и дружным распитием сердечных капель старшими Дурслями. После казуса с самолечением Гарри стал относиться к своим странностям намного серьёзнее, и никаких спонтанных магических выбросов у него больше не случалось. Дурсли не замечали даже мелкого бытового волшебства, казалось, мальчик целиком погрузился в теорию медицины. Тем неожиданней оказался «змеиный квест», как выразился Дадли, нашедший своё очередное призвание в играх на приставке. Испугались Дурсли вовсе не питона, хотя и его немного тоже, а возможного разоблачения Гарри – народу вокруг было полно, и многие фотографировали разорённый террариум. |
| 323 |
|
| 324 |
Этим же вечером испуганный Гарри устроил истерику. Он кричал и плакал, клянясь, что никогда-никогда не станет больше пользоваться своими способностями. Кроме целительских – от них Гарри отказаться не смог. Дурсль обрадовался бы, не знай он, что меньше чем через полгода Гарри придётся пользоваться всеми своими умениями и не факт, что их ему хватит для учёбы в загадочном Хогвартсе. |
| 325 |
– Петуния, мы не имеем права больше молчать, – сказал он жене на следующий день, отправив мальчишек на улицу к приятелям. – До дня рождения Гарри осталось немногим больше месяца, мы должны всё ему рассказать. |
| 326 |
Петуния опять расплакалась, но возражать не стала – дальше тянуть и впрямь было некуда. |
| 327 |
Дурсли назначили день разговора и принялись к нему готовиться. Петуния взяла рецепт на успокоительные средства и затеяла генеральную уборку. Не то чтобы дом в ней нуждался, но работа помогала отвлечься. Вернон же посетил банк, сделал несколько переводов и снял значительную сумму наличными. |
| 328 |
Всё это время Дурсль продолжал репетировать свою речь и раз за разом не мог её закончить. Он был готов к любой реакции Гарри, надеясь, впрочем, что его племянник не станет на них сердиться. Но вот, справившись с ситуацией, Гарри спросит у него: «Дядя Вернон, как мне быть дальше?» |
| 329 |
Ответа на этот вопрос у Дурсля не было. |
| 330 |
Отправлять Гарри в Хогвартс было страшно. |
| 331 |
Первое время, после появления Гарри, они с Петунией, обмирая, ждали гостей из магического мира. Дурсли никак не могли поверить, что маги ограничатся письмом за подписью директора школы, в которой ребёнок будет обучаться лишь через десять лет. |
| 332 |
Но никто не пришёл. |
| 333 |
Никто не поинтересовался, жив ли мальчик, здоров ли и хорошо ли к нему относятся опекуны-магглы. Через пару лет Дурсль понял, что родных в магическом мире у Гарри либо не осталось, либо они ничего о Гарри не знают. Или не желают знать, во что Дурслю верить не хотелось. |
| 334 |
Потом он сообразил, что за их семьёй могут следить со стороны, и, по мере сил, попытался вычислить магического соглядатая. Ясное дело, у него ничего не вышло. Подозрительных личностей в Литтл Уингинге хватало – от чокнутой старухи Фигг с её блохастой свитой до мистера Милтона, перекопавшего каждый пустырь городка в поисках руин неведомого римского поселения. Дурсль успокоил себя тем, что шпионаж – не его стезя. Всё-таки он торговец дрелями, а не Лоуренс Аравийский. |
| 335 |
Некоторое время спустя Дурсль окончательно бросил ломать голову над загадками магической заботы о сиротах, потому что для худо-бедно правдоподобных предположений отчаянно не хватало информации. |
| 336 |
Петуния много помнила о магах, но все её знания носили отрывочный характер и касались, в основном, «магглорождённых» – магов, у которых оба родителя были маглами. Петуния знала, где находится вход в Косой переулок, и даже один раз побывала в этом самом переулке, но понятия не имела, насколько велик магический Лондон и сколько магов там живёт. Она знала названия некоторых предметов, изучаемых в Хогвартсе, но не представляла, как именно организовано обучение, насколько ценится диплом этой школы и нет ли в Англии других магических школ. Петуния знала о трениях между «магглорождёнными» и «чистокровными» магами, но ничего не могла рассказать об общественном и государственном устройстве магической Британии. И так во всём – кусочки знаний, не соотносящиеся друг с другом и не дающие хотя бы смутного представления о том, что ждёт их племянника. |
| 337 |
Единственное, что Дурсль твёрдо усвоил из рассказов Петунии, – от магов не скрыться. Они умеют мгновенно перемещаться в пространстве, и расстояния для них не помеха. Мало того, некоторые из магов умеют читать мысли и воздействовать на память. Узнав об этом, Вернон стал вести дневник и пару раз в месяц скрупулёзно сверял собственные воспоминания с теми, что изложены в дневнике. Бережёного и бог бережёт. |
| 338 |
В общем, Дурсль не знал, что Гарри ждёт впереди, и не мог дать ему ни одного толкового совета. |
| 339 |
*** |
| 340 |
– Интересно, о чем отец собрался поговорить? – Дадли лежал на траве, закинув руки за голову. Мальчишки устроились на пустыре, неизменном месте сбора Дадлиной «банды». Сейчас, однако, они были одни, Большой Дэ уже распустил по домам своё воинство. |
| 341 |
– Не знаю, – тихо ответил Гарри, – но тётя была сама не своя. Ты ничего не натворил, Даддерс? |
| 342 |
– Подрался, я же тебе рассказывал, – Дадли зевнул. |
| 343 |
– Нет, что-нибудь необычное, – Гарри подумал. – Например, табачную лавку ограбил или у старухи Фигг кошку похитил. |
| 344 |
|
| 345 |
– Забавные у тебя идеи, Поттер, – Дадли скосил глаза на кузена. – А говорят, это по мне тюрьма плачет. |
| 346 |
|
| 347 |
Гарри помолчал, а потом тихо выдохнул: |
| 348 |
– Плохо. |
| 349 |
– Спасибо, брат, – с чувством сказал Дадли. – Всегда знал, что ты меня любишь. |
| 350 |
Гарри слабо улыбнулся: |
| 351 |
– Если у тебя всё в порядке, значит, мы будем говорить о моей школе. |
| 352 |
– А что с ней не так? |
| 353 |
– Мне кажется, дядя не отдаст меня в медицинский колледж, – Гарри закусил губу, стараясь не удариться в слёзы. |
| 354 |
– Не ной! – привычно скомандовал Дадли. – С чего ты взял? |
| 355 |
– Это очень дорого, даже дороже твоего Вонингса, – Гарри всё-таки начал всхлипывать. – Я понимаю, конечно, лишних денег у нас никогда не было… Но я потом всё отдам – врачам очень хорошо платят. Честное слово! |
| 356 |
– Сдурел? – ошарашенный Дадли приподнялся на локте и во все глаза уставился на Гарри. – Да папа для нас никогда ничего не жалел, а уж на хорошую школу последнее отдаст! Да хватит реветь уже, сколько можно! Откуда в тебе столько воды берётся? |
| 357 |
Гарри сердито зажмурился. Он всегда был тонкослёзым, мог разреветься от чего угодно, как тётя Петуния. Дадли дразнился нытиком, а дядя называл Гарри меланхоликом и обещал, что с возрастом всё придёт в норму. Гарри очень на это надеялся, невозможно же так жить – всегда глаза на мокром месте. |
| 358 |
|
| 359 |
Тем временем Дадли, из которого вышибить слезу было не легче, чем из булыжника, продолжил: |
| 360 |
– Чем хочешь поклянусь, Гарри, дела у нашего старика идут хорошо. Он даже новых людей набрал – будет расширяться. «Компания «Граннингс» – лучшие дрели в Суррее!» Каково? |
| 361 |
– Круто, – улыбнулся Гарри. – Тогда почему? |
| 362 |
– В смысле? – не понял Дадли. |
| 363 |
– Почему тебя уже зачислили в среднюю школу, а меня ещё нет? – спросил Гарри грустно. – Уже июль, дядя молчит, а тётя плачет. Тебе вот даже форму купили. |
| 364 |
Дадли проворно перевернулся на живот и протяжно застонал в сложенные ладони: |
| 365 |
– Про форму молчи, Поттер, понял? |
| 366 |
|
| 367 |
У Гарри мигом поднялось настроение – форма была что надо. Кургузые штаны, бордовый сюртук и прикольная шляпа со смешным названием «канотье» – в ней кузен напоминал циркового медведя. Гарри давненько так не веселился. Дадли же мрачно зыркал из-под твёрдых полей своей замечательной шляпы и грозился убить каждого, кто посмеет хоть что-нибудь сказать по этому поводу. Все и промолчали. Но хихикали ещё долго. |
| 368 |
– Не дрейфь, братец, – сказал Дадли. – Никуда от тебя твои клизмы с пробирками не денутся. Будешь личным доктором Самого Главного Чемпиона, Великого и Ужасного Большого Дэ! |
| 369 |
– Спаси и сохрани, – вздрогнул Гарри. – Я лучше санитаром в морг. |
| 370 |
– Ну, или так, – не стал спорить Дадли. |
| 371 |
*** |
| 372 |
Ужин не задался. Ни у кого, кроме Дадли, не было аппетита. Вернон хмурился, Гарри нервничал, а Петуния то и дело промакивала покрасневшие глаза салфеткой. |
| 373 |
Наконец, посуда была вымыта, и семья переместилась в гостиную. Вернон занял своё любимое кресло, Петуния присела на краешек стула, а мальчишки с ногами забрались на диван. |
| 374 |
– Гарри! – решительно начал Дурсль. |
| 375 |
– Я не пойду в медицинский колледж, – обречённо продолжил Гарри. |
| 376 |
– Да, – ошеломлённо сказал Вернон, – не пойдёшь. |
| 377 |
Гарри оцепенел, а Дадли еле слышно присвистнул. Поттер всё-таки экстрасенс. Надо будет попросить его подслушать мысли Люси Милн, может, она не прочь сходить в кино с одним крепким и симпатичным парнем. |
| 378 |
Между тем, старший Дурсль собрался и продолжил: |
| 379 |
– Гарри, нам с твоей тётей нужно многое тебе рассказать. Самое главное ты уже знаешь – мы очень любим тебя. |
| 380 |
Гарри явно пытался сдержать слёзы, Дадли посерьёзнел и придвинулся к кузену поближе. |
| 381 |
– Ты родился в семье магов, Гарри. Ты и сам маг. |
| 382 |
– Дядя, – Гарри вежливо улыбнулся. – Я уже не маленький. У нас денег нет, верно? |
| 383 |
– Неверно, – сказал Дурсль. – Послушай меня, не перебивай. |
| 384 |
Он поудобнее устроился в кресле, собрал всю свою храбрость и неспешно начал рассказ: |
| 385 |
– В ту ночь Дадли очень плохо спал из-за простуды, хныкал и часто просыпался. Только поэтому мы с Петунией услышали чей-то тихий плач у порога… |
| 386 |
*** |
| 387 |
Гарри смотрел на лист плотной желтоватой бумаги, похожей на тонкую кожу, мокрыми от слёз глазами. Мелкие буквы с причудливыми завитушками почти стёрлись на сгибах листа, как будто этот лист несчётные разы складывали и разворачивали. |
| 388 |
– Я это дурацкое письмо наизусть знаю, – сказал дядя Вернон, – но так ничего и не понял. |
| 389 |
– Значит, мои мама и папа умерли в ту самую ночь? – дрожащим голосом спросил Гарри. |
| 390 |
Петуния уже давно перебралась на диван и, плача, обнимала обоих мальчишек. Дадли молчал и не поднимал глаз на отца, а Гарри судорожно стискивал в руках письмо Дамблдора, вручённое ему в доказательство правдивости истории. |
| 391 |
|
| 392 |
– Тел мы не видели, – Дурсль слегка охрип от долгого рассказа, – но никаких вестей от них больше не было. Я полагаю, что Лили и Джеймс Поттеры действительно мертвы. |
| 393 |
– Но почему их убил Этот-Который? – мальчик вытер слёзы рукавом и посмотрел на Дурсля. – Что они ему сделали? |
| 394 |
– Мы не знаем, Гарри, – немного виновато сказал Вернон. – Честное слово, не знаем. Я могу только предполагать, что тебя у нас спрятали. Есть только это письмо. Ни единого гостя из твоего мира за все эти десять лет к нам не приходило, клянусь. |
| 395 |
– Но почему вы рассказали мне об этом только сейчас?! |
| 396 |
– Через три недели тебе исполнится одиннадцать лет, – Петуния погладила Гарри по голове. – В этот день придёт письмо о твоём зачислении в Хогвартс. |
| 397 |
– Откуда оно придёт? – Гарри выскользнул из-под руки тёти и пересел на стул, недоверчиво глядя на опекунов. |
| 398 |
Вернон пожал плечами. |
| 399 |
– Твоей маме письмо принесла сова, – Петуния сжала пальцами виски. – Но я не знаю, откуда она прилетела. |
| 400 |
– Сова?! |
| 401 |
– Да. Письмо было привязано к лапке. Волшебники используют сов для доставки почты, правда, сама я видела их всего несколько раз. Лили на каникулах получала письма из Хогвартса с расписанием занятий на будущий год, – Петуния говорила, будто через силу. – Однажды она взяла меня с собой в Косой переулок, сама бы я не смогла пройти в это место. Мы покупали учебники для Лили. Там очень странно, скажу я тебе. |
| 402 |
– И я теперь должен учиться в этом Хогвартсе? – Гарри опять уставился на письмо Дамблдора. – А как же колледж? |
| 403 |
– В Хогвартсе обучают магии, – сказал Вернон. – Тебе это нужно, ведь ты волшебник. Но мне, честно сказать, страшно отпускать тебя в магический мир. |
| 404 |
Гарри облегчённо перевёл дух, он почти решил, что Дурсли пытаются избавиться от него. Новости, честно сказать, никак не укладывались в голове. Большую часть рассказа дяди Вернона Гарри слушал, ожидая, когда тот не выдержит и признается в розыгрыше. |
| 405 |
– А если письмо не придёт? – спросил он и тут же сам в это поверил. Ну какой из него маг? Тарелки двигать – это ерунда, индийские йоги, например, и не такое умеют. |
| 406 |
– Я пожертвую на церковь и дам праздничный обед с танцами, – буркнул Вернон. – Но кажется мне, это горе нас не минует. |
| 407 |
– Я… – Гарри замялся и ещё крепче стиснул письмо. – Мне надо подумать. |
| 408 |
Он поднялся с места и направился к лестнице. Затем обернулся и спросил: |
| 409 |
– Вы ведь не шутите? |
| 410 |
Петуния всхлипнула, а Вернон молча помотал головой. Шутник тут был только один – чёртов Дамблдор. |
| 411 |
|
| 412 |
Гарри ушёл в спальню, и Дадли посмотрел на родителей. |
| 413 |
– А со мной всё в порядке? – спросил он со смешком. Смешок получился истерическим, и Дадли сам себе мысленно врезал подзатыльник. |
| 414 |
– Сам-то как думаешь? – пробурчал отец. – Умник. |
| 415 |
Дадли смутился: |
| 416 |
– Ладно, па, не злись. Просто неожиданно это всё. Я спать пойду лучше. |
| 417 |
Петуния всхлипнула и перевела измученный взгляд на сына: |
| 418 |
– Может быть, тебе здесь постелить? Пусть Гарри всё обдумает хорошенько, не нужно ему мешать. |
| 419 |
– Мам, он сейчас не думает, а плачет, – Дадли вздохнул. – Ты Гарри не знаешь, что ли? Присмотрю за ним, а то давненько у нас ничего не горело. |
| 420 |
Дурсль фыркнул в усы, тяжело поднялся из кресла и взял жену под руку: |
| 421 |
– Наш сын прав, дорогая. Пойдем-ка и мы. День был длинный, все устали. Спокойной ночи, ребёнок. |
| 422 |
– Пока, па. Хороших снов, мама. |
| 423 |
Родители поднялись к себе, а Дадли побродил по гостиной, рассеянно сгрыз яблоко из вазы на столике, зачем-то заглянул в чулан и побрёл в душ. Купался он без удовольствия; думал, как отвлечь Гарри и заставить того уснуть. |
| 424 |
Новоиспечённый маг Поттер, понятное дело, ревел. Скорчившись под одеялом на верхнем ярусе той самой кровати, на которую он променял одинокую жизнь в чулане, Гарри тихо хлюпал в подушку. Дадли прибавил свет в ночнике и негромко сказал: |
| 425 |
– Мне жаль, что так получилось с твоими родителями. Мои соболезнования. |
| 426 |
Он ожидал, что Гарри расплачется ещё сильнее, и теперь соображал, как бы деликатно перейти к собственно утешениям. Однако Поттер откинул одеяло и обернулся к Дадли: |
| 427 |
– А я рад! |
| 428 |
Дадли оторопел. Он уставился на шмыгающего носом кузена и впервые в жизни не знал, что сказать. Гарри яростно утёр мокрые глаза рукавом пижамы и срывающимся голосом сказал: |
| 429 |
– Я же думал, что они меня бросили. Уехали и всё. Я не говорил никому, но я ходил в полицию недавно. Хотел сам узнать, как я у вас оказался. |
| 430 |
– И? – Дадли не узнавал своего тихого и улыбчивого Гарри. Этот незнакомый парень зло щурил глаза, сжимал кулаки и буквально выплёвывал отрывистые фразы: |
| 431 |
– Мне сказали – сектанты. Сумасшедшие с бредовыми идеями. Не жалей, парень, радуйся. Ты вырос у нормальных людей, а не в притоне. Или в приюте. Дурсль, сказали, наизнанку вывернулся, чтобы тебя оставить. Я и радуюсь. |
| 432 |
– Ну, – осторожно проговорил Дадли, внимательно наблюдая за Гарри, – я тоже рад, что ты у нас, а не в приюте. Не знаю, какие там приюты у магов, а у нас – ничего хорошего. |
| 433 |
– Да уж! – Гарри всхлипнул и стянул очки, чтобы протереть линзы. – Мне почему-то показалось, что твои родители были не в восторге от моих. |
| 434 |
Дадли задумался. Отец ничего подобного никогда не говорил, но да, что-то такое чувствовалось. |
| 435 |
– Не бери в голову, даже если они и не дружили, ты тут ни при чём. Гарри, ты ерунду думаешь, честно. Ты нам нужен, что за глупости тебе в голову лезут? |
| 436 |
– А зачем мне надо ехать в этот Хогвартс дурацкий?! Как собачка на передержке: тут пожил, там пожил… И ещё где-нибудь поживёт, не треснет! – Поттер всё-таки разрыдался. |
| 437 |
Дадли засопел и подождал, пока надрывные всхлипы чуть стихнут. |
| 438 |
– Гарри, спускайся со своей жёрдочки, поговорим нормально. А то я стою тут, как в кабинете директора – орут, но неясно за что. |
| 439 |
Поттер насморочно вздохнул и полез вниз. Дадли подождал, пока Гарри устроится на его кровати и сел рядом. |
| 440 |
– Жалуйся, – велел он. |
| 441 |
– Смеёшься?! – взвился Поттер. |
| 442 |
– Нет, – терпеливо ответил Дадли. – Помни, я не такой умный, как ты, мне по порядку надо растолковывать. |
| 443 |
Гарри фыркнул, но реветь прекратил: |
| 444 |
– Я не хочу ни в какой Хогвартс! И я думал, что мы семья, а на самом деле… |
| 445 |
– Стоп! – Дадли вскинул руку. – В Хогвартсе учат волшебству, если я правильно понял. Целых семь лет. Так? |
| 446 |
Гарри подумал и кивнул. |
| 447 |
– Ну вот. Если ты необученный откалываешь такие номера, что нормальному человеку впору удавиться от зависти, то на что способен взрослый и учёный маг? У меня воображение отказывает, если честно. Неужели тебе не интересно попробовать? |
| 448 |
– Нет, – угрюмо ответил Гарри. – Ни капельки. |
| 449 |
– Не ври. Ты же изучаешь свои возможности втайне от родителей. И когда-нибудь обязательно нарвёшься, как в истории со шрамом, – припечатал Дадли. – Как говорит тренер Келли, во всём нужна система. Наобум ничего толкового никогда не получится. |
| 450 |
– Допустим, – Гарри завозился, устраиваясь удобнее, – но я хотел стать медиком. |
| 451 |
– Да кто мешает? Станешь, – уверенно сказал Дадли. – После школы, как и собирался. Насчет собачки – вообще бред, даже говорить не хочу. |
| 452 |
У Гарри задрожали губы. |
| 453 |
– Точнее, сегодня не хочу, – уточнил Дадли. – Спать охота. Давай завтра, на свежую голову. |
| 454 |
Гарри замялся и даже покраснел: |
| 455 |
– Дидди, если ты на меня не сердишься… |
| 456 |
Дадли молча поднялся, стащил с верхней кровати одеяло с подушкой и вручил Гарри. Тот принялся устраиваться на ночь, виновато поглядывая на брата. Дадли притушил ночник и вытянулся рядышком. Это была их тайна, даже родители не знали. Иногда, когда Гарри было грустно или плохо, он спал рядом с Дадли. Как ни странно, но такое незатейливое лекарство всегда помогало, и наутро Гарри опять был спокойным, вежливым и улыбчивым мальчиком. Даддерс не возражал: спал кузен тихо, во сне не пинался и занимал мало места. И самому Дадли было спокойней – нервного экстрасенса, в смысле, мага, лучше держать под присмотром. |
| 457 |
– Хороших снов, – зевнул зарёванный маг и чародей, завернулся в одеяло и мгновенно уснул. |
| 458 |
– Обалдеть, – пробормотал Дадли, аккуратно снимая с Гарри очки, – вот уж денёк случился. |
| 459 |
*** |
| 460 |
На следующее утро Дадли проснулся без будильника и сразу же растолкал Гарри. Пусть лучше не выспится, чем проснётся один и начнёт выдумывать всякие глупости. Поттер зевал, потягивался, бурчал на Дадли и ничем не напоминал вчерашнего истерика. |
| 461 |
«Может быть, я тоже экстрасенс, – подумал Дадли, быстро натягивая домашние джинсы. – Фамильный, мать его, талант». |
| 462 |
– Давай, Поттер, – вслух велел он, – хватай очки и дуй вниз. Кофе сделай, а то глаза не раскрываются. |
| 463 |
– Что за спешка? – Гарри неторопливо выпутывался из одеяла. |
| 464 |
– На работу мне сегодня, забыл? – Дадли зашарил в ящике комода в поисках чистой футболки. – Отец ждать не будет. В ванную первым тоже я. |
| 465 |
Он перекинул найденную футболку через плечо и выскочил из комнаты. |
| 466 |
– Адмирал Дурсль, – хихикнул Гарри ему вслед. Настроение было неплохим. День обещал быть солнечным, прохладный ветерок теребил оконную занавеску, Дадли привычно командовал всеми вокруг, и ночной разговор казался каким-то досадным недоразумением. |
| 467 |
Дядя с тётей, наверное, ещё спали. Во всём доме только младшего Дурсля подкидывало в неимоверную рань. Бессовестный Дадли успевал сделать зарядку, попрыгать на скакалке, насмерть избить боксерскую грушу и пропеть, точнее, немелодично проорать парочку песен в душе, пока остальная семья неспешно собиралась к завтраку. |
| 468 |
Гарри ещё раз потянулся и выбрался из кровати. Он аккуратно застелил обе постели, сделал короткую разминку, чтобы Дадли не ворчал и не называл задохликом, заскочил в ванную и отправился варить кофе. Мимо спальни старших Дурслей он прокрался на цыпочках, чтобы никого не разбудить. И совершенно зря крался, тётя и дядя уже были в столовой. Дядя читал газету, а тётя задумчиво разглядывала свою чашку с чаем. Увидев Гарри, они пожелали ему доброго утра. Гарри тихо поздоровался и прошмыгнул в кухню. Ему стало очень стыдно. |
| 469 |
«Идиот, распустил сопли! – сердито выговаривал он сам себе, проворно ополаскивая кофейник горячей водой и следя, чтобы кофе не убежал из джезвы на плите. – Ну, Хогвартс, подумаешь. Сам же читал в том письме: с детства записан в школу чародейства и волшебства. Значит, мама и папа этого очень хотели. И на дядю с тётей обиделся, дурак, а за что? За то, что они с тобой нянчились десять лет?» |
| 470 |
Гарри подумал и решительно полез в холодильник. Сейчас он быстренько приготовит завтрак для своей семьи, и всё уладится. Не существует горя, как со смешком говорил дядя, которого нельзя было бы заесть. Итак, яичница с беконом и тосты – это он сможет и с закрытыми глазами сделать. А если Дадли начнёт требовать свою суперполезную овсянку, то пусть сам варит эту склизкую пакость. |
| 471 |
Гарри проворно сновал по кухне и составлял готовые блюда на сервировочный столик. Он даже начал мурлыкать себе под нос какую-то приставучую песенку, недавно услышанную по радио, но его прервали басовитые вопли, доносящиеся со второго этажа: Дадли добрался до душа и приступил к вокальным упражнениям. Поттер хихикнул и укутал кофейник полотенцем, чтобы кофе не остыл. |
| 472 |
Когда он вкатил столик в столовую, Дурсли явственно вздрогнули, и Гарри опять почувствовал себя неблагодарной свиньёй. |
| 473 |
– Вот, – пробормотал он, переставляя тарелки на обеденный стол. – Нам нужно позавтракать. |
| 474 |
– Пожалуй, – медленно проговорил дядя Вернон, складывая газету. – Спасибо, Гарри, это очень кстати. Туни, милая, прости, я отказался от завтрака, не подумав. |
| 475 |
Гарри замер, заметив, как дядя плохо выглядит: мешки под глазами, какой-то синюшный оттенок кожи и совершенно больные покрасневшие глаза. |
| 476 |
– Ты плохо спал, дядя? – спросил он встревоженно и мысленно выругал себя на все корки: сам-то преспокойно выспался у Дадли под боком, и даже снов никаких не снилось, эгоисту. |
| 477 |
– Доживешь до моих лет, – хмыкнул дядя Вернон, – и тебе тоже станет жалко времени на сон. |
| 478 |
– Не слушай его, Гарри, – тётя вроде бы улыбалась, но сама не отводила встревоженного взгляда от мужа. – Хороший сон очень важен. |
| 479 |
Тут в столовую ввалился Дадли, возмутительно свежий и бодрый для такого раннего утра. |
| 480 |
– Привет, мам, пап! Ага, Поттер, начнём-ка мы денёк с ударной дозы холестерина, – хохотнул он. – Никакого уважения к моему чемпионскому будущему. |
| 481 |
– Да пожалуйста, – сделал оскорблённое лицо Гарри и попытался забрать у Дадли яичницу. – Йогурт в холодильнике. Только, по-моему, он скис. |
| 482 |
– Руки прочь! – рыкнул Дадли и вцепился в свою тарелку. – Ладно, съем, так и быть, но сегодняшний перевес ты сам будешь тренеру объяснять. |
| 483 |
|
| 484 |
Тётя Петуния всплеснула руками и засмеялась. |
| 485 |
*** |
| 486 |
Вернон смотрел на препирающихся мальчишек и с облегчением убеждался в невозможном: Гарри не злится и не обижен. |
| 487 |
Сам он так и не смог уснуть. Бродил по дому, думал, считал, прикидывал. Готовился к самому плохому, оставленному на крайний случай: быстро продавать дом и бизнес, хватать всю семью в охапку и попытаться скрыться за проливом. Часть средств уже находилась в тамошних банках – дела в последние три года шли на диво хорошо. Дурсль наконец-то смог оперировать суммами, которые позволяли действовать, а не просто сидеть в доме и гадать, распространяется ли «кровная защита» на всех членов семьи. Да и существует ли она вообще? |
| 488 |
Теперь ситуация немного выправилась. Если он уговорит Гарри сходить с ним в Косой переулок, чтобы купить сову или что там ещё у магов на посылках, то можно будет написать Снейпу. Петуния Снейпа не любила, но он был другом Лили и мог сообщить хоть какую-то информацию. |
| 489 |
Существовал ещё некий Сириус Блэк, дружок старшего Поттера, но его Петуния никогда не видела. Дурсль решил написать и ему – никакая помощь не будет лишней. Если эти, чёрт бы их подрал, маги не ответят, значит, они больше не друзья умершим Поттерам или их тоже нет в живых. Тогда – здравствуй, Европа и, может быть, Америка. Отправлять Гарри без подстраховки к дьяволу в пасть Вернон не собирался. В конце концов, он почти отец этому мальчику. |
| 490 |
– Дядя, – Вернон вздрогнул от неожиданности. – А мы ещё поговорим о Хогвартсе? |
| 491 |
Дадли и Петуния замерли и выжидательно уставились на Вернона, Гарри смутился и принялся протирать очки салфеткой. |
| 492 |
– Само собой, – кивнул Дурсль. – И не один раз. Только вечером, нам с Дадли пора на работу. |
| 493 |
– Милый, – обеспокоенно сказала Петуния, – может быть, не стоит сегодня никуда ходить? Вчера всем пришлось нелегко, нам нужно отдохнуть. |
| 494 |
Вернон поморщился. Он действительно неважно себя чувствовал, да и Петуния натерпелась за эти дни. Однако, с учетом разворачивающейся операции «Подготовка к Хогвартсу», дел было очень много. |
| 495 |
– Сделаем так, – пошёл на компромисс Дурсль. – Сейчас отправимся на работу, я закончу кое-какие дела, а вернёмся к обеду. |
| 496 |
Все кивнули, а Гарри внезапно подскочил и обнял его. |
| 497 |
– Спасибо, – пробормотал он, сопя Вернону куда-то в шею. – Я всё понял, вы не бросите меня одного. |
| 498 |
Вернон улыбнулся и бережно прижал мальчика к себе. Как же угнетал его груз этой тайны, как он волновался за детей и насколько был рад избавиться от недомолвок в собственной семье! Дурсль хотел сказать Гарри что-то ласковое, но облегчение, затопившее его душу, вдруг почему-то стало очень горячим, обожгло левую сторону груди и с размаху стукнуло под лопатку. Вернон недоуменно моргнул, разглядывая мельтешение разноцветных пятен перед глазами, и на секундочку прикрыл их, стараясь унять это безобразие. |
| 499 |
Очнулся Дурсль через сутки в больнице. |
| 500 |
О том, что он в больнице, Вернон догадался сам. Если примерный семьянин просыпается в чужой постели, значит, попал он туда не по собственной воле. К тому же мерный писк неведомого прибора и резкий запах чего-то лекарственно-дезинфицирующего не оставляли простора для фантазии. |
| 501 |
А о том, что прошли уже целые сутки, Дурслю рассказал врач. |
| 502 |
– Что со мной? – сипло проговорил Вернон, пытаясь шевельнуть левым плечом, онемевшим и каким-то чужим. |
| 503 |
– Ничего нового, мистер Дурсль, – суховато произнёс доктор, самоуверенный и возмутительно молодой, с коротким ёжиком светлых волос. – Судя по истории болезни, вы знакомы со своей стенокардией уже лет двадцать, не меньше. Не пойму только, почему вы никак не бережётесь, ведь эта дама не прощает легкомысленного отношения к себе. |
| 504 |
– Ну, – неловко улыбнулся Дурсль, припоминая, что в последнее время он немного забросил дыхательные упражнения, да и таблетки принимал неаккуратно, – жена, дети, заботы. Как всегда. |
| 505 |
– Жена и дети вот уже сутки сидят в холле и нипочём не желают идти домой, – ещё суше сказал врач. – Если будете так относиться к своему здоровью, то на вашу жену лягут не только ваши заботы, но и хлопоты по вашему достойному погребению. Я введу вам лекарство и впущу миссис Дурсль с сыновьями на пять минут. Готовы? |
| 506 |
Вернон кивнул. Молодой и нахальный доктор прав в главном – умирать нельзя ни сейчас, ни через пять лет. Нужно дать мальчишкам хоть немного повзрослеть. |
| 507 |
Туни с мальчиками зашли в палату. Похоже, врач и им наговорил неприятных вещей, потому что держались они скованно и явно боялись сказать что-нибудь лишнее. |
| 508 |
– Обычный приступ, – поспешил утешить их Вернон. – Ничего серьёзного, но придётся немного побыть здесь. |
| 509 |
– Дядя, прости, – прошептал Гарри. – Я больше не буду заставлять тебя волноваться. |
| 510 |
Петуния закатила глаза, а Дадли прошипел: |
| 511 |
– Поттер, уймись, тебя никто ни в чём не винит. Папа, скажи ему, а то я уже устал. |
| 512 |
Дурсль поманил Гарри здоровой рукой и чмокнул его в щёку: |
| 513 |
– Я сам виноват, забросил лекарства. И ты прости меня, я не хотел тебя пугать. Мир? |
| 514 |
Гарри счастливо улыбнулся. Петуния присела на краешек постели и шёпотом сказала: |
| 515 |
– Не бросай нас, Вернон, бог с ним со всем, проживём как-нибудь. Выздоравливай, пожалуйста. |
| 516 |
И, наклонившись, поцеловала его в губы. |
| 517 |
Мальчишки шёпотом заворчали о «телячьих нежностях», а Дурсль попытался молодцевато подкрутить ус. Прямые и жёсткие, его усы не были способны на такое в принципе, но Вернон не этого и добивался – жена и дети весело захихикали. |
| 518 |
– Идите домой, – велел Дурсль, – и стройте коварные планы по захвату магического мира. Вернусь, расскажете. |
| 519 |
*** |
| 520 |
Кузены принялись строить коварные планы, как только отоспались после бдения в больнице Литтл Уингинга. И тут же столкнулись с тем самым дефицитом информации, на который так сетовал дядя Вернон. |
| 521 |
– Ничего не выходит, – сказал Гарри. – Мы даже не знаем, чего маги боятся. |
| 522 |
– Если судить по тебе, то овсянки, – буркнул Дадли. – А если верить сказкам, то большой толпы с дрекольем и костра. Хотя, лично я попробовал бы автомат. С подствольником. |
| 523 |
– Я, на минуточку, в школу иду, – возмутился Гарри, – а не на сафари. Живодёр! |
| 524 |
– Ты, на минуточку, на лоб свой полюбуйся, – Дадли скрестил руки на груди. – Тебя убивали, дурень. То, что ты выжил, наверняка кого-нибудь огорчило. Этот безымянный маньяк показался мне энергичным парнем, такой хвостов не оставляет. |
| 525 |
– Зачем убивать ребёнка? – Гарри поёжился, визит в магический мир повернулся неожиданной, какой-то жуткой стороной. |
| 526 |
– Запугать всех, а заодно ликвидировать будущего мстителя, – пожал плечами Большой Дэ. |
| 527 |
– Что за фильмы ты смотришь, Дидди, – поморщился Гарри, имея в виду страсть Дадли к низкобюджетным американским боевикам. |
| 528 |
– Историю решил подтянуть для Вонингса, – усмехнулся Дадли. – И я тебе скажу, боевики и рядышком не стояли с историей Англии и Шотландии. Я ещё до Великой хартии вольностей не дошёл, а уже волосы дыбом. |
| 529 |
– Допустим, – засопел Гарри. – Тогда, получается, нам всем грозит опасность? |
| 530 |
– Получается, – неохотно подтвердил Дадли. – Пришли убивать в один дом – придут и в другой. |
| 531 |
Мальчики задумались. |
| 532 |
– Значит, никто об этом доме не узнает, – твёрдо сказал Гарри. – Буду говорить, что вы меня ненавидели и… Как там чокнутая старуха Фигг вопила? |
| 533 |
– Избивали, морили голодом, запирали в чулане и не давали завести котика, – Дадли хмыкнул. – Спасибо, Гарри, но твою безопасность эти враки не обеспечат. |
| 534 |
– Если меня у вас спрятали, значит, кому-то я нужен, – отрезал Гарри. – Вот пусть этот кто-то мою безопасность и обеспечивает! |
| 535 |
Дадли промолчал, он хотел дождаться отца. Тот обязательно что-нибудь придумает, Дадли был уверен. |
| 536 |
*** |
| 537 |
Через неделю Вернон Дурсль уже был дома с категоричным наказом молодого нелюбезного доктора не волноваться, много ходить пешком, возобновить дыхательную гимнастику и отдать текущие вопросы бизнеса толковому управляющему. |
| 538 |
Вернон не возражал, он и впрямь нуждался в передышке. В прогулках по Литтл Уингингу его сопровождали Гарри и Дадли. Дурсль неспешно шёл по тенистым улочкам, раскланиваясь со знакомыми, Гарри шагал рядом, а Дадли бежал трусцой, то обгоняя отца с кузеном, то возвращаясь назад. |
| 539 |
Мальчишки рассказали Вернону о провалившихся коварных планах. Вернон удручённо покивал – в своё время он пришёл к тем же выводам. |
| 540 |
– И всё-таки, Гарри, это очень опасно – ехать в Хогвартс без какого-то предварительного плана, – говорил он. – Правду сказать, я очень надеюсь на переписку со Снейпом и Блэком. В конце концов, мы всегда можем уехать в Европу. |
| 541 |
– Не годится, па, – Дадли, отдуваясь, присел на бордюрный камень и принялся перешнуровывать кроссовки. – Даже если мы спрячемся от магов, от обычных людей нам не спрятаться. |
| 542 |
– Зачем нам от них прятаться? – изумился Гарри. |
| 543 |
– Скажи мне, доктор Поттер, если тебе в руки попадётся больной, которому нужно будет срочно кровь остановить, ты жгут возьмёшь или своими возможностями воспользуешься? – спросил Даддерс, и Гарри понурился. Кровотечения бывают разные, не везде можно жгут наложить. А бросить пациента истекать кровью… |
| 544 |
– То-то, – Дадли встал и притопнул, проверяя шнуровку. – Пару раз проколешься, и будешь работать на спецслужбы всю жизнь. Ты будешь вести себя хорошо и делать, что скажут, чтобы с нами ничего не случилось, а мы будем вести себя хорошо, чтобы ты не нервничал и не злил начальство. |
| 545 |
– Бог мой, Даддерс, – опешил Дурсль, чувствуя, как опять немеет левое плечо. – Я об этом даже не подумал. |
| 546 |
– Вот ты смеёшься над комиксами, па, а в них чистая правда нарисована, – невесело сказал Дадли. – Где супергерой, там и правительство. Если герой за правительство, то он супергерой. А если герой сам по себе, то суперзлодей. И гоняют бедолагу правильные герои, как бешеного пса. Одна книжка – одна жизнь. |
| 547 |
Вернон молча смотрел на сына, осознавая, что Дадли прав. Окончательно, горько и бесповоротно прав. В этом мире судьба Гарри предопределена – козырный туз в чьём-то рукаве. |
| 548 |
Гарри тоже побледнел и сказал сдавленно: |
| 549 |
– Я не хочу ни в какие супергерои. Я обычный человек, мне ничего этого не нужно. |
| 550 |
– Ты обычный маг, братец, – сказал Дадли сочувственно. – Сидеть тихо и не отсвечивать ты можешь только в родном мире. На нас можно не оглядываться. Кому мы там нужны? |
| 551 |
Дурсль шумно вздохнул: |
| 552 |
– Даддерс, если ты будешь учиться в Вонингсе так же отвратительно, как в младшей школе, приеду и выпорю лично в главном холле. Ты, оказывается, умный парень. Позор мне, отцу, не разглядевшему собственного сына. |
| 553 |
– Учёба и мозги – разные вещи, папа, – улыбнулся польщённый Дадли. – И потом, я говорил, что наш директор ко мне придирается. Гарри, не ной! |
| 554 |
Гарри торопливо кивнул и вытер слёзы. |
| 555 |
До дня рождения Гарри оставались считанные дни, всё семейство активно реализовывало план «Подготовка к Хогвартсу». Вернон показал мальчикам все свои записи, сделанные за эти десять лет. Там были рассказы Петунии о магии и магах, записанные Дурслем, размышления Вернона о тех или иных фактах и сведенные в таблицу данные о магических выбросах Гарри: даты, события, последствия. А ещё там был длинный список вопросов, на которые у Дурслей ответов не было. |
| 556 |
С записями дело пошло веселей. Дурсли и Гарри сошлись на мнении, что в волшебном мире стоит вести себя тихо, скромно и доброжелательно. Не привлекать излишнего внимания, старательно учиться и постараться завести побольше хороших знакомых. Собственно, Дадли получил точно такие же советы по поводу своей учёбы в Вонингсе. Слишком много догадок, слишком мало фактов – никто не знал, как устроен магический мир. |
| 557 |
– Мы не знаем даже, насколько Гарри хороший маг, – говорила Петуния рассудительно. – Лили, помнится, досадовала, что ленивые и глупые чистокровные однокурсники действуют только грубой силой. |
| 558 |
– Ой, какие знакомые обвинения, – пробурчал Дадли. – Прямо, как в свой класс вернулся. Не выучил стишок – значит, дебил. Стукнул прыща какого-нибудь, за дело стукнул, попрошу заметить: вой до небес – изверг и садист. Хорошие девочки – они все такие, головой скорбные? |
| 559 |
Гарри засмеялся, а Вернон хмыкнул: |
| 560 |
– Это исконно женская роль, Даддерс, унимать геройский пыл. Иначе мир обезлюдел бы раньше времени. |
| 561 |
– В любом случае, Гарри, для начала осмотрись, – сказала Петуния. – Если будет возможность с нами связаться, пиши обязательно и очень подробно, мы с отцом будем думать. |
| 562 |
Гарри кивал, и таинственный Хогвартс казался ему уже не таким страшным. |
| 563 |
Когда всё было обговорено не меньше сотни раз, Дурсль объявил, что день рождения Гарри они будут праздновать в Лондоне: |
| 564 |
– Мардж хотела увидеть мальчиков до их отъезда, а сюда ей приезжать не следует. Гарри, ты не против? |
| 565 |
Гарри улыбнулся и помотал головой. Тётка Мардж была забавная и смешно причитала над их с Дадли проказами, перемежая причитания ругательствами, которые сделали бы честь отставному мичману. Они несколько раз были в гостях у Марджори Дурсль, та содержала собачий питомник и специализировалась на разведении английских бульдогов. Она и сама была немного похожа на бульдога, как внешностью, так и характером. Неглупая, хваткая и деловитая Мардж одинаково легко принимала как хорошие, так и дурные вести, играючи управлялась со своим капризным хозяйством и души не чаяла в младшем брате и его «ненормальной» семье. Замужем она никогда не была, в доме Мардж на правах хозяина жил Злыдень – на редкость смышлёный кобель самых элитных кровей, отец едва ли не трети приплода питомника. Прошлым летом, когда они с Дадли гостили у Мардж почти две недели, Злыдень сопровождал их на каждой прогулке, исправно отгонял чужих псов и охотно давал лапу. |
| 566 |
Так и решили – тридцать первого июля дожидаются письма из Хогвартса, читают его и едут в Лондон: пообедать в кафе, наведаться в хороший торговый центр и, может быть, посетить кинотеатр. Все были довольны планами, предвкушали праздник, но уже вечером тридцатого июля всё пошло наперекосяк. |
| 567 |
*** |
| 568 |
После того, как родители поднялись наверх, пожелав спокойной ночи, Гарри и Дадли ещё немного посмотрели телевизор и тоже пошли спать. Дадли уснул почти сразу, а взбудораженный Гарри так и не смог сомкнуть глаз. В итоге он провертелся в постели почти до полуночи, а потом спустился вниз – выпить сладкого чаю. Спать совершенно не хотелось, Гарри решил дочитать книгу об инфекционных заболеваниях и полез в чулан, чтобы яркий свет из гостиной не мешал домашним. |
| 569 |
Едва он устроился на своей старенькой кровати, вниз спустился заспанный Дадли и шёпотом обругал его: |
| 570 |
– Я думал, тебя похитили нахрен, Поттер! А ну, живо спать, а то завтра из пушек тебя не разбудишь! |
| 571 |
И тут в окно гостиной кто-то постучал. |
| 572 |
Мальчишки замерли, затем Даддерс с невозмутимым лицом выдернул откуда-то из-под ящика со старыми игрушками металлический прут, один конец которого был обмотан изолентой. Пока Гарри соображал, откуда у кузена взялась такая жуткая вещь, застучали ещё сильнее, и Дадли обманчиво неуклюжей походкой двинулся к окну. |
| 573 |
– Поттер, чтоб тебя, – проворчал он тихо. – Лопни мои глаза, это действительно сова. И к её лапе действительно привязана какая-то хрень. Сапёров вызываем? |
| 574 |
Гарри нервно хихикнул и выбрался из чулана. Он открыл окно, и в комнату влетела небольшая пёстрая неясыть. Птица уселась на журнальный столик и протянула лапу с конвертом, а Гарри принялся его отвязывать. Дело не ладилось, у супергероя Поттера подрагивали руки и постукивали зубы. Сова занервничала, заклекотала что-то явно обидное и решила поторопить растяпу хорошим клевком. Но пока она примерялась, в воздухе зловеще свистнул металлический прут и Дадли процедил сквозь зубы: |
| 575 |
– Не так быстро, дорогуша. |
| 576 |
Расхожая фразочка из американских боевиков в сочетании с ржавым прутом самого зловещего вида заставили сову съежиться и опасливо прикрыть глаза. Гарри кое-как отвязал послание. Сова, быстро перебирая лапами и косясь на Дадли, бочком-бочком шмыгнула на край стола и суматошно забила крыльями, стремясь покинуть нехороший дом как можно скорее. |
| 577 |
– Погоди, я родителей разбужу, – Дадли подошёл к чулану, сунул прут куда-то в завалы старья и обернулся к кузену. – Отцу ни слова, Поттер, оʹкей? |
| 578 |
Гарри только рукой махнул. Дадли не переделать – бедный Вонингс. |
| 579 |
Тщательное изучение письма только добавило вопросов. Дядю Вернона огорчило бегство совы, а Дадли потешался над мантиями и остроконечной шляпой: |
| 580 |
– Твоя форма, Поттер, будет покруче моей. |
| 581 |
Затем они немного поспорили о том, как без совы передать согласие на обучение в школе. Наконец тётя Петуния велела всем идти спать, чтобы поездка в Лондон всё-таки состоялась: |
| 582 |
– Всё завтра, милые мои, всё завтра. Ой, уже второй час ночи! С днём рождения, Гарри! |
| 583 |
Дадли заржал и потащил Гарри наверх: |
| 584 |
– Завтра моя очередь освобождать питона, Поттер! С днюхой, в-волшебник! |
| 585 |
Утром тридцать первого июля Гарри разбудили «песни» Дадли, доносящиеся из ванной. Гарри со стоном откинул одеяло и, не открывая глаз, сполз вниз. Минут пять он как зомби бесцельно бродил по комнате, пока не проснулся. Дадли перешёл к следующему номеру своего небогатого репертуара, и Гарри понял, что пора спускаться на завтрак. Он нацепил очки, оделся, кое-как пригладил отросшие за месяц каникул волосы и туго стянул их в коротенький хвостик выпрошенной у тёти резинкой. |
| 586 |
– Утро! – выскочивший из ванной Дадли дёрнул кузена за прядку, выбившуюся из хвоста. – Давай, Поттер, бегом, а то слопаю праздничный завтрак без тебя. |
| 587 |
Гарри только фыркнул и пошёл в душ. Тётя ни за что не позволит притронуться к еде, пока все не соберутся за столом. |
| 588 |
«Не буду стричься! – решил Гарри, оценив новую причёску в зеркале ванной. – Хоть сзади на человека похож». |
| 589 |
По мнению Гарри, на людей были похожи те, у кого волосы лежали гладко, волосок к волоску. Его же вихры никаким стрижкам и укладкам не поддавались. Миссис Булман, приятельница тёти Петунии, держащая небольшую парикмахерскую на улице Глициний, давно опустила руки. |
| 590 |
– Не знаю, что и делать, Гарри, – говорила она сокрушённо. – Хорошие густые волосы, но, вот беда, каждая прядка растёт в свою сторону. Будь ты девочкой, мы бы отрастили твои кудри и заплели красивую косу. А хочешь, я буду стричь тебя очень коротко? |
| 591 |
Коротко стричься Гарри не хотел. Хуже очкариков выглядели только лысые очкарики. Поэтому каждое утро Гарри шепотом ругался и пальцами раздирал упрямые патлы, мечтая поскорее научиться изменять структуру волос. |
| 592 |
Дадли, как всегда, осаживал его рвение: |
| 593 |
– Ты сам говорил, что регенерация кожи и быстрый рост волос как-то связаны. Зубы у тебя, вон, тоже крепкие, как у людоеда. Узнай толком, что к чему, а то опять наделаешь дел. |
| 594 |
Гарри вдруг осенило, что он сможет научиться этому в Хогвартсе. |
| 595 |
Школа волшебства, как он раньше не подумал? Дадли абсолютно прав, нужна система. Например, сведение синяков – Гарри несколько лет потратил для получения сносного результата. Кошки старухи Фигг, завидя своего мучителя, до сих пор разбегаются с надрывным мяуканьем. А в каком-нибудь волшебном учебнике на пятнадцатой, скажем, странице записан универсальный рецепт наилучшего излечения гематом. |
| 596 |
Да что гематомы! Вот если бы научиться воздействовать на сосуды, на мышечную ткань, на состав крови – за пару-тройку манипуляций от дядиной стенокардии не осталось бы даже воспоминаний. На синяках Дадли проверено, что маглы вполне поддаются магическому воздействию, значит, дядю Вернона можно вылечить. |
| 597 |
Гарри ошалело помотал головой. Перспективы вырисовывались просто фантастические. Теперь собственные возражения против учёбы в Хогвартсе казались идиотизмом. |
| 598 |
«Трус несчастный, – корил себя Гарри, – устроил истерику на ровном месте. Признайся честно, ты просто за тёткину юбку цепляешься, нюня». |
| 599 |
Гарри задумчиво потёр шрам и вышел из ванной. Это следовало обдумать не торопясь. |
| 600 |
В столовой его ждали принарядившиеся родственники. Даже Дадли вместо обычной футболки с жутким принтом натянул клетчатую рубаху. |
| 601 |
Гарри смутился. Сам он вышел к столу в старой футболке Дадли и в домашних джинсах, потёртых и дырявых на коленках. «Непарадные» очки с примотанной скотчем дужкой довершали образ чокнутого ботана, напрочь забывшего о собственном дне рождения. |
| 602 |
– Ой, – Поттер покраснел, – я, наверно, тоже переоденусь. Нам ведь в город потом ехать. |
| 603 |
– Ничего, – усмехнулся дядя Вернон, – тебе сегодня всё можно. Потом переоденешься, а то еда стынет. |
| 604 |
Тётя Петуния расцеловала Гарри в обе щеки, дядя торжественно пожал ему руку, а Дадли хлопнул по плечу. |
| 605 |
– С днём рождения, мой мальчик! – сказала тётя и промокнула глаза. – Ты уже совсем взрослый, даже не верится. |
| 606 |
– Ма, давай пирог резать, а то наш маг сейчас тоже разревётся от чувств, – фыркнул Дадли. |
| 607 |
– И не думал даже, – соврал Гарри, аккуратно разрезая именинный пирог. – Держи, бессовестный, тренер Келли извещён о нарушении режима. |
| 608 |
После завтрака Гарри направился было наверх, чтобы переодеться, но его остановил Дадли: |
| 609 |
– Дай руку, братец. |
| 610 |
Гарри протянул руку для рукопожатия, но Дадли засмеялся, перехватил её ладонью вверх и надел на кузена довольно массивный браслет. |
| 611 |
– Держи, – сказал Дадли, – на память. А то уедешь в свой Хогвартс и не вспомнишь обо мне. |
| 612 |
– С ума сошёл? – возмутился Гарри. – А ты в своём Вонингсе обо мне не забудешь? – он перевел взгляд на браслет. – Какой классный! Спасибо. |
| 613 |
– Папа сказал, настоящее серебро. Я его на блошином рынке купил. Там много всякого барахла было, но я почему-то именно этот браслетик сразу приметил. |
| 614 |
Гарри залюбовался подарком: чернёное серебро, грубоватое плетение плоских звеньев и вставки в виде стилизованных черепов. Крутая вещь. |
| 615 |
– Спасибо, Дидди, – сказал он. – Даже на ночь снимать не буду. |
| 616 |
Гарри тряхнул рукой. Подарок был широк для его запястья, и Гарри подтянул браслет к бицепсу. Удивительно, но тяжёлое украшение почти не чувствовалось на руке, легло как влитое. |
| 617 |
– Я рад, – Дадли улыбнулся и похлопал по брючному карману. – На твою палаческую книжку тоже осталось, ту самую, с человечьими потрохами на каждом развороте. |
| 618 |
Гарри расхохотался. |
| 619 |
– Мальчики, поторопитесь, – донёсся голос тёти Петунии. – Мардж звонила, она уже выезжает. |
| 620 |
– Ой, – Гарри вспомнил, что он всё ещё не одет, и рванул было наверх. |
| 621 |
В ту же минуту дом сотрясли тяжкие удары в дверь. |
| 622 |
– Это что-то побольше совы, – деловито сказал Дадли и отскочил к чулану. Гарри уже знал зачем – достать опробованный на несчастной птице прут. |
| 623 |
– Мальчики, что там? – встревоженный дядя Вернон показался из дверей столовой, всё еще держа в руках газету. За его спиной стояла тётя и нервно вытирала руки передником. |
| 624 |
Вооружиться Даддерс не успел. Дверь распахнулась, жалобно простонав почти вырванными петлями, и в гостиную ввалился очень странный тип. Гарри ошалело вытаращился на огромного, нет, Огромного Бородатого Человека. |
| 625 |
– Кто вы и почему вломились в мой дом? – гневно спросил дядя Вернон, отшвырнув газету. Он шагнул в гостиную и ухватил Гарри за плечо, отодвигая от незваного гостя. |
| 626 |
– Не тронь мальчика, ты, грязный магл! – загрохотал бородатый великан. |
| 627 |
– Кто бы говорил, – тихо прошептал за спиной у Гарри кузен. Визитёр и впрямь выглядел не слишком опрятно. Спутанная грива длинных волос незнакомца и его кудлатая борода никак не походили на шедевр парикмахерского искусства. Заношенная куртка со множеством карманов и нечищеные ботинки нелепо смотрелись в стерильной гостиной миссис Дурсль. |
| 628 |
– Здравствуй, Гарри, – гулким басом поздоровался великан. – Я пришёл за тобой, мне Дамблдор велел. Великий человек! |
| 629 |
– Кто? – пискнул Гарри, не поняв точно, кто конкретно великий человек: Дамблдор, бородатый великан или, может быть, сам Гарри. |
| 630 |
– Ты не знаешь, кто такой Дамблдор? – изумился бородач. – Дурсль! Почему ты ничего не рассказал Гарри Поттеру о волшебном мире? |
| 631 |
Дядя Вернон затрясся от злости: |
| 632 |
– Кто вы такой?! Покиньте мой дом немедленно! |
| 633 |
Тётя Петуния рассказывала, что за Лили в своё время приходил преподаватель из волшебной школы – толстенький словоохотливый старичок с пушистыми бакенбардами, милый и вежливый, хотя и очень-очень странный. Поэтому Дурсли ждали в гости мага, мало-мальски похожего на учителя. Они намеревались разговорить гостя из волшебного мира и постараться произвести на него самое благоприятное впечатление, чтобы у будущих преподавателей Гарри не было предвзятого отношения. Но вместо мага явилось какое-то грубое и немытое чучело, будто Гарри не нормальный волшебник, а бродяжка с помойки. |
| 634 |
Между тем волосатый бородач насупил густые брови и наставил на мистера Дурсля потрёпанный розовый зонт: |
| 635 |
– Сейчас я тебе покажу, как издеваться над Гарри! |
| 636 |
Шутки кончились. Тётя Петуния тоненько вскрикнула, Даддерс скользнул великану за спину, крепко сжимая в кулаке верный прут, а дядя задвинул Гарри в чулан: |
| 637 |
– Мальчик никуда не пойдёт! |
| 638 |
Гарри очень не понравился этот зонт. Огромный бородач и голыми руками мог без труда скрутить их всех, но Поттера обеспокоил именно зонт. Что-то в нём было такое, чего просто не могло быть в обычном зонте. Гарри выскочил из чулана, дядя попытался его перехватить, но не успел. |
| 639 |
– Стойте! – крикнул он и подскочил к великану вплотную. – Послушайте, давайте мы уйдём отсюда, и вы мне всё расскажете. |
| 640 |
– Поттер, – рявкнул Дадли, – какого хрена?! |
| 641 |
Великан расплылся в улыбке и ухватил Гарри за руку: |
| 642 |
– И то верно. Пойдём, Гарри, отсюда, тебе не место здесь, в этом чулане. Как ты на папку-то похож! А глаза мамкины точь-в-точь! |
| 643 |
– Вы знали моих родителей? – тихо спросил Гарри. |
| 644 |
– А как же! – великан вытащил откуда-то огромный платок, старательно промокнул глаза и потопал к выходу. – С дороги, пузырь! |
| 645 |
Он хотел пнуть Дадли, но тот легко увернулся и вопросительно посмотрел на кузена. Гарри, как мог, изобразил пантомиму на тему, что, мол, сейчас он уведёт этого чудика из дома, поговорит с ним и тут же вернётся. |
| 646 |
– Мальчики, – беспомощно всхлипнула тётя Петуния. |
| 647 |
– Пойдём, Гарри, – прогудел великан, и Гарри побежал за ним, стараясь не оглядываться на испуганных и растерянных Дурслей. |
| 648 |
|
| 649 |
Гарри едва поспевал за великаном. Тот шёл быстро, широкими шагами, что-то бормотал себе под нос и остановился только в небольшом сквере в двух кварталах от Тисовой улицы. |
| 650 |
– Пожалуй, здесь поговорим, – сказал он, оглядевшись. – Тут деревья. Сам я, считай, в лесу живу, мне с деревьями хорошо. |
| 651 |
«Не сомневаюсь!» – чуть не ляпнул Гарри, но вовремя прикусил язык. |
| 652 |
– Меня Хагрид зовут, – представился бородач, – Рубеус Хагрид. Я – хранитель ключей Хогвартса! |
| 653 |
Поттер недоуменно хлопнул глазами. Он тоже ждал в гости преподавателя, а не сторожа. |
| 654 |
– Очень приятно, мистер Хагрид, – вежливо сказал Гарри. |
| 655 |
– Да ну, – по-детски смутился Хагрид. – Какой я мистер, просто Хагридом зови. |
| 656 |
Гарри кивнул. |
| 657 |
– Постой, так ты даже не знаешь ничего, – спохватился великан. – Ну, да я тебе всё расскажу. Ты, Гарри, маг. Понял? |
| 658 |
Гарри кивнул ещё раз – да, понял, и довольно давно. Лет шесть назад. |
| 659 |
– А родителей твоих убил один такой… В общем, злой он был ужасно, – неторопливо продолжил Хагрид. |
| 660 |
Гарри мгновенно выхватил самое главное из сказанного: |
| 661 |
– Был?! |
| 662 |
Хагрид поперхнулся и уставился на Поттера. Потом задумчиво поскрёб в затылке, подёргал себя за бороду и с досадой сказал: |
| 663 |
– И ведь говорил мне Дамблдор, что будет нелегко. Ну да. Родителей твоих убил, дом ваш разрушил. Он и тебя хотел убить, Гарри. Но не смог. Шрам твой – так бывает, когда тёмный маг насылает заклятье. Но ты выжил, хотя и не должен был. |
| 664 |
– И что с этим злодеем стало? – спросил Гарри, надеясь, что убийцу его родителей надолго посадили в тюрьму, и опасаться нечего. |
| 665 |
– Так исчез он. В ту самую ночь и исчез. Никто толком не знает, что ты с ним сделал, но что-то такое, отчего тот пропал. |
| 666 |
Гарри вспомнил дядины записи о его стихийных выбросах. «Исчезновение» там было только одно: его детская кроватка пропадала где-то целую ночь и вернулась наутро. Гарри вздохнул, рассказчик из Хагрида был неважный, он мог и напутать что-нибудь. Почему Дамблдор не прислал кого-нибудь потолковей? |
| 667 |
Хагрид меж тем рассказывал, что злой колдун совсем было забрал власть у Министерства магии и убил множество сильных и отважных магов, которые осмелились бороться с ним и его приспешниками. Услышав о приспешниках, Гарри вновь заволновался. То есть убийца – главарь террористической группы, а не обычный маньяк. И, тем не менее, если верить Хагриду, в их дом он заявился в одиночку, без охраны. Личные счёты? |
| 668 |
Гарри пожал плечами и сосредоточился на рассказе Хагрида. Это было непросто. Тот взволнованно размахивал руками, ерошил волосы, теребил бороду, запинался, замолкал в самых неожиданных местах, прикладывался к бутылке с чем-то явно горячительным и поминутно ссылался на Дамблдора, великого человека. |
| 669 |
Тёмного мага звали Волдеморт. Ясно, что кличка, обычное дело для террориста. Гарри накрепко запомнил, что произносить это имя-не-имя в приличном обществе не принято. По версии Хагрида, боялся безымянный злодей лишь Дамблдора, а единственным безопасным местом во всей магической Британии был Хогвартс. На волшебную школу Тот-Самый-Который напасть не решился. Зато решил убить Поттеров, лучших, по словам Хагрида, учеников этой самой школы. |
| 670 |
Ирония судьбы, но бояться экстремисту с непроизносимым именем следовало вовсе не Дамблдора, великого человека, а мальчишку, едва научившегося ходить. Брошенное в ребёнка заклятье каким-то образом отразилось в детоубийцу и… |
| 671 |
– Исчез он, Гарри, – Хагрид, явно непривычный к долгим речам, устало ссутулился. – Никто не знает куда. Никто не знает, сумеет ли он оттуда вернуться. Но не умер, нет. Он уже и человеком не был, чтобы просто умереть. Хотя многие думают, что всё-таки умер – ничего о нём не слышно, а подельники его… Ну, кто как. По-разному, в общем. Но ты их берегись, Гарри! Страшные люди. |
| 672 |
Хагрид сурово взглянул на Гарри, тот покорно кивнул. Кто бы ещё рассказал, как именно следует беречься тёмных магов. |
| 673 |
– Так что ты, Гарри, теперь знаменитый. Все мечтают взглянуть на тебя хоть одним глазком, письма шлют, желают всего хорошего. |
| 674 |
– Я ничего не получал, – озадаченно сказал Гарри, размышляя, чем же он так знаменит. Крепким лбом? Дадли его задразнит насмерть. |
| 675 |
– Ну, так они же в Хогвартс приходят, письма-то. Сюда нельзя, а то маглы узнают о нас. А это нехорошо, да, нехорошо. |
| 676 |
Гарри потёр занывший висок. Чем больше узнаёшь о волшебном мире, тем меньше его понимаешь. Бедный дядя Вернон, он уже десять лет так мучается. |
| 677 |
– Ну, – хлопнул себя по коленям Хагрид и поднялся с земли, – теперь пойдем за книжками. |
| 678 |
Гарри опешил. Родные с ума сойдут от беспокойства, не явись он домой немедленно. |
| 679 |
– Хагрид, – сказал он в волнении, – я выскочил из дома в чём был. У меня ни монетки в карманах. |
| 680 |
Великан махнул рукой: |
| 681 |
– Денег у тебя куча. Возьмём в Гринготтсе. |
| 682 |
– Где?! |
| 683 |
– В банке. Там гоблины всем заправляют, – Хагрид подхватил свой неправильный зонт, достал из нагрудного кармана огромный гвоздь и протянул его Гарри. – Возьми его и держи крепко, а то расщепит. |
| 684 |
Гарри растерянно посмотрел на Хагрида, робко коснулся гвоздя… |
| 685 |
И очутился в каком-то безлюдном переулке. |
| 686 |
Глухие кирпичные стены, пара мусорных баков и обшарпанная щелястая дверь в одной из стен. |
| 687 |
– Где мы? – спросил он у Хагрида, топтавшегося рядом. |
| 688 |
– Это задняя дверь «Дырявого котла», – сказал Хагрид, и Гарри даже не удивился. Дверь котла, чему тут удивляться. Задняя. |
| 689 |
– Пойдем-ка, пропустим стаканчик, – великан толкнул дверь и поманил Гарри за собой. Зайдя в помещение, Гарри немедленно вспомнил словечко «притон». Точно, это он и есть – тесный, грязный и неуютный. |
| 690 |
Хагрид живо направился к барной стойке: |
| 691 |
– Маленькую, Том. Я нынче здесь по делам Хогвартса. Дамблдор мне доверяет. Сам смотри, кого я привёл. |
| 692 |
Бармен вручил великану стакан с какой-то коричневой жидкостью и перевёл взгляд на оробевшего Гарри. |
| 693 |
– Мерлин! – воскликнул он потрясённо. |
| 694 |
– Нет, – честно признался Гарри. Его сейчас больше всего интересовало, как они сюда попали, и далеко ли это от дома. |
| 695 |
– Смотрите, это же сам Гарри Поттер! – Том схватил Гарри за руку и энергично её потряс. – Мистер Поттер, какая честь! |
| 696 |
Гарри обступили немногочисленные посетители бара, они тормошили мальчика, пожимали ему руку и говорили, что счастливы его видеть. Гарри совершенно не понимал, что происходит. Ему нужно было домой. Там остались дядя и тётя, и Гарри всерьёз беспокоился. Месяца не прошло после сердечного приступа дяди Вернона, и вот, пожалуйста, Гарри ушёл из дома со странным и агрессивным типом. |
| 697 |
Поэтому он пропускал мимо ушей все славословия, молчал, кивал, вежливо улыбался и терпеливо ждал, пока Хагрид допьёт свой стаканчик и вспомнит о Гарри. Наконец Хагрид объявил всем, что время не ждёт и у него куча поручений от самого Дамблдора. |
| 698 |
Они вышли в тот самый двор с мусорными баками. Гарри скептически хмыкнул: |
| 699 |
– Мы заблудились? |
| 700 |
– Нет, – Хагрид замотал головой. – Это магия, смотри. |
| 701 |
Великан коснулся концом своего розового зонта нескольких кирпичей, и глухая стена превратилась в арку. Гарри захотелось протереть глаза – за аркой открылся вид на извилистую узкую улочку, мощёную булыжником. |
| 702 |
– Ну вот он, Косой переулок, – гордо сказал Хагрид. |
| 703 |
Гарри потрясённо выдохнул. Улочка была… волшебная. Он вертел головой, пытаясь увидеть и запомнить всё-всё-всё, но всего запомнить было невозможно, как и невозможно было хоть что-то понять. |
| 704 |
По улочке сновали маги в развевающихся накидках самых разных цветов и фасонов, покупали и продавали самые невообразимые и непостижимые товары: драконью печень, глаза угрей, летающие мётлы, самопомешивающиеся котлы, пучки каких-то невиданных трав и шкуры откровенно мифических животных. |
| 705 |
Огромное количество лавок и магазинчиков самого причудливого облика, броские вывески с удивительными надписями – привыкший к типовой застройке заштатного городка и к его тихим благопристойным жителям, Гарри влюбился в эту улочку и её сказочно-карнавальную атмосферу сразу и навсегда. |
| 706 |
Он почти не слушал Хагрида, толковавшего о каком-то важном деле и о доверии Дамблдора, о самом защищённом в мире месте и о ставшем ненадёжным сейфе. Гарри было не до того. Он нечаянно получил удивительный подарок на день рождения и сейчас от души им наслаждался. Гарри даже про Дурслей забыл на какое-то время, так ему было уютно и хорошо в этом странном, но таком замечательном месте. |
| 707 |
– Ну вот и пришли! – засмотревшийся по сторонам Гарри налетел на Хагрида и сконфуженно извинился. – Это Гринготтс, волшебный банк. |
| 708 |
Гарри круглыми глазами рассматривал существо, стоявшее на ступенях огромного беломраморного здания с вычурной позолоченной лепниной там и сям. Существо, в свою очередь, неодобрительно покосилось на Гарри и махнуло рукой на дверь: проходите, мол, нечего пялиться. |
| 709 |
– А это гоблин, – хохотнул Хагрид и потопал вверх по ступеням. – Воровать у них – гиблое дело, сразу скажу. |
| 710 |
Гарри завел глаза. Воровать вообще гиблое дело, хоть у кого. |
| 711 |
Внутри гоблинов было столько, что Гарри моментально привык к их виду. Наоборот, здесь они с Хагридом выглядели очень странно. Хагрид, недолго думая, облокотился на первый попавшийся стол и спросил работавшего за ним гоблина: |
| 712 |
– Это к вам надо, чтобы взять денег из сейфа Гарри Поттера? |
| 713 |
– Если у мистера Поттера есть ключ от сейфа, – утвердительно кивнул тот. |
| 714 |
– А как же! Да где же? Нет, не здесь. Ага! Тоже нет. Вот он! – Хагрид достал золотой ключик откуда-то из недр своей куртки, а гоблин потрясённо уставился на добытые при этом полезные ископаемые: заплесневелую выпечку, обрывки верёвки, крошки табака и сонную мышь. |
| 715 |
– Пожалуйте со мной, – гоблин поднялся из-за стола и направился куда-то вглубь помещения. |
| 716 |
– А ещё письмо, письмо Дамблдора насчёт сейфа семьсот тринадцать! – заорал великан на весь банк. |
| 717 |
– Мы уже поставлены в известность о вашем визите, пройдемте к хранилищам, – ответил клерк, не оборачиваясь, и Хагрид с Гарри пошли следом. |
| 718 |
Гоблин открыл массивную дверь, и Гарри, ожидавший увидеть ровные ряды банковских ячеек, оторопел – это была огромная пещера, тускло освещённая факелами. |
| 719 |
Гоблин сел во что-то, что напомнило Гарри шахтёрские вагонетки из старых фильмов, и нетерпеливо кивнул на сиденья позади. Хагрид горестно застонал и полез в вагонетку, Гарри робко примостился рядом. Тележка рванула с головокружительной скоростью, и Гарри чуть не заорал от радости. День рождения получался всем на зависть, вот и на карусели покатали. Супергерой Поттер от души наслаждался поездкой, пока Хагрид зеленел лицом и судорожно цеплялся за борта вагонетки. |
| 720 |
Наконец они приехали. Гарри с уважением посмотрел на небольшую, но массивную сейфовую дверь. Справа и слева в стену пещеры были вделаны такие же двери. Хагрид вылез из тележки и обессиленно присел прямо на камни у стены, его явно мутило. Гоблин открыл дверь и приглашающе махнул мальчику рукой: |
| 721 |
– Ваш сейф, мистер Поттер! |
| 722 |
Гарри робко вошёл в дверь. Сейф был не сейф, а целая сейфовая комната. Почти пустая, только на ближайших к двери полках громоздились золотые и серебряные монеты. |
| 723 |
– Сколько здесь? – спросил Гарри. |
| 724 |
– Чуть больше пяти тысяч галлеонов, – сказал гоблин. – Точную сумму я скажу в зале, подняв записи. |
| 725 |
– Простите, я неверно задал вопрос, – Гарри вздохнул. – Что можно приобрести на эти деньги? |
| 726 |
Гоблин впервые взглянул на клиента с интересом: |
| 727 |
– Можно купить небольшую квартирку в небольшом городке. |
| 728 |
– В магической Британии? |
| 729 |
– Разумеется. У маглов, впрочем, тоже. |
| 730 |
– Конвертация средств разрешена? – спросил Гарри, племянник своего дяди. |
| 731 |
– Да, – сказал гоблин и одобрительно кивнул. – Причем не только наличными. Недавно мы открыли банк у маглов. Промежуточный, так сказать. Я вручу вам его реквизиты. |
| 732 |
– Хорошо. Откуда у меня этот сейф? |
| 733 |
Гоблин внимательно посмотрел на Гарри и слегка улыбнулся: |
| 734 |
– Это наследство, доставшееся вам от вашего отца. У вашей матери не было собственного сейфа. |
| 735 |
Гарри подумал: |
| 736 |
– А что можно купить, кроме квартиры? Я имею в виду обучение в Хогвартсе. |
| 737 |
– Стандартный набор формы, учебников и писчих принадлежностей стоит около сотни галлеонов. Малоимущим маглорождённым покупки оплачивает школьный попечительский совет примерно на эту же сумму. Вы, как уроженец магической Британии, такой привилегией не пользуетесь. Подержанные вещи стоят дешевле, можно немного сэкономить. Само обучение в Хогвартсе для маглорождённых – триста галлеонов в год, малоимущие обучаются бесплатно. Для магов – тысяча галлеонов в год, малоимущие маги самостоятельно ведут переговоры о снижении платы с попечительским советом, так что в этом случае бывает по-разному. |
| 738 |
– Получается, здесь денег на пять лет учёбы? |
| 739 |
– Ваше обучение, мистер Поттер, оплатил ваш дед незадолго до своей смерти. Он также учредил небольшой фонд на ваше имя, но средства оттуда можно будет получить только при соблюдении некоторых условий. |
| 740 |
– Значит, дед тоже умер? – грустно спросил Гарри. |
| 741 |
Тут Хагрида, видимо, перестало тошнить. |
| 742 |
– Гарри, – укоризненно прогудел он. – Мы торопимся, а гоблины о деньгах могут болтать до Мерлинова воскрешения. Сейф семьсот тринадцать, дело там у меня. |
| 743 |
Гарри посмотрел на великана и пожалел, что они так быстро доехали. Надо было ещё пару кругов сделать. |
| 744 |
– Хагрид, – укоризненно сказал он. – Ты мне не рассказал, сколько денег брать. |
| 745 |
– А, – Хагрид ввалился в сейфовую комнату, а гоблин поморщился, – ну так сотни хватит за глаза. А тут погляди сколько! |
| 746 |
– Золотой – это галлеон. А серебряный? – спросил Гарри. |
| 747 |
Хагрид открыл было рот, но гоблин его опередил: |
| 748 |
– В главном зале я дам вам памятку для маглорождённых. Там всё очень понятно изложено. |
| 749 |
Хагрид достал откуда-то небольшую полотняную сумку и принялся помогать Гарри складывать монеты, старательно считая их вслух. Досчитав до сотни, он вручил мальчику импровизированный кошель. Гарри охнул: |
| 750 |
– Тяжело! |
| 751 |
– У магов бумажные купюры не прижились, – чуть улыбнувшись, сказал гоблин. – Специфика образа жизни, так сказать. Но мы не теряем надежды. Господин хранитель ключей, помогите, пожалуйста, молодому человеку. |
| 752 |
Хагрид хлопнул себя по лбу, забрал у Гарри золото и понёс его к тележке. |
| 753 |
Гоблин дождался, пока великан повернётся к ним спиной, подскочил к Гарри, дёрнул его за рукав и молча ткнул когтистым пальцем в верхнюю полку. Гарри потянулся и достал с полки довольно пухлый конверт. Он повертел конверт в руках и охнул. Гоблин приложил палец к губам. Гарри торопливо закивал и быстро засунул конверт за пояс штанов, прикрыв его полой футболки. |
| 754 |
Они опять уселись в тележку, но аттракцион уже не радовал Гарри. Он даже не пошёл смотреть, что за дело у Хагрида в сейфе семьсот тринадцать. Все его мысли занимала надпись на конверте. |
| 755 |
Чёткие и прямые, почти без наклона, буквы складывались в слова: «Моему внуку в день его одиннадцатилетия. Карлус Джеймс Поттер». |
| 756 |
Магнус Нотт задумчиво вертел в руках письмо. Гладкий дорогой пергамент, фиолетовые чернила с искрой, филигранно изготовленная печать, терпкий запах кёльнской воды, изящный летящий почерк… И совершенно оскорбительное предложение, изложенное, впрочем, в самых изысканных выражениях. |
| 757 |
По-хорошему, стоило разгневаться и испепелить проклятое письмо, а потом, попозже, сделать то же самое с отправителем. Благо Нотт был уверен в своей победе. Этому гаду не тягаться со стихийным огненным магом, самым мощным в Британии за последние двести лет. Хорошенько разозлившись, Магнус вполне мог сделать самого Дамблдора, только этот хрен в колокольчиках ещё ни разу не давал прямого повода и, чуть что, моментально прятался в Хогвартсе. Собственно, в открытом бою противостоять Нотту теоретически мог только его покойный старший брат, погибший ещё в Первую магическую. |
| 758 |
Но в том-то и беда, что гнева не было. Раздражение – было, досада – была, даже немного веселья было: вот ведь, драный книзл, как же он подгадал со своим письмом, как будто специально момент выжидал. |
| 759 |
«Может, и выжидал, – тоскливо подумал Нотт, – с него станется. И мы с Ургхартом просмотрели, кретины, а ведь он никогда даже не прятался. Болваны, какие мы болваны». |
| 760 |
Магнус встал с кресла, подошёл к бару и выбрал тяжёлую квадратную бутыль. «Старое огденское», самое то для неспешных размышлений. Затем он щёлкнул пальцами и приказал старшему домовику подать ужин сюда, в кабинет. |
| 761 |
– Мистеру Ургхарту скажи, что я занят, – также велел Нотт. – Сегодня он сам на хозяйстве, дай ему в помощь пару своих дармоедов, и не беспокойте меня оба. Пшёл! |
| 762 |
Магнус выглянул в окно, распахнул створки, впуская в комнату прохладный летний вечер, и уселся в кресло перед камином. Ужин бесшумно появился на маленьком столике, и Нотт отхлебнул первый глоток янтарной, слегка маслянистой жидкости. |
| 763 |
Итак, скользкая тварь Люциус Малфой и его проклятое письмо. |
| 764 |
*** |
| 765 |
Ульрих Нотт и Арманд Малфой пришли на землю Британии вместе с войсками Вильгельма Завоевателя. Безземельные рыцари без кната за душой за неполный десяток лет превратились в богатых лендлордов – Бастард был щедр на милости своим рыцарям-магам, выжившим после кровопролитных схваток с местными колдунами. |
| 766 |
Оба боевых мага сражались отважно, судя по семейным преданиям, приятельствовали и даже лены получили почти по соседству: в Уилтшире и Сомерсете. На месте разорённых саксонских поселений выросли грозные нормандские замки, чьи хозяева сталью и магией наводили новый порядок. |
| 767 |
Огненный дар стал проявляться у Ноттов примерно с четырнадцатого века. Стихийники и в старые времена были редкостью, ныне же в Англии устойчивый наследственный дар имелся только у Ноттов да у слабеньких магов воды Бэддоков. Прочие стихийные маги рождались редко и непредсказуемо: иногда по дюжине за поколение, а иногда всего по паре за целую сотню лет. |
| 768 |
Малфои заполучили другой наследственный стихийный дар – магию воздуха. «Огневики» с «воздушниками» ценились особо, и боевые ковены, каких до введения Статута о секретности было множество, платили стихийникам, не скупясь. |
| 769 |
В конце концов, набравшись опыта и скопив достаточно галлеонов, Нотты учредили собственный ковен. С тех пор в Британии не было содружества боевых магов сильнее, многочисленнее и могущественнее. |
| 770 |
Безалаберное же семейство Малфоев предпочитало наниматься бойцами к Ноттам или ещё к кому. Сейчас об этом мало кто помнил, но в пьянках, бесчинствах и мотовстве Малфои успешно соперничали с Блэками. Численностью белобрысые «воздушники» тоже не уступали ни Блэкам, ни Прюэттам, ни, Мордред их сношай, Мраксам. Пол-Уитлшира числилось в малфоевских бастардах, и иногда в Малфой-мэноре обреталось до десятка боевых магов с жёнами, детьми, вассалами, наложниками, наложницами и всяким сбродом, собранным по окрестным тавернам. |
| 771 |
Но уже тогда Малфои были со странностями. О них Нотту напомнил учитель покойного отца, гостивший в Нотт-мэноре прошлым летом. Старому Джагсону, деду азкабанского сидельца Айвора Джагсона, было уже за сто пятьдесят лет. Нотт, не слушая, вежливо поддакивал старенькому магу, похожему на сушёный мухомор, пока беседа не зашла о маглах. |
| 772 |
– Ежели Дамблдор, сожри его мантикора, добьётся отмены Статута о секретности, то я хотел бы до этого дожить, – дребезжащий тенорок деда наполнился непонятным Нотту злорадством. – Гляну на его рожу и помру спокойно. |
| 773 |
– Как так, мистер Джагсон? – равнодушно спросил Нотт, больше для поддержания беседы, чем из желания выслушать дедовы объяснения. |
| 774 |
– Он, вонючий маглолюб, квакнуть не успеет, как очутится на побегушках у Люци Малфоя, – удовлетворённо сказал Джагсон. – Когда Дамблдор поймёт, что он всю жизнь пиздел, о чём понятия не имеет, будет поздно. Хорошо, что Эйби Малфой помер, а то Статут бы уже отменили. |
| 775 |
Нотт вытаращился на деда. Наверно, вид у него был дурацкий, потому что Джагсон снизошёл до объяснений: |
| 776 |
– Малфои всегда были с маглами не разлей вода, ещё со времен Ублюдка. Побойся Мерлина, внучок, ты тоже веришь в их россказни о – фу-фу-фу! – грязной крови магловских животных? |
| 777 |
Нотт кивнул. Не он один, вся Британия верила. |
| 778 |
– Вот же бляди белобрысые! – дед хлопнул себя по колену. – Никогда не говорят того, что думают. И как-то так говорят, суки, что все верят их словам, а не поступкам. Из всех магических семейств только Малфои всегда были по уши в магловской политике, магловских войнах и магловских деньгах. Правда, в отличие от тех же Борджиа или Медичи, у них доставало мозгов не лезть на глаза. И на Статут они чихать хотели, только, опять-таки, их никто никогда не ловил. Пока Дамблдор верещит о мире и счастье в совместном житье, молодой Малфой делает на маглах деньги и кормит их власть предержащих. Теперь угадай, кто будет доверенным посредником между двумя мирами? |
| 779 |
Нотт успокоился. Это просто досужие домыслы старого деда. К несчастью, того понесло в другую сторону, и свою мысль он не закончил. Зато огорошил Нотта ещё одной историей о Малфоях: |
| 780 |
– Из-за Абраксаса твой дед совсем голову потерял. Ему уже за сорок было, когда он в Эйби втрескался. Тот в молодости чисто Адонис был – белый, гладкий. Нос задирал до небес и ничем его было не взять, уж такой переборчивый. А вот поди ж ты, спутался с безродным русским. Долохов тоже у Лорда в фаворе был, теперь с внучком моим, небось, через стену перестукиваются. |
| 781 |
Старый Джагсон уже вдохновенно сплетничал о ком-то другом, а Нотт всё ещё пытался переварить новость о собственном деде, безответно влюблённом в надменного белокурого мальчишку. За этими размышлениями Магнус напрочь позабыл о предполагаемом маглолюбии Малфоев. |
| 782 |
Вторая беседа, которая должна была бы насторожить Нотта, состоялась на тренировочных занятиях Ковена. Младшие Нотт, Ургхарт, Флинт, Бэддок и оба Причарда увлеченно наблюдали за тем, как их отцы перебрасываются заклятиями. Некоторые парни уже учились в Хогвартсе, но к тренировкам со взрослыми их ещё не допускали. |
| 783 |
Во время передышки Ургхарт спросил сына о заданных на лето эссе, и тот пожаловался, что «гадина Снейп» задал сверх положенного огромное сочинение о фамильных проклятиях. |
| 784 |
– Вот жук, – хохотнул Ургхарт. – Директор, что ли, научил его у детей тайны выведывать? Поищи в книжках подборки по исчезнувшим родам, там должно что-то быть. О действующих проклятиях никому не рассказывают, шутка ли, давать такое оружие в руки чужих. |
| 785 |
– Одно действующее проклятие знает вся Британия, а толку? – меланхолично сказал Причард. – Живёт, зараза, не тужит, как будто в ромашках его поваляли, а не прокляли. |
| 786 |
И на вопросительные взгляды присутствующих, с досадой пояснил: |
| 787 |
– Да Малфой же. Они когда ещё вымереть были должны, и что-то никак. |
| 788 |
Тут все оживились и стали проверять историю, и впрямь известную всей Британии, на достоверность. Мальчишки слушали, затаив дыхание. |
| 789 |
Около двухсот лет назад очередной Малфой всё-таки нарвался. |
| 790 |
Причина конфликта осталась тайной, но некий Квинтус Малфой пленил и убил молодого мага. Видно, пленник не был невинным агнцем, потому что семья погибшего тут же от него отреклась. Однако глава семьи во всеуслышание объявил суть проклятия: род Малфоев будет пресечён, и только личное прощение убитого способно прекратить вымирание рода. |
| 791 |
Из этой истории ясно было, что пленник очень надеялся выжить и проклятием пытался запугать мучителя, иначе личное прощение теряло всякий смысл. |
| 792 |
– Вот поэтому, дети, – назидательно сказал Ургхарт, – врагов нужно сразу убивать, а не разводить ненужную возню. |
| 793 |
– Или пытать под Силенцио, – хмыкнул старший Флинт, – в компании с хорошим легилиментом. |
| 794 |
Достоверно неизвестно, добил ли пленника свежепроклятый Малфой или тот умер сам. Сначала всё шло, как должно идти при сделанном от всей души предсмертном проклятии: многочисленный род хирел на глазах, его членов преследовали многочисленные и разнообразные несчастья. |
| 795 |
Однако оставшиеся Малфои подсуетились и провели несколько тёмных ритуалов, благо личной мощи им было не занимать. Снять проклятие не сняли, но изменили: у Малфоев будет рождаться всего один наследник мужского пола до тех пор, пока их опять-таки не простит убитый маг лично. Фактически, немедленную гибель рода просто отсрочили. Ни единой женщины в роду, ни бастардов, ни побочных ветвей и всего один наследник – род Малфоев вот уже двести лет ходил по грани. |
| 796 |
О новой трактовке проклятия магическую Британию известила обиженная семья – видать, боялась мести Малфоев и решила добавить шансов малфоевским врагам. |
| 797 |
– Так они же вроде отреклись от убитого? – недоуменно спросил младший Ургхарт. Парнишка рос серьёзным и вдумчивым, и Нотт надеялся, что он со временем заменит своего отца в роли своеобразного «начальника штаба» Ковена. |
| 798 |
– Могли вынужденно отречься, – пожал плечами Бэддок. – С Малфоями и сейчас бодаться опасно, в смысле, с Малфоем – он же единственный взрослый в роду. А уж тогда раскатали бы и не заметили. Представьте только, пять-шесть Люциусов идут по Косому переулку. |
| 799 |
И Боевой ковен, единственный оставшийся в магической Британии, дружно передёрнуло. Не приведи Мерлин! |
| 800 |
Проклятие покончило с Малфоями как с боевыми магами. Стихийный дар они, надо полагать, утратили тогда же. Во всяком случае, за все двести лет не было ни одного случая его применения. Горластые выпивохи, драчуны и кобели Малфои ушли в небытие, и началась эра хитрецов Малфоев, к каждому из которых рано или поздно прилипало словечко «скользкий». |
| 801 |
Эти новые Малфои были осторожны до трусости и расчётливы до подлости. Тягаться с ними не было никакой возможности, скользкие Малфои не гнушались ничем: в ход шли интриги, подкупы, яды, похищения, подлоги и наёмные убийцы. Теперь один-единственный Малфой, запершись в мэноре, мог наделать больше бед, чем весь старый добрый клан бесхитростных вояк. Ни одна грязная история в магической Британии не обошлась без какого-нибудь Малфоя, но ни одного из изворотливых мерзавцев так и не удалось поймать за руку. |
| 802 |
– Странно, – задумчиво сказал младший Флинт, – а Люциус Малфой по Лютному в одиночку ходит и ничего не боится. И с Сивым якшался, вы сами говорили. |
| 803 |
– С таким количеством зачарованных побрякушек я бы и на дракона в одиночку пошёл, – буркнул Нотт. – Малфои лет пятьсот артефакты собирали и пока ни одного на сторону не продали, паразиты. |
| 804 |
И эти драккловы артефакты увели разговор в сторону. Ковен опять сидел без денег; Нотт был вынужден продать несколько родовых амулетов и книг и оттого был зол до крайности. Поэтому Магнус рявкнул на бойцов и разогнал посиделки. А ещё он забыл расспросить обоих Флинтов, что именно в Лютном переулке делал чистюля Люциус. |
| 805 |
Следующий разговор состоялся пару месяцев спустя, но Нотт опять не понял намеков судьбы. |
| 806 |
– Абраксас оставил без штанов, считай, половину Европы. Хорошо, что это были драконы, а не, скажем, мандрагора или акромантулы, тогда без штанов сидели бы мы, – хорошо поставленный баритон Паркинсона было слышно от самого входа, и Нотт тихонько застонал. Мир определённо помешался на Малфоях – вот уже и стаканчик нельзя пропустить, чтобы не услышать о тёмных делишках белобрысого семейства. |
| 807 |
– Здорово, Паркинсон, – вяло сказал он. – Чего это ты так разошёлся? |
| 808 |
– Мерлин и его борода, вы только посмотрите, кто почтил нас своим визитом, – хохотнул Паркинсон, заключая Магнуса в свои медвежьи объятия. – Вот, объясняю Дерреку, что значит «обвалить рынок ингредиентов». |
| 809 |
– И что же это значит? – Нотт пожал руку Дерреку, которого не видел ещё с лордовых времён. Не иначе парень ударился в бега, а теперь, когда всё улеглось, вернулся. |
| 810 |
– Тебе, вояка, не понять прелестей финансовых интриг, – Паркинсон ухмыльнулся. – Но Абраксас умный был, гад, не отнять. Люциусу до него далеко, и потому я его делаю раз за разом. |
| 811 |
Паркинсон действительно стремительно богател. Он происходил из довольно зажиточной старой семьи, насчитывающей поколений десять чистокровных. Они держали несколько обувных лавок, одну даже, кажется, в Косом переулке. К Лорду молодой Паркинсон пришёл сам и без колебаний подставил руку под Метку – налоговые и прочие послабления для маглорождённых медленно, но верно вытесняли старые семьи из бизнеса. Боец он был средний, хотя и отважный. Тёмный Лорд, безошибочно распознававший во всяком человеке его главный талант, отправил Паркинсона в штаб заведовать финансированием организации. Тот справлялся очень неплохо и после войны с тем же энтузиазмом принялся за семейный бизнес. |
| 812 |
– Деррек, а что ты понимаешь в финансовых интригах? – засмеялся Нотт, вспомнивший, как лихо тот кидался боевыми заклятиями и как быстро находил спиртное – где угодно, хоть в чистом поле. |
| 813 |
– Ничего, – пожал плечами Деррек, – но нашему финансовому воротиле нужны были свободные уши. Я их обеспечил, мне нетрудно. |
| 814 |
– Эх вы, боёвка, – немного обиженно сказал Паркинсон, – одна похабщина на уме. А я, между прочим, у Малфоя паутинные фермы отжал. Это же ого-го! |
| 815 |
– За это стоит выпить, – согласился Нотт. – Угощай, штабной, я нынче на мели. |
| 816 |
Они тогда славно надрались, вспоминая весёлые деньки на службе у Лорда. Бар почти опустел, три пьяных УПСа, громко тоскующих по былым подвигам, могли отбить аппетит не только у мирных обывателей, но и у табуна фестралов. |
| 817 |
Слабые желудком горожане, впрочем, не постеснялись нагрузить работой доблестные силы правопорядка. Аврорский патруль вломился в бар с явным намерением окоротить дебоширов, но лицезрение лорда Нотта, азартно размахивающего палочкой и объясняющего, чем пульсар отличается от файерболла, заставило их заметно скиснуть. |
| 818 |
Старший патруля робко попросил не поминать вслух Сами-Знаете-Кого и его небесспорные деяния, на что Нотт нецензурно посоветовал вернуться к служебным обязанностям и не докучать порядочным магам. |
| 819 |
Авроры тоскливо прикинули небогатый выбор: ожоги от Нотта или неполное служебное соответствие от Скримджера. Скримджер победил, потому что лечение в Мунго для авроров, раненных при исполнении, было бесплатным, а за косяки по службе лишали премии. Старший обречённо застонал и обнажил палочку со словами: «Именем закона, господа маги, пройдемте в местное отделение аврората». Нотт с весёлым изумлением наблюдал за драматической борьбой служебного долга со здравым смыслом. |
| 820 |
И гореть несчастному бару жарким пламенем, если бы туда гордо не вплыл Люциус Малфой собственной скользкой персоной. |
| 821 |
– Добрый день, господа, – невозмутимо поприветствовал их Люциус и негромко позвал официанта. |
| 822 |
Авроры сникли окончательно. Драка с самим Ноттом, пусть бы она и длилась всего пять секунд, гарантировала почёт и уважение среди коллег на всю оставшуюся жизнь. Малфой же наверняка затаскал бы их всех по судам, пролети рядом с его лордством хоть одно заклятие. |
| 823 |
– На первый раз прощаю, – отрывисто сказал старший патруля и увел своих подчиненных от греха подальше. |
| 824 |
Пока самый храбрый официант заведения по стеночке обходил компанию недобитых ветеранов Второй магической, лорд Малфой решил развлечь себя светской беседой. |
| 825 |
– Давно не виделись, господа, – сказал он и чуть приподнял уголки губ, что, вероятно, должно было обозначать любезную улыбку. – Хороши ли ваши дела? |
| 826 |
– Да зашибись, – пробурчал Деррек и разлил огневиски по стаканам. |
| 827 |
– Вот, сплетничали о вашем досточтимом батюшке, – окончательно развеселился Нотт, – пусть покоится с миром. Паркинсон объяснял нам, что значит «обвалить рынок ингредиентов». А потом мы обмывали его новые паутинные фермы. |
| 828 |
– Вот как? – Люциус совершенно не изменился в лице. – Тогда мистер Паркинсон наверняка не откажется объяснить, что значит «сбросить неликвидные активы». |
| 829 |
Паркинсон побагровел и потянулся за палочкой, но Магнус примирительно поднял руки: |
| 830 |
– Простите нас, Малфой. Не зря же вы только что спасли нас от аврорских застенков? Мы вам ещё пригодимся. |
| 831 |
И спасённые лихо махнули очередную порцию. |
| 832 |
– Определённо пригодитесь, господа, – чуть усмехнулся Малфой, допил свой кофе и попрощался. |
| 833 |
Не шибко трезвому Нотту даже в голову не пришло, что Малфой не шутил. |
| 834 |
*** |
| 835 |
Магнус вздохнул и посмотрел на окаянное письмо. Его светлость лорд Малфой, рассыпаясь в комплиментах, с сожалением сетовал на нехорошие слухи о небольших денежных затруднениях Ковена и интересовался, не примет ли многоуважаемый лорд Нотт абсолютно бескорыстную помощь. |
| 836 |
«Небольшие денежные затруднения», какая деликатность! Денежные затруднения на самом деле были бездонной ямой, в которую со свистом уходили любые средства, которые они с Ургхартом исхитрялись раздобыть. |
| 837 |
Зато теперь всё сошлось. |
| 838 |
Малфой избавлялся от принадлежащих ему магических предприятий, Малфой ходил по Лютному переулку как у себя в мэноре, Малфой никогда не был против отмены Статута о секретности. |
| 839 |
Малфой затеял что-то масштабное, и ему понадобилась частная армия. |
| 840 |
Нотт знал только одно масштабное дело, для которого требуются живые деньги в огромном количестве, обширные связи в преступном мире и наёмные бойцы экстра-класса. |
| 841 |
Государственный переворот. |
| 842 |
Магнус невесело рассмеялся. Повторялась старая история, после которой он и его люди обзавелись Метками. Тогда всё тоже началось с «небольших денежных затруднений». |
| 843 |
Нет, он не жалел о прошлом. Магнус считал Лорда тем самым пресловутым меньшим злом. Уж лучше он, чем непримиримые антагонисты Дамблдор и Монтегю, которые, дай им волю, истребят магов под корень. Один отдаст их в рабство маглам, и это будет именно рабство, а никакое не сотрудничество. Другой запрёт их за Барьер, карая смертью за нарушение Статута о секретности, и примется гнобить маглорождённых. Оба варианта не оставляли магам шанса выжить. |
| 844 |
Но Малфой не Тёмный Лорд. Волдеморт был бессребреник и патриот, настоящий борец с системой. А его скользкий друг… |
| 845 |
За Малфоем никто не пойдёт. И никакие деньги не заставят Нотта поддержать узурпатора – с Британии хватит крови. |
| 846 |
Нотт тряхнул головой. С другой стороны, Ковену отчаянно нужны заработки. Уцелеть в двух магических войнах и тихо скончаться от безденежья – это было бы обидно. |
| 847 |
Магнус ещё немного подумал. Люциусу придётся объясниться, а разводить переписку Нотт не любил. Поэтому он зачерпнул горсть дымолётного пороха и сел по-турецки перед камином. |
| 848 |
– Лорд Малфой! – негромко позвал Магнус и отхлебнул глоточек огневиски. |
| 849 |
– Добрый день, лорд Нотт, – Люциус ответил так быстро, будто сидел тут же, под камином. – Что-то случилось? |
| 850 |
– Читаю ваше письмо, – хмыкнул Нотт, – и у меня возникли вопросы. Точнее, один вопрос: зачем вам Ковен, милорд? |
| 851 |
– Я затеял опасное предприятие, лорд Нотт, – вопреки ожиданиям, Люциус не стал юлить. – Боюсь не выжить в процессе. |
| 852 |
– Смена власти? – самым светским тоном поинтересовался Магнус и был вознагражден дивным зрелищем изумлённого до крайности Малфоя. |
| 853 |
– Как?! – спросил Люциус, и глаза у него сделались человеческие, а не те холодные рыбьи гляделки, от которых Нотта, честно сказать, подташнивало. |
| 854 |
Магнус растерянно пожал плечами. Салазар его знает, как. Догадался. |
| 855 |
Малфой задумчиво закусил нижнюю губу, и Нотт чуть не поперхнулся. Моргана-мать, у Люциуса есть мимика! |
| 856 |
– Я могу войти к вам? – спросил Малфой. |
| 857 |
Нотт согласно кивнул и повёл палочкой, снимая защиту. Люциус шагнул в камин, и Нотту пришлось собрать всю силу воли, чтобы не пялиться на слегка небритого лорда Малфоя в домашнем сюртуке. Вместо этого он отхлебнул ещё глоточек огневиски и предложил гостю отужинать. От ужина Малфой отказался, а вот в стакан огневиски вцепился так, будто тот последний на земле. |
| 858 |
– Я, право слово, в растерянности, – сказал Люциус. – Вы не подумайте, всё это планируется не на завтра. Но Монтегю нас погубит в конце концов. Вы, я знаю, честный человек, вы не можете остаться в стороне. |
| 859 |
– А Дамблдор? – спросил Нотт, не на шутку ошарашенный внезапным очеловечиванием ледяного истукана. |
| 860 |
– А Дамблдор, – хищно прищурился Малфой, – тоже затеял опасное предприятие, только у него не будет Ковена за спиной. Ведь не будет? |
| 861 |
Нотт мотнул головой. Только не у Дамблдора. |
| 862 |
– Вот и славно, – обрадовался Малфой, и Магнусу захотелось протереть глаза. Да что же происходит, Мордред подери? |
| 863 |
– Милорд, – осторожно спросил Нотт, – а вы не думаете, что ваша кандидатура устроит не всех? |
| 864 |
Малфой растерянно посмотрел на Магнуса и внезапно рассмеялся: |
| 865 |
– Моя кандидатура вообще никого не устроит, даже меня самого. Я имел в виду вас, милорд, за вами пойдут очень многие. |
| 866 |
Нотт растерянно икнул и пролил на себя огневиски: |
| 867 |
– Меня?! |
| 868 |
Малфой кивнул и отсалютовал Магнусу стаканом. |
| 869 |
– Сынок, ты меня совсем не слушаешь! |
| 870 |
– Прости, мама, – Драко состроил виноватое лицо, но мать на такие штуки не покупалась никогда. |
| 871 |
– Драко Абраксас Малфой, изволь выслушать меня очень внимательно! – Нарцисса Малфой нахмурилась и даже притопнула ногой. |
| 872 |
Драко мысленно завыл, как стая оборотней в полнолуние. Да сколько можно! «Драко, не геройствуй, сначала подумай хорошенько». «Драко, ты плохо подумал, надо было подумать ещё». «Драко, не забывай надевать амулеты, все сто миллионов штук». «Драко, если что-то случится, немедленно активируй портал». Драко, Драко, Драко… |
| 873 |
Вот и теперь то же самое. Простое, казалось бы, дело – выйти в Косой переулок и сделать покупки к школе. Но инструктаж длился второй час, как будто мама готовила вылазку из осаждённой крепости. |
| 874 |
По большому счёту, так оно и было. Драко прекрасно знал и о проклятии рода, и о прошлом отца и деда, приближённых Тёмного лорда, и о нынешнем непростом положении семьи. От этого нравоучения становились ещё противней, потому что просто так от них было не отмахнуться. |
| 875 |
Драко вообще не помнил времени, чтобы он хоть что-то делал просто так. Может быть, когда-то в раннем детстве, когда был жив дедушка, и то вряд ли. Папа говорил, что магические выбросы у Драко начались рано, значит, учить его начали тогда же. |
| 876 |
Поэтому Драко рвался в Хогвартс, как Моргана на Авалон. Там у него будет немного самостоятельности. Очень немного, но всё-таки. |
| 877 |
А ещё там будут люди вокруг. Множество людей, а не только мама с папой, крёстный и те немногие, кому Малфои верили и приглашали в мэнор. Собственно, Драко был лично знаком всего с тремя своими ровесниками: с Винсом Крэббом, Грегом Гойлом и Милли Булстроуд. Очень интересные и неплохие ребята, Драко с удовольствием принимал их в гостях, но их было маловато для компании. |
| 878 |
Иногда отец брал его с собой в чащобы Нидвудского леса в гости к Фенриру Сивому. Старый оборотень был неизменно ласков к «цыплёнку» и разрешал ему всё: бегать по лесу, орать во всё горло, взбираться на деревья, купаться в ручьях, пачкаться в грязи у запруды, лазить по живописным руинам какого-то замка неподалёку от деревеньки оборотней и, самое главное, общаться с детьми стаи. Юных оборотней тоже интересовал гость из «большого мира», да ещё такой простой и компанейский. Драко вываливал на волчат кучу сведений, вычитанных из книг, а оборотни учили его бегать босиком, ориентироваться по звёздам и жарить мясо на костре. |
| 879 |
В Нидвудском лесу можно было не скрывать Самую Главную Тайну. Отец здесь бывал, чтобы отвести душу и вдоволь поколдовать. Посмотреть на это сбегалась вся деревушка. |
| 880 |
Люциус вскидывал руки, и воздух, повинуясь ему, начинал двигаться. Для начала отец вызывал лёгкий ветерок, несколько раз менял его направление, а потом переходил к вещам посерьёзнее. Резкие и злые вихри сбивали листву и ветви с деревьев, короткие и яростные шквалы с рёвом уходили в пасмурное небо. Потихоньку сгущались тучи, воздух начинал потрескивать от атмосферного электричества, и оборотни восхищённо выли и улюлюкали, предвкушая главное развлечение. Старший Малфой никогда не обманывал ожиданий благодарных зрителей – огромная масса воздуха закручивалась в гигантскую воронку, и смерч со страшным гулом уходил по просеке, проложенной несколькими его собратьями, чтобы внезапно рассыпаться в конце пути. |
| 881 |
В такие моменты Драко благоговел перед отцом. Ему не верилось, что этот грозный воздушный маг – его добрый и спокойный папа. Сам Драко пока был способен только на небольшие воздушные «шлепки». Единственный смерчик, который у него недавно получился, был высотой меньше фута и продержался секунды три. Но отец хвалил его так, как будто Драко сотворил грозовой фронт на пол-Британии. Папа вообще никогда не скупился на похвалы, в отличие от мамы. Мама, как учитель, была гораздо требовательнее и жёстче. |
| 882 |
– Драко, не витай в облаках! – Нарцисса отвешивала отпрыску лёгкий подзатыльник. – Это тебе не воздух сотрясать, балбес, здесь нужно быть очень внимательным. |
| 883 |
И Драко, потирая затылок, вздыхал и углублялся в заумные таблицы совместимости человеческой крови с чем угодно: с фазами луны, с драгоценными камнями, с зельями, с кровью животных, обычных и магических, и Мерлин знает, с чем ещё. Таблиц было много, гораздо больше, чем терпения у Драко. Мама называла это занудство «основами кровной магии» и клялась, что её сын будет всё это знать, не будь она племянницей самой Вальбурги Блэк. |
| 884 |
Короче, валить ветром лес было гораздо проще и, что уж греха таить, намного интереснее, чем овладевать «основами кровной магии». Эта самая кровная магия, кстати, сейчас находилась практически вне закона, каждый адепт приравнивался к тёмному магу и был у Министерства на особом счету. По мнению Драко, которое он, впрочем, так и не рискнул озвучить, это был очень долгий и трудоёмкий способ попасть в Азкабан. Метод тёти Беллы нравился ему намного больше. |
| 885 |
Нарциссу Блэк никто не преследовал, потому что никто не знал, как далеко она зашла в изучении фамильного искусства. Она вышла замуж за Люциуса в восемнадцать лет и как будто исчезла для магической Британии – Малфои умели охранять свои сокровища. |
| 886 |
Но Драко от этого было не легче, уж ему-то быть незаметным не светило. Неприлично богатый наследник двух древнейших и знаменитейших родов уже сейчас вызывал нездоровый интерес у самых разных людей: от журналистов и папаш с дочерями подходящего возраста до киднепперов и мало-мальски значимых политических фигур магической Британии. Жизнь обещала быть весёлой, Драко не питал пустых надежд на мирное и спокойное существование. |
| 887 |
Тем сильнее хотелось в Хогвартс – урвать хоть немного настоящего детства. Никто же не ждёт от него изощрённого коварства прямо с первого курса? А если и ждёт, то пусть утрётся, Драко намерен оттянуть славный момент своего взросления хотя бы до малого совершеннолетия. |
| 888 |
После воздушного шоу отец молодел на глазах и весь вечер был в превосходном настроении. Он много смеялся, возился с Драко и волчатами, ставя им несложные защитные заклинания, и перешучивался со взрослыми оборотнями, в общем, был самим собой – папой. То мороженое чучело, которое лорд Малфой демонстрировал всему остальному миру, Драко называл pater и в раннем детстве даже считал другим человеком. |
| 889 |
Глядя на отца, Фенрир качал тяжёлой полуседой башкой и укоризненно выговаривал: |
| 890 |
– Что за жизнь ты себе устроил, Люций? Ты же человеком становишься только среди оборотней! И цыплёнка туда же тащишь, не стыдно тебе? |
| 891 |
Люциус отмахивался, этот спор длился много лет и конца ему не предвиделось. |
| 892 |
– А почему я цыплёнок? – спросил Драко, который вовсе не считал прозвище обидным, он и вправду был щупловат для своего возраста. Просто стало любопытно. |
| 893 |
– Потому что твоего папашу ещё в Хогвартсе окрестили Павлином и, как по мне, попали в точку, – усмехнулся вожак оборотней. |
| 894 |
Драко захохотал. Теперь существование в мэноре курятника с белыми павлинами получило логичное объяснение. |
| 895 |
– Я обожаю тебя, папа, – сказал он, отсмеявшись. – Ты – лучший. |
| 896 |
– Посмотрим ещё, как тебя обзовут, – сказал Люциус, потрепав сына по голове, – и уживётся ли это создание с моими павлинами. |
| 897 |
– Ох, не думаю, – задумчиво сказал Фенрир, внимательно глядя на Драко. – Беги играть, цыплёнок, взрослым нужно серьёзно поговорить. |
| 898 |
*** |
| 899 |
– Драко, ты опять меня не слушал? – Нарцисса тяжело вздохнула. – Пойду-ка я в Косой переулок одна, так будет безопасней. |
| 900 |
– Ну, ма, – заюлил Драко. – Я тебя очень внимательно слушал, честно. |
| 901 |
– Салазар с тобой, обманщик. Оденься прилично и сделай уже что-нибудь с волосами. |
| 902 |
Драко победно вскинул кулак и побежал в свои покои. |
| 903 |
– О-о-о, как ты красив, – мурлыкнуло зеркало, в котором отразился наследник дома Малфоев. |
| 904 |
– Красив? Ха! – надменно вскинул подбородок Драко. – Я нечеловечески прекрасен! Не то, что ты, грязная тусклая стекляшка. |
| 905 |
Зеркало охнуло и, оскорбившись, заткнулось. Драко удовлетворенно кивнул. К каждому найдётся свой подход, даже если у этого каждого и мозгов-то нет. |
| 906 |
Теперь можно было разглядеть себя без помех: дорогая мантия, классические брюки с рубашкой, изрядное количество артефактов в скрытом состоянии, незарегистрированная палочка в чехле-невидимке на предплечье и порт-ключ в виде крохотного колечка в нижней губе, тоже невидимый. Губу прокалывать было очень противно, но мама велела терпеть и не спорить: |
| 907 |
– Даже если тебя обездвижат, закусить губу ты всегда сумеешь. |
| 908 |
Теперь осталось испробовать недавно вычитанное заклинание укладки непослушных волос. Это отцу хорошо с его густой платиновой гривой или крёстному с его тяжёлыми чёрными прядями, а у Драко волосы, тонкие и лёгкие, взвивались в небо от малейшего ветерка. Действительно, какой-то цыплячий пух. Ну ничего, сейчас он их… Драко взмахнул палочкой и чётко произнёс короткую фразу на латыни. Волосы мгновенно зачесались назад и пригладились волосок к волоску. Драко провёл рукой – намертво. Видок, конечно, забавный, но зато не нужно беспокоиться о пристойной причёске. |
| 909 |
Драко показал зеркалу язык, скорчил рожу, и только после этого чопорно поджал губы, задрал подбородок и как бы утомлённо прикрыл глаза – pater в толпе, одинокий и прекрасный. Вот и отличненько, самое то для Косого переулка. |
| 910 |
Привычка копировать черты папиной маски появилась давно. Драко был совсем не похож на отца, но отчаянно того желал, и потому как обезьянка перенимал у папы жесты, мимику и манеру разговора. Окружающих это очень веселило, и только крёстный недовольно хмурился и одёргивал Драко: «Прекрати манерничать!» |
| 911 |
Повзрослев, Драко понял, что смеются не над ним, а над отцом, слегка обиделся за папу и вполне сознательно начал копировать не его, а paterˊа. Смеяться перестали – зрелище было жутковатое, даже Нарциссу иногда передёргивало. И только Люциус с весёлым любопытством наблюдал за сыном: «Я и вправду произвожу такое впечатление? Какая прелесть!» Теперь pater верно служил обоим Малфоям, связываться с этим типом у окружающих не было никакого желания. |
| 912 |
Драко спустился вниз, в гостиную с камином. Мама уже дожидалась его. |
| 913 |
– Камином переместимся в «Дырявый котёл», а потом пройдём через арку, – сказала Нарцисса. – Начнём, пожалуй, с учебников, а там посмотрим. |
| 914 |
Учебники они купили быстро; толковые приказчики во «Флориш и Блотс» загодя приготовили кипы учебников, упакованных по спискам каждого курса. В аптеку Малфои не заходили вообще. В их домашней лаборатории командовал сам Северус Снейп, и, зная крёстного, можно было не сомневаться, что там уже лежит тючок с первоклассными ингредиентами, предназначенными для Драко. |
| 915 |
Потом Драко надолго залип перед витриной магазина с мётлами. Леди Малфой стоило огромных трудов оторвать его от восторженного созерцания новой модели «Нимбуса». Положение осложнялось тем, что на людях подзатыльники и заклятия щекотки исключались, чем бессовестный ребёнок беззастенчиво пользовался. Стараясь сохранить невозмутимый вид, Нарцисса прошипела: |
| 916 |
– Драко, огнекраба тебе за пазуху, какой же ты Малфой! Зачем тебе шестая метла? Уедешь в Хог, и все они будут пылиться в кладовой! |
| 917 |
– Пылиться?! – возмутился негодник. – Приеду на каникулы, домовикам шеи сверну. |
| 918 |
Наконец, они дошли до магазинчика мадам Малкин, и Драко наотрез отказался появляться в ателье в сопровождении матери. |
| 919 |
– Миледи, я вам не верю! – заявил он оторопевшей Нарциссе. – После той батистовой штуки с кружевными рюшами и вышивкой по подолу ни на грош не верю. Я сам выберу себе одежду! |
| 920 |
– Очень красивая была сорочка, – попыталась настоять на своём леди Малфой. – Ты в ней был просто неотразим! |
| 921 |
– Это да, мама, – помрачнел Драко, – другого слова, пожалуй, и не подберёшь. Так что, прости, но с тобой к портным я больше ни ногой! |
| 922 |
Мать фыркнула, но отступилась: |
| 923 |
– Сорочки бери с манжетами под запонки, никаких пуговиц! Я жду тебя в кафе у Фортескью. Не задерживайся, а то я эту хибару с тряпками возьму штурмом, а руины спалю к Мордредовой бабушке. |
| 924 |
Драко хихикнул и открыл дверь ателье. Эти Блэки! Рюши и руины. |
| 925 |
Отец рассказывал, что тётушка Беллатрикс могла полдня провертеться перед зеркалом перед тем, как отправиться в рейд. Судя по колдографиям, эффектная была дама. |
| 926 |
Драко помрачнел. Отец за десять лет так и не сумел добиться ни одного свидания, надо думать, Лестрейнджи и прочие живы только мамиными ритуалами. Десять УПСов из Ближнего Круга и мамин кузен Сириус Блэк. Это много даже для такой сильной ведьмы, как мама. Она иногда по неделе отлёживается после каждого ритуала, а отец пьёт огневиски и ругается с крёстным. По правде сказать, он всё чаще ругается с крёстным, иногда даже без всякого огневиски. |
| 927 |
– Добрый день, молодой человек! – на перезвон колокольчика входной двери вышла сама хозяйка ателье. – Собираетесь в Хогвартс? |
| 928 |
– Oui, madame, (2) – вежливо ответил Драко. |
| 929 |
Видимо, мадам Малкин была всё-таки не мадам, а обычная миссис, потому что от звуков французской речи она заметно напряглась. Драко фыркнул: в магической Британии владелец любой «хибары с тряпками» по какой-то необъяснимой причине старался приписать французское происхождение не только тряпкам, но и себе. Драко не стал издеваться над портнихой и продолжил по-английски: |
| 930 |
– Будьте добры, мне хотелось бы приобрести школьные мантии и пару шляп к ним. |
| 931 |
Узнав своего клиента, чьи колдографии на фоне роскошных интерьеров Малфой-мэнора регулярно красовались на разворотах «Ведьмополитена», мадам Малкин на долю секунды недовольно поджала губы. |
| 932 |
– Прошу вас, мистер Малфой, – портниха указала на примерочную зону с большими молчаливыми зеркалами и высокими скамейками. |
| 933 |
Драко снял свою мантию и встал на скамью. Некоторое время он был занят, выбирая ткани и фасоны будущих мантий, а потом просто стоял, скучая, пока с него снимали мерки. |
| 934 |
Драко решил ограничиться дюжиной мантий от Малкин, а остальную одежду, в том числе сорочки с правильными манжетами, купить в «Твилфитт и Таттинг». Закройщицы мадам Малкин работали споро, и вскоре Драко уже примерял школьные мантии. |
| 935 |
Тут колокольчик на двери опять зазвонил: вошёл новый посетитель. Драко обернулся, любопытствуя… |
| 936 |
И чуть не рухнул со скамьи. |
| 937 |
Вошедший мальчишка выглядел так, будто его травили крапами. Вылинявшая нижняя сорочка без ворота и с короткими рукавами была разрисована кельтскими крестами и исписана не вполне пристойными фразами. Чудные штаны, изрядно поношенные и застиранные до потери первоначального цвета, зияли дырами на коленях. |
| 938 |
И только потом Драко заметил небрежно перехваченные в короткий хвост тёмные кудри и круглые очки, одна из дужек которых была примотана к оправе блестящей прозрачной лентой. |
| 939 |
На правом бицепсе мальчишки, составляя чудовищный контраст с обносками, тускло мерцал магический браслет старой работы из самородного серебра. Мощная аура древнего артефакта была отчетливо тёмной. Очень непростая штука, носимая открыто, без всякой маскировки – откуда она у этого типа? |
| 940 |
Драко осмотрел мальчишку ещё раз. Неизвестный босяк был невысок, тощ и, как показалось Драко, слегка не в себе. |
| 941 |
– Привет, незнакомец! – широко улыбнулся оборвыш, непоседливо переминаясь на примерочной скамье. – Тоже в Хогвартс? |
| 942 |
Драко вдруг почувствовал себя истинным Малфоем, ибо ему впервые в жизни удалось сохранить на лице ледяную невозмутимость, тогда как мысли потекли с небывалой доселе скоростью. |
| 943 |
Маглорождённый нищий? Чушь. Малоимущим грязнокровкам учёбу в Хогвартсе оплачивал попечительский совет, его же представители заботились о достойном виде будущих студентов. Уж для похода в Косой переулок сопровождающий этого первокурсника должен был озаботиться наличием на подопечном штанов без дыр. Кстати, не видать никакого сопровождающего, мальчишка пришёл сам. И тёмно-магический браслет эта версия не объясняет. |
| 944 |
Ещё один Уизли? Тоже не сходится. Нахал, да, но не рыжий. И даже Уизли штопают прорехи в одежде и носят мантии. Артефакт такой силы им не по карману. |
| 945 |
Чистокровный ребёнок из окончательно обедневшего рода? Ерунда. Нет в Британии рода, чей глава настолько свихнулся, что не постеснялся отправить отпрыска в Косой переулок в неподобающем виде. Мраксы вроде бы вымерли, а больше никто напоказ не кичился абсолютным пренебрежением к мнению общества. Хотя, браслетик-то как раз в их духе. Или не вымерли? |
| 946 |
Магический потомок сквибов, носящий чудом сохранившийся родовой артефакт? Да ну, такое только в слезливых романах бывает, слишком невероятно. |
| 947 |
Ничего не надумав, Малфой приосанился и снисходительно изрёк, растягивая гласные: |
| 948 |
– И тебе здравствовать. Да, я тоже буду обучаться в Хогвартсе. Мечтаю быть распределённым в дом Слизерина, как и все мои предки. Надеюсь, я попаду в сборную факультета по квиддичу. Обидно, что первокурсникам нельзя брать с собой мётлы, как ты думаешь? |
| 949 |
Малфой нёс заведомую чушь и внимательно всматривался в лицо странного мальчишки в надежде угадать, что же это за чудик, без опаски носящий тёмный артефакт и именующий одного из Малфоев незнакомцем. |
| 950 |
– Никак не думаю, – загадочный мальчишка улыбнулся ещё шире. – Я, видишь ли, не так давно узнал о существовании магов и магии, поэтому совершенно не понял, о чем ты толкуешь. |
| 951 |
«Все-таки грязнокровка, – огорчился Малфой. – А я-то накрутил, умник. Он что, сбежал от сопровождающего? А браслет? Ничего не понимаю». |
| 952 |
А вслух сказал со снисходительной усмешкой: |
| 953 |
– Ничего, позже поймешь. Советую держать глаза и уши открытыми, а ум – непредвзятым. Иначе не выживешь. |
| 954 |
Разговаривать больше было не о чем, и Драко отвернулся от оборванца к окну, где увидел школьного лесничего Хагрида. Тот уткнулся в стекло и азартно размахивал огромными рожками мороженого. |
| 955 |
– Это со мной, – хихикнул за спиной странный грязнокровка. – Вернее, я с ним. Он мне тут всё показывает. Прикольный дядька, правда? |
| 956 |
Драко буквально впал в ступор. Похоже, сегодня утром члены совета попечителей, преподаватели Хогвартса и сам Дамблдор были отравлены. Ничем другим нельзя было объяснить Хагрида в роли гида по волшебному миру. Не иначе, крёстный расстарался: он давно об этом мечтает. Одна надежда, что папа в Святом Мунго, а не на смертном одре, все-таки не должен был Северус оставить крестника сиротой. |
| 957 |
Совершенно растерявшись, но упрямо держа лицо, он вновь обернулся к таинственному оборвышу. Тот корчил гримасы и бурно жестикулировал, беззвучно объясняя хогвартскому привратнику, что с примеркой ещё не закончено. |
| 958 |
– Мистер Малфой, ваш заказ, – в примерочную вошла мадам Малкин, левитируя солидный тюк с одеждой. – Вам уменьшить? |
| 959 |
– Отправьте в мэнор, пожалуйста, – вежливо сказал Драко, сходя со скамьи и снимая подогнанную мантию. – Эту тоже, будьте так добры. Желаю приятного дня. |
| 960 |
Пожелание он произнёс для модной портнихи, но оборванец, похоже, был уверен, что весь мир принадлежит ему. |
| 961 |
– Спасибо за совет, – сказал он. – Было приятно поболтать, увидимся. |
| 962 |
Улыбчивый нахал спрыгнул со своей скамьи и протянул руку. Ошарашенный Малфой машинально пожал её и пришёл в изумление. Нищий грязнокровка не имел на правой руке ни единой мозоли. Тёплая узкая ладонь была сухой, но нежной, как у маленькой девочки. |
| 963 |
Драко буквально ощутил, насколько его собственные руки грубее. Мозоли от мётел, гоночной и квиддичной, порезы и царапины по самым разным поводам, мелкие ожоги от едких зелий – да мало ли дел у потомственного лорда? |
| 964 |
Мальчишка же, казалось, ни единого дня в жизни ничего не делал руками. Драко заметил аккуратные ногти оборванца, срезанные буквально до мяса и явно обработанные пилкой. Маникюр, Мерлин трижды величайший! Драко с досадой понял, что не в состоянии разумно истолковать сочетание тщательно ухоженных рук с обносками, которых постыдились бы и обитатели Лютного переулка. |
| 965 |
Старинный тёмный артефакт издевательски ухмылялся стилизованными черепами, и Малфой мысленно сплюнул через плечо и вспомнил старый-престарый заговор от сглаза. Мордред знает, чем ещё оборониться от этой пакости; в действенности своих амулетов он почему-то не был уверен. |
| 966 |
– Увидимся, – смущённо буркнул Драко и поспешил прочь из ателье. |
| 967 |
Только на полпути к кафе, в котором они с матерью уговорились встретиться, Малфоя осенило, что он даже не узнал имени странного мальчишки. Кем бы ни был этот нахальный босяк, малфоевские мозги он отключал напрочь. Или это действие артефакта? |
| 968 |
Малфой помотал головой, выгоняя лишние мысли. Дома он всё расскажет папе и покажет встречу с оборванцем в думосборе. Может, хоть что-то прояснится. |
| 969 |
Дальнейшая прогулка по Косому переулку прошла без неожиданностей, но встреча с загадочным мальчишкой не шла из головы. У Драко чуть мозги не закипели от тщетных попыток объяснить несообразности. Мальчишка совершенно не походил на мага, но на маглокровку он тоже не был похож. А ещё тот явно был на взводе, Драко это почувствовал достаточно ясно. Он и сам иногда так себя вёл, когда что-то случалось, а показать свои чувства по каким-то причинам было нельзя. |
| 970 |
Малфой попытался успокоиться и глубоко вдохнул. Все-таки жаль, что мальчишка из маглорождённых, Драко он понравился. |
| 971 |
*** |
| 972 |
Нарцисса заметила, что с сыном неладно, но списала это на посещение Косого переулка. Всё-таки нужно убедить Люциуса, что мальчик должен чаще бывать на людях. Иначе в Хогвартсе ему придётся трудно. |
| 973 |
– Пойдём-ка опять к Фортескью, – решительно сказала леди Малфой. – Я не отказалась бы от чашечки кофе. |
| 974 |
Драко кивнул. Мороженое он любил, а у Флориана Фортескью оно было самым вкусным. Они с Нарциссой заняли уютный столик и тихо беседовали, когда Драко вдруг застыл и уставился в окно. |
| 975 |
Хагрид, нагруженный старомодным школьным сундуком и клеткой с крупной белой совой, широкими шагами удалялся по улице в сторону «Дырявого котла». Рядом с ним вприпрыжку бежал какой-то мелкий оборванец. |
| 976 |
– На что ты так засмотрелся, сынок? – спросила леди Малфой, уже раза три пытавшаяся выяснить у Драко, заказать ли ему мороженого. |
| 977 |
– Хагрид, – задумчиво сказал сын, не отрывая глаз от окна, – Хагрид отчего-то сопровождает маглорождённого мальчика по магазинам и объясняет устройство магического мира. |
| 978 |
– Бедный мальчик! От кошки Филча был бы больший прок, чем от Хагрида. Домой? |
| 979 |
– Да, мама. Надеюсь, отец не слишком занят сегодня. |
| 980 |
– Вернон, что же нам делать? |
| 981 |
Дурсль вздохнул и ещё крепче обнял Петунию: |
| 982 |
– Ждать, милая. Успокойся, пожалуйста. Что там, Даддерс? |
| 983 |
Пару часов назад Дадли, не слушая причитаний родителей, выскользнул вслед за Гарри и наблюдал его беседу с чокнутым великаном на почтительном расстоянии. Теперь он вернулся, уселся в отцовское кресло и сидел, нервно сжимая и разжимая кулаки. |
| 984 |
– Исчез. Стоял рядом с этим придурком, а потом – раз! – и никого нет. Ни Гарри, ни придурка. Развеялись. |
| 985 |
– Вот видишь, – всхлипнула Петуния, – они так умеют, я говорила. |
| 986 |
– Вот и прекрасно, – Вернон сидел на диване рядом с женой и боялся выпустить её из объятий, чтобы та не сорвалась в истерику. – Купят школьные принадлежности и вернутся. Не плачь, всё будет хорошо. |
| 987 |
Дадли угрюмо взглянул на него и собрался что-то сказать, но Вернон кивнул на Петунию, отрицательно повёл глазами, и сын замолчал. |
| 988 |
– Я полагаю… – начал было Вернон, но его прервала резкая трель телефонного аппарата. – Дадли, возьми трубку. Господи, что там ещё? |
| 989 |
Дадли приложил трубку к уху, послушал немного и слегка улыбнулся: |
| 990 |
– Это тётя Мардж. Ругается. Она в Лондоне, звонит из автомата. Беспокоится, не случилось ли чего. |
| 991 |
– Пусть едет сюда, – скомандовал Дурсль. – Раз уж так получилось, ничего не поделаешь. |
| 992 |
Ещё через пару часов приехала Марджори, выругала таксиста за бестолковость и невежливость, громогласно поинтересовалась у меланхоличного Злыдня, как ему путешествие, и обняла встретившего её Вернона. |
| 993 |
– Ну, где там именинник? – спросила она. |
| 994 |
– Заходи в дом, – Вернон поднял сумки. – Все там. |
| 995 |
Теперь Петунию обнимала Мардж, а Вернон с Дадли хмуро переглядывались и рассказывали родственнице о неожиданном госте. |
| 996 |
– Ничего, Туни, – прогудела Мардж, – с Гарри ничего не случится, поверь. Он умный мальчик, сообразит, что ему делать. |
| 997 |
– Бог мой, даже в полицию не позвонить, – дрожащим голосом сказала Петуния. – Мы абсолютно беспомощны перед этими… этими ненормальными. |
| 998 |
– Потерпи, дорогая, – улыбнулась Мардж. – Дай помощнику вырасти, не всё сразу. Не реви, вернётся твой сын. Вернётся, говорю. Чайку дадите, чародеи? |
| 999 |
*** |
| 1000 |
Письмо деда жгло Гарри кожу. Как назло, не было ни одной минутки, чтобы уединиться и заглянуть в конверт. |
| 1001 |
От нетерпения и непонятной тревоги Гарри некоторое время вёл себя, как болван. Он машинально принял от гоблина, которого, оказывается, звали Крюкохват, реквизиты магловского банка, негласно работающего с гоблинами, памятку для маглорождённых о денежной системе магической Британии и выписку по счёту с точной суммой денег, оставленных ему отцом. |
| 1002 |
Ключ от сейфа Хагрид забрал себе, пробурчав, что он брал его у Дамблдора, Дамблдору и отдаст. |
| 1003 |
Потом Хагрид потащил его по магазинам, и Гарри немножечко пришёл в себя и успокоился. «Оно уже у меня в руках, – думал он, – и никуда не денется». |
| 1004 |
– Ты, это, где список-то твой? – спросил великан озабоченно. – Который в письме был? |
| 1005 |
– Там остался, – сказал Гарри и махнул зажатыми в руке гоблинскими бумагами куда-то в сторону. – У маглов. |
| 1006 |
– Как же это мы? – сокрушенно вздохнул Хагрид. – Я всего не упомню, чего купить-то надо. Ты бумажки прибери, нечего. |
| 1007 |
– Сумки у меня тоже нет, – терпеливо напомнил Гарри. |
| 1008 |
– А вот! – осенило Хагрида, и он торжествующе протянул Гарри сумку с сотней галеонов. – Сюда клади. |
| 1009 |
– А покупки тоже сюда класть? – спросил Гарри, упихивая бумаги в сумку. |
| 1010 |
– Там решим, – махнул рукой великан. – Я думаю, приказчики-то должны знать, что нынче в Хогвартс покупают, у них и спросим? |
| 1011 |
Гарри пожал плечами, делать всё равно было нечего. |
| 1012 |
Между тем они дошли до аккуратной витрины магазина «Мантии на любой вкус». |
| 1013 |
– Вот, – сказал Хагрид, – ты пока закажи мантии, а я заскочу в «Дырявый котёл». Эти гоблины мне душу чуть не вытрясли. |
| 1014 |
И он втолкнул оробевшего Гарри в дверь. |
| 1015 |
Белобрысый мальчишка, с царственным видом стоящий на скамейке перед зеркалом, мигом заставил Гарри вспомнить, что домашние штаны, Дадлина футболка и сломанные очки не годятся для визитов в модные магазины. Невероятным усилием Гарри подавил приступ паники и решил держать марку вопреки всему. Пусть хоть камни с неба, а он будет улыбаться. |
| 1016 |
Это было трудно. Мальчишка не только выглядел как принц, но и держался так же: с отстранённым насмешливым любопытством. Гарри стало так плохо, что он даже разозлиться на этого белобрысого не смог. Маг. Небось, чистокровный. Один из тех, чья грубая сила так возмущала его маму. Как с таким учиться в одной школе? Что ему жалкая возня Гарри с тарелками и синяками? Ужас какой. |
| 1017 |
Гарри не расплакался прямо в ателье только из-за страшной усталости. Полночи не спал, внезапно очутился в этом странном месте, катался на гоблинской вагонетке, получил письмо от покойного деда, а ещё Хагрид этот со своим неправильным зонтом и великим человеком Дамблдором. Голова гудела, набитая новыми впечатлениями, сознание чуть плыло, и высокомерный мальчишка с белыми волосами казался картинкой из журнала – красивой, но абсолютно нереальной. Наконец, тот ушёл, и Гарри едва в обморок не упал от облегчения. |
| 1018 |
Может быть, Поттеру повезёт, и они попадут в разные классы. Скорее всего, так и будет. Богатенькие мальчики не учатся там, где учатся лохматые очкарики в рваных штанах. |
| 1019 |
– Ну, молодой человек, какие фасоны мантий ты предпочитаешь? |
| 1020 |
Гарри вздрогнул от неожиданности. Это оказалась та милая женщина, что встретила его у двери. Она чем-то напоминала тётиных подруг, поэтому Гарри немного успокоился и сказал застенчиво: |
| 1021 |
– У меня всего сто галеонов на всё. Поэтому я лучше доверюсь вам, миссис… |
| 1022 |
Гарри запнулся и густо покраснел, поняв, что не знает имени этой чудесной дамы. |
| 1023 |
– Миссис Малкин, дорогой, – засмеялась женщина. – Не переживай, мы уложимся. А как тебя зовут? |
| 1024 |
– Гарри, мэм. Гарри Поттер. |
| 1025 |
Миссис Малкин внезапно побледнела и прижала пухлую ладошку ко рту. |
| 1026 |
– Что случилось? – Гарри уже устал пугаться. |
| 1027 |
– Ты… Вы убили Того-Кого-Нельзя-Называть! – миссис Малкин смотрела на Гарри так, будто тот на её глазах поймал, убил, освежевал и выпотрошил дракона. |
| 1028 |
– Я этого не помню, миссис Малкин, – вздохнул Гарри. – Честное слово. |
| 1029 |
– Девочки! – внезапно закричала портниха, и он испуганно отшатнулся, едва не упав со скамейки. – Девочки, идите сюда, это же сам Гарри Поттер! |
| 1030 |
«Дожил! – Гарри, пунцовея, топтался на скамейке под восхищенными взглядами «девочек», точнее, трёх тёток средних лет. – Как тот питон за стеклом, честное слово». |
| 1031 |
– Мистер Поттер, – портниха наконец отослала своих работниц, – для меня огромная честь принимать вас в моей скромной лавке. |
| 1032 |
– Миссис Малкин, – слабым голосом сказал Гарри, – называйте меня по имени, прошу вас. Я воспитывался у маглов и поэтому… |
| 1033 |
– У маглов? – изумилась миссис Малкин. – Но почему? |
| 1034 |
– Долгая история, – соврал он. – Меня прятали. |
| 1035 |
– Ах да! – оживилась портниха и тут же испуганно охнула. – Вас видел Малфой! Мерлин великий, что же делать? Он здесь со своей матерью, они страшные люди! Вам нужно спрятаться! |
| 1036 |
– Не думаю, – Гарри изобразил решимость, которой совсем не испытывал. Значит, Малфой. – Я здесь с Хагридом, ему Дамблдор поручил меня сопровождать. А мать Малфоя, она кто? |
| 1037 |
– Нарцисса Малфой, – неприязненно скривилась миссис Малкин. – Мордредово семейство. Её старшая сестра, Беллатрикс, была правой рукой Того-Кого-Нельзя-Называть. И её муж Люциус Малфой тоже был правой рукой Этого-Самого. |
| 1038 |
«Офигеть, – изумился Гарри про себя, – у террориста было четыре руки. Силён, негодяй». |
| 1039 |
– Не беспокойтесь, миссис Малкин, – сдерживая истерический смех, успокоил Гарри встревоженную портниху. – Всё в порядке. |
| 1040 |
– Вас охраняют! – «догадалась» миссис Малкин. – Слава Мерлину! |
| 1041 |
– Слава, – согласился Гарри, – так какие же мантии, по вашему мнению, я предпочитаю? |
| 1042 |
Пока Гарри беседовал с хозяйкой лавки, Хагрид извёлся за окном. Он корчил рожи, вздыхал, гримасничал, закатывал глаза и съел оба рожка мороженого. Гарри и ухом не вёл. От Хагрида хотелось отдохнуть, а миссис Малкин оказалась для этого весьма подходящей компанией. Будь она на тридцать лет моложе, Гарри предложил бы ей руку и сердце, не сходя с примерочной скамейки. |
| 1043 |
Для начала эта замечательная женщина предложила ему пошить мантии бесплатно. Гарри отказался наотрез: он не богат, но у него есть достоинство. Наконец, после долгих расшаркиваний, они договорились. Миссис Малкин обещала пошить для Гарри комплект школьной и повседневной одежды, а Гарри согласился позировать какому-то таинственному колдографу для рекламы. О рекламе Гарри знал больше, чем о колдографах, но с лёгкой душой согласился на предложение. Попозирует, не треснет. И миссис Малкин будет приятно, и Гарри сэкономит на магической одежде. Кругом польза. |
| 1044 |
– Пожалуйста, мэм, – утомлённый Гарри едва не валился с ног, и его просьба прозвучала очень искренне, – не говорите никому, что я здесь, в Косом переулке. Вам я доверяю, но прочие… |
| 1045 |
Миссис Малкин понятливо закивала: |
| 1046 |
– Конечно, Гарри, не беспокойтесь. Если вы не сможете прибыть для колдографирования, то ничего страшного не произойдёт. В конце концов, мы все вам обязаны. Храни вас Мерлин. |
| 1047 |
Гарри буквально выпал из ателье, но его тут же подхватил Хагрид: |
| 1048 |
– Не знал я, что ты такой щёголь, Гарри. Подумать только, переплюнул самого Малфоя. Твоему отцу это не понравилось бы, Гарри. |
| 1049 |
Гарри собрался было возразить, но передумал. |
| 1050 |
|
| 1051 |
«Молчи и слушай, – велел он сам себе, – за умного сойдёшь». |
| 1052 |
Прочие покупки Гарри почти не запомнились. Оказывается, есть предел для восприятия нового, и Гарри за один день преодолел его раз семь, не меньше. |
| 1053 |
В память врезались какие-то писчие перья, умевшие менять цвет чернил, золотой котёл, горы книг и дотошный молодой продавец, буквально заставивший Гарри купить «Бытовые заклинания. В помощь юным ведьмам», и огромный сундук, в который Хагрид сложил покупки. |
| 1054 |
Оживился Поттер только при покупке роскошной белой совы и искренне поблагодарил Хагрида за подарок. |
| 1055 |
Запомнился также неприятный белоглазый человек – мистер Олливандер. |
| 1056 |
Магазин Олливандера Гарри сразу не понравился: какой-то неуютный и несуразный, с одной-единственной палочкой на витрине и одиноким стулом в углу небольшого помещения. |
| 1057 |
Стул занял Хагрид, а Гарри стоял перед Олливандером и, как идиот, махал лёгкими деревянными прутиками. Из каких-то палочек сыпались красно-золотые искры, из каких-то – нет, но Гарри было уже всё равно. |
| 1058 |
Наконец продавец волшебных палочек принёс ещё одну – из остролиста с пером волшебной птицы феникса. Гарри махнул и этой палочкой, она плюнула в воздух скудным пучком фиолетовых искр. Олливандер пожевал губами и с хорошо различимым сомнением в голосе произнёс: |
| 1059 |
– Да, это ваша палочка, мистер Поттер. |
| 1060 |
Гарри подозрительно уставился на полированную деревяшку. Она ему не нравилась и, судя по неприятному покалыванию в пальцах, чувства были взаимными. |
| 1061 |
Мастер меж тем слегка приободрился и разливался соловьём: |
| 1062 |
– Удивительное дело, но у этой палочки есть сестра. Да-да! Сестра, которая оставила на вашем лбу тот самый шрам! Это палочка Того-Кого-Нельзя-Называть! |
| 1063 |
Хагрид потрясённо заохал, а Гарри поискал глазами место, куда можно было бы зашвырнуть проклятую штуковину, пока она его не угробила на радость своей родственнице. |
| 1064 |
– Феникс, против обыкновения, отдал мне для работы не одно перо, а целых два, – продолжал Олливандер. – Эта палочка предназначена для великих дел, мистер Поттер. Тот-Кого-Нельзя-Называть тоже совершил множество великих дел. Ужасных, да, но великих! |
| 1065 |
«Линял, наверное, феникс этот хренов, – устало подумал Гарри. – А мы с экстремистом теперь должны побрататься – у нас в палочках перья из одной и той же задницы». |
| 1066 |
Тут он вспомнил про две правых руки Этого-Которого и чуть не заржал в голос. Получается, феникс знал, что делал. Выбрасывать деревяшку Гарри раздумал – другие ничем не лучше, а у этой цвет искр необычный, и враки про неё прикольные. |
| 1067 |
«Буду Малфоя пугать, – решил он, – или ещё кого. Вон Хагрида как перекосило». |
| 1068 |
Этот магазин был последним, и Хагрид наконец-то повёл подопечного героя домой. |
| 1069 |
Пройдя за арку, Хагрид потопал было к «Дырявому котлу», но Гарри его остановил: |
| 1070 |
– Хагрид, ты уже там был. Два раза. |
| 1071 |
– Дык, в Лондон пройти, – Хагрид перехватил сундук удобнее и недоуменно уставился на Гарри. – На поезд нам надо. |
| 1072 |
– Не надо, – возразил Гарри, представив своё путешествие с огромным сундуком и совой на поезде, без единого пенса, чтобы взять такси или хотя бы позвонить домой. – Доставай свой гвоздь. |
| 1073 |
– Гарри, мне запрещено колдовать, – смутился Хагрид и Гарри захотелось стукнуть его Дадлиным прутом. – Это не гвоздь, это порт-ключ, мне его Дамблдор дал на самый крайний случай. |
| 1074 |
– Это и есть самый крайний случай, – хмуро сказал Гарри. – Я с ног валюсь и с места не сойду. Буду в «Дырявом котле» ночевать. |
| 1075 |
Хагрид повздыхал и, неодобрительно взглянув на Гарри, достал волшебный гвоздь. Гарри, крепко прижимая клетку с совой к себе, дотронулся до порт-ключа. |
| 1076 |
Они очутились в том самом скверике. Хагрид облегченно вздохнул, поставил сундук и уселся на траву. |
| 1077 |
– Ох, Гарри, меня за всю жизнь так не тошнило, как в этот день, – жалобно сказал он. – То гоблины эти проклятущие, то порт-ключ. Оно, конечно, быстро, но как за пупок тебя хватают и тащат незнамо куда. Обратно-то как? Ведь вообще наизнанку вывернет. |
| 1078 |
Гарри пожал плечами. С его пупком всё было в порядке. Похоже, у Хагрида из-за огромного роста были проблемы с вестибулярным аппаратом. |
| 1079 |
– Пойдём, Хагрид. У тебя, наверное, ещё куча дел. |
| 1080 |
– Это да, – великан, кряхтя, поднял сундук и зашагал на Тисовую улицу. – Мне ещё Дамблдору всё надо обсказать. Великий человек. |
| 1081 |
Гарри скрипнул зубами, но промолчал. |
| 1082 |
Они распрощались на тротуаре перед домом, и Гарри ещё раз поблагодарил Хагрида за чудесный подарок. Великан растрогался, сказал, что Гарри похож на «папку с мамкой», и наконец ушёл. |
| 1083 |
Гарри поставил клетку с совой у двери, вернулся к сундуку, кое-как подтащил его к крыльцу и нажал на звонок. Сил не оставалось никаких, хотелось упасть прямо на пол и проспать часов сорок. |
| 1084 |
Дверь распахнулась, и Гарри затормошили, затискали и зацеловали. Домашние что-то говорили ему, о чём-то спрашивали и заглядывали в глаза. Гарри только слабо улыбался, а потом сказал, едва ворочая языком: |
| 1085 |
– Я спать хочу очень, можно? |
| 1086 |
– Так, – гаркнул кто-то, и Гарри с изумлением понял, что это тётя Мардж. – Отстали от парня, быстро. Туни, клади его прямо здесь, на диване. Да какая постель, пледом накрой. Не видишь, ребёнок вымотался. Вернон, заноси вещи. Дадли, чаю мне. Спи, герой. |
| 1087 |
И Гарри заснул. |
| 1088 |
Проснулся он вечером, когда уже совсем стемнело. Верхний свет был погашен, горели бра и торшер над дядиным креслом. Вся его семья была здесь же. Дядя негромко шелестел бумагами с логотипом «Граннингса». Мардж устроилась в другом кресле и шепотом комментировала сериал, почти беззвучно идущий по телевизору. Петуния сидела на стуле в переднике, наверное, до этого была на кухне. В ногах у Гарри умостился Злыдень, а Дадли устроился прямо на полу с какой-то книжкой. |
| 1089 |
Гарри потянулся и зевнул. |
| 1090 |
– Сколько можно дрыхнуть, Поттер, – неодобрительно сказал Дадли, но глаза его смеялись. – Храпит себе, а мы сидим, помираем от любопытства. |
| 1091 |
Взрослые заулыбались. |
| 1092 |
– Я не хотел, – повинился Гарри. – Устал очень. |
| 1093 |
– Кушать будешь, милый? – спросила тётя, и Гарри понял, что завтрак был очень давно. Он кивнул. |
| 1094 |
– Дадли, помоги маме, – Вернон отложил бумаги и подмигнул Гарри. – Всё в порядке? |
| 1095 |
– Я помогу, – Мардж грузно поднялась из кресла. – Даддерс, лучше выгуляй Злыдня и возвращайся, как раз накроем на стол. И отметим уже праздник наконец. |
| 1096 |
Гарри широко улыбнулся: |
| 1097 |
– Обязательно, тётя. |
| 1098 |
Пока сервировали стол, Гарри вытащил дедово письмо из-за пояса штанов и положил на сундук, стоящий тут же, в гостиной. Сова недовольно клекотала, Гарри подумал и распахнул дверцу клетки: |
| 1099 |
– Лети, поохоться. Хагрид, ясное дело, забыл тебе еды купить, и я не сообразил, придурок. |
| 1100 |
Дядя с любопытством спросил: |
| 1101 |
– Кто такой Хагрид? |
| 1102 |
– Великан этот. Дядя, я в душ сгоняю, ладно? И всё-всё расскажу. |
| 1103 |
– Беги, только не задерживайся. |
| 1104 |
После ужина состоялся военный совет. Дядя постановил отложить разбор содержимого сундука до завтрашнего утра, потому что не спать ещё одну ночь – это перебор, никакое волшебство того не стоит. Поэтому решили для начала выслушать Гарри и прочитать письмо Карлуса Поттера. |
| 1105 |
Гарри рассказывал быстро и чётко, опуская свои переживания. Его подгоняло письмо, лежащее на середине стола – не терпелось узнать, что же там написано. |
| 1106 |
Дурсли слушали очень внимательно, не перебивая. Дядя по своей всегдашней привычке что-то записывал по ходу рассказа. |
| 1107 |
– Тебе понравилось в волшебном мире? – спросила тётя Петуния. |
| 1108 |
– Да, здорово, – сказал Гарри, – только страшно. А вдруг у меня не получится там жить? |
| 1109 |
– Ты вернёшься домой и поступишь в медицинский колледж, только и всего, – пожал плечами дядя Вернон. – Только тебе придётся и дальше скрывать свои способности. Письмо читаем? |
| 1110 |
– Стой! – резко скомандовал Дадли. – Гарри, открой его сам. Твой дед был магом, я бы не лез к его вещам без проверки. |
| 1111 |
Гарри кивнул и аккуратно сломал печать на письме. Ничего не произошло. Гарри вытряхнул из конверта несколько листов пергамента и небольшой мешочек из серо-серебристой плотной ткани без всякой вышивки или монограммы, пустой на ощупь. |
| 1112 |
– Так, посмотрим, – дядя подвинул бумаги к себе. Мешочек остался лежать в центре стола. – Это дарственная, потом посмотрим. Это распорядительное письмо в банк Гринготтс, тоже изучим позже. А вот и письмо. Читать? |
| 1113 |
Гарри гулко сглотнул и закивал головой. |
| 1114 |
Дядя развернул пергамент и, откашлявшись, начал чтение. |
| 1115 |
«Здравствуй, внук! |
| 1116 |
Прости, но я не знаю, как тебя зовут. Знаю только, что ты родишься в середине нынешнего лета. |
| 1117 |
Зачем я пишу тебе, тоже не знаю. Мне нечего тебе сказать. Можно было просто оставить распоряжения гоблинам. |
| 1118 |
Сегодня я изгнал твоего отца из рода. Отныне он сам по себе. |
| 1119 |
Род Поттеров продолжит кто-то из Блэков, потому что ближе родни у нас не осталось, а мы с Дореей слишком стары. |
| 1120 |
Тебе не стать наследником рода. |
| 1121 |
Ты родишься полукровкой, без родовых способностей к пространственной магии. Тебе не будут повиноваться семейные артефакты, не откроются двери Поттер-холла, твоего имени не будет в родовых ритуальных списках. |
| 1122 |
Лили Эванс может сколько угодно твердить о равных правах всех со всеми, но магия устроена иначе. Ей нет дела до магловских идей о справедливом мироустройстве. |
| 1123 |
Я очень хотел бы обвинить твою мать в бедственном положении Поттеров, но увы, мой сын виноват намного больше. Джеймс – наследник… Джеймс был наследником старой семьи, за его спиной четырнадцать поколений чистокровных магов, он должен был подумать о тебе и о твоих детях. |
| 1124 |
Наш род не слишком стар, нам далеко до древности и могущества тех же Блэков, но мы всегда жили магией, хранили и приумножали её, и до сегодняшнего дня нам нечего было стыдиться. |
| 1125 |
Мне очень больно прерывать прямую ветвь рода, но я не могу поступить иначе. Поверь, не могу. Я не желаю, чтобы мои потомки были предателями крови. Худшей участи для мага не существует, и ты это знаешь не понаслышке. |
| 1126 |
Теперь о том, для чего я всё-таки пишу это письмо. |
| 1127 |
Если ты его читаешь, значит, я мёртв. Время сейчас неспокойное, идёт война. Мы с твоей бабушкой в ней не участвуем, но на войне случается всякое. |
| 1128 |
Дорея была против. Блэки – это Блэки, компромиссов для них не существует, и сын грязнокровки для Дореи не внук. Но я не могу оставить тебя совсем без помощи. |
| 1129 |
Я оплатил семь лет твоей учёбы в Хогвартсе. Не думаю, что у твоего отца сейчас в карманах имеется хотя бы пара галеонов. Дамблдор мог бы учить тебя бесплатно, учитывая, сколько денег мой бывший сын ухлопал на их «общее благо». Но я не хочу, чтобы ты зависел от милостей этого человека. |
| 1130 |
Учёба будет даваться тебе нелегко, не обольщайся. Ты не будешь сильным магом, но в некоторых случаях усердие вполне способно заменить талант. Учись прилежно, твоё будущее зависит только от тебя самого. |
| 1131 |
Старый дом в Годриковой Лощине я подарил тебе. Твои родители могут жить там, но распоряжаться недвижимостью они не имеют права. |
| 1132 |
Ещё я учредил поощрительный фонд на твое имя. Если ты будешь старательно учиться, то на каникулах гоблины будут выдавать тебе оттуда немного наличных – хватит на недорогую метлу. |
| 1133 |
Основная же сумма фонда предназначена на твою свадьбу и на небольшие ежегодные выплаты в течение пяти лет после свадьбы, если ты сумеешь жениться на чистокровной девушке. Завидным женихом ты не будешь, поэтому достаточно одного-двух поколений чистой крови в её семье. |
| 1134 |
Прошу тебя, подумай о своих детях. Если ты выполнишь эти условия, у них будет шанс вернуться в род или основать свой собственный, если они того пожелают. |
| 1135 |
P.S. Твой отец так и не отдал мне самый ценный семейный артефакт Поттеров – мантию-невидимку, один из трёх Даров. Боюсь, её можно считать утраченной для рода, и это аукнется мне в посмертии. Тому, кто сумеет вернуть Дар в сейф Поттеров, причитается солидное вознаграждение. Я буду рад, если оно достанется тебе, а не какому-нибудь наёмнику из Лютного. |
| 1136 |
P.P.S. Прости меня, я действительно сделал, что мог и большего сделать не могу. Прими, пожалуйста, ещё один подарок. Я создал этот кошель сам, потратив несколько лет, и о нём никто не знает. Кошель не только имеет пространственный карман, но и скрывается сам по твоему желанию. Я думаю, такой артефакт лишним не будет. |
| 1137 |
Прощай, внук. Будь счастлив. |
| 1138 |
Твой дед. 23 января 1980 года». |
| 1139 |
– Папа, – Драко просунул голову в приоткрытую дверь отцовского кабинета, – ты занят? |
| 1140 |
– Разумеется, – Люциус сидел в кресле перед камином и задумчиво разглядывал жидкость в своём бокале. – Я всегда занят. Что-то случилось, сын? |
| 1141 |
– Не знаю, – Драко протиснулся в кабинет целиком. – Я сегодня в Косом переулке встретил мальчика. |
| 1142 |
– Не рановато? – меланхолично спросил отец. Похоже, он был изрядно навеселе. |
| 1143 |
Всё ясно, опять поцапались с крёстным. Драко поморщился. Стоит отцу в таком виде попасться на глаза маме, та рассвирепеет и начнёт обвинять мужа в бесхребетности и потакании «носатой швали, которая никогда не ценила тебя». Папа начнёт оправдывать Северуса, а мать пообещает устроить крёстному какую-нибудь жуткую кончину, всякий раз новую. Потом взбешённая Нарцисса и безутешный Люциус разбегутся из мэнора кто куда, а Драко опять будет бродить тут один-одинёшенек среди домовиков и павлинов. |
| 1144 |
– Папа, – Драко подошёл к отцу и заглянул ему в глаза, – не стоит тебе сегодня спускаться на ужин. |
| 1145 |
– Бережёшь отца, значит, – Люциус отхлебнул огневиски и поморщился. – Поздно. Твоя мать уже пообщалась со мной, так что ужинать мы будем вдвоём. |
| 1146 |
– Тогда прикажи подать ужин прямо сюда, – Драко проворно забрался в кресло. – Мама надолго уехала? |
| 1147 |
Люциус пожал плечами. Нарцисса отбыла в таком гневе, что он полчаса не мог дозваться ни одного домовика. Трепетали, твари лопоухие. По счастью, Драко скандала не застал. Прибыв домой из Косого переулка, сын немедленно взобрался на самую быструю метлу и почти три часа провёл в воздухе – приводил в порядок свои впечатления. |
| 1148 |
– Значит, надолго, – вздохнул Драко. – Как Северус должен умереть на этот раз? |
| 1149 |
Люциус невесело усмехнулся и внезапно спросил: |
| 1150 |
– Ты любишь крёстного, Драко? |
| 1151 |
Драко задумался. Любит, конечно, ведь это же крёстный. Но зачем папа спросил? Неужели, они разругались окончательно? |
| 1152 |
Язва, циник и мизантроп, Северус Снейп восхищал своего крестника абсолютным равнодушием к мнению окружающих. Снейп никогда не задумывался над тем, какое впечатление он производит, не пытался подстроиться под обстоятельства, не лгал из выгоды, жалости или желания угодить. Он был очень искренним в проявлении чувств и не задумывался над последствиями своей искренности – полная противоположность Малфоям. Одно только это качество перевешивало в глазах Драко все реальные и мнимые недостатки Снейпа. |
| 1153 |
Ещё Северус был очень сильным магом, обладал цепким, пытливым умом, а его запредельное трудолюбие вызывало уважение даже у самых ярых недоброжелателей. Самый молодой за несколько столетий мастер зелий – без поддержки рода, без наставничества сильного мага, без собственной лаборатории. |
| 1154 |
Драко вообще не понимал, что крёстный делает в Хогвартсе. Северус – учёный и исследователь, что ему в учительских буднях? Наверное, для этого были какие-то причины, но младшего Малфоя в эти секреты не посвящали. |
| 1155 |
Кроме того, Северус был красивым мужчиной. Да, красивым, как бы ни кривились сторонники классической красоты. Красота – это стиль и индивидуальность, считали оба Малфоя, и уж здесь Снейпу не было равных. Чёрные, вынимающие душу глаза, тяжелые гладкие пряди чёрных волос, тонкие и сильные «музыкальные» пальцы, стремительная летящая походка – Северус Снейп был прекрасен. |
| 1156 |
Драко знал, что отец и крёстный любовники и что они вместе уже много лет. Ребёнок древнего чистокровного рода, он никогда не видел во внебрачных связях ничего плохого или постыдного. Брачные отношения – это одно, а счастье – личное дело каждого. |
| 1157 |
Правда, исключительно до тех пор, пока это счастье не ставило под угрозу благополучие рода. Такие случаи тоже бывали, и довольно часто. Неподходящий возлюбленный мог представлять серьёзную угрозу для всей семьи, потому что на какое-то время становился её частью, пользовался защитой и расположением наравне с её членами. Поэтому в разных семьях отношения с партнёрами супругов строились по-разному. |
| 1158 |
Например, редкие мамины возлюбленные доступа в мэнор никогда не имели, мама встречалась с ними в небольшом сельском имении, отошедшем ей по завещанию Вальбурги Блэк. Фамильная паранойя не позволяла Нарциссе подпускать к сыну неродных людей. Как считали много раз обжёгшиеся, а оттого недоверчивые Блэки, любую клятву можно обойти или перебороть. Только кровь гарантирует верность, только кровь нельзя обмануть. |
| 1159 |
Малфои же, наоборот, держали своих любимых так близко, как только это вообще возможно, и защищали наравне с родичами. Не то чтобы их никогда не предавали, просто постоянная угроза прерывания рода сделала Малфоев помешанными на контроле за ситуацией. А наблюдать за человеком, как ни крути, удобнее всего вблизи. Малфои и врагов предпочитали держать близко. В идеале, очень близко – в подвалах мэнора. |
| 1160 |
|
| 1161 |
Если папа, думал Драко, завёл этот разговор, значит, дело плохо. И ведь всё к тому шло. Его умный, красивый, сильный, богатый отец умудрился влюбиться в единственного в Британии человека, для которого все эти достоинства не были очевидными. Может быть, запоздало сообразил Драко, именно потому и влюбился. Малфои всегда были лёгкой добычей, когда дело касалось чего-то любопытного, необычного или, не приведи Мерлин, запретного. |
| 1162 |
Северус по каким-то своим причинам лишь терпел чувства Люциуса, и никогда этого не скрывал. Он хорошо относился к Драко и был безукоризненно вежлив по отношению к Нарциссе, что само по себе многое говорило о матери Драко, но и только. Искренняя любовь и забота Люциуса так и не смягчили сердце Снейпа. |
| 1163 |
Драко долгое время из-за малолетства не понимал этого. Он обожал сурового и язвительного крёстного, бурно радовался каждому его визиту в мэнор и даже обижался на маму, никогда не упускавшую возможность позлословить в адрес Снейпа. И лишь недавно Драко наконец-таки понял природу отношений, связывающих этих сильных и незаурядных мужчин. |
| 1164 |
– Я очень люблю Северуса, папа, – сказал Драко, – и боюсь за него. Если вы решили расстаться, то… |
| 1165 |
– Это я решил расстаться, – перебил отец и отхлебнул огневиски. – Сгоряча решил, а теперь обдумываю последствия. Ты поможешь мне, Драко? Я, по глупости своей, втянул в наши отношения тебя и маму. Нарцисса была трижды права, теперь всегда буду следовать её советам в амурных делах. |
| 1166 |
Драко испуганно кивнул. Никогда он не видел своего несгибаемого отца в таком раздрае. |
| 1167 |
– Самое плохое – я все ещё люблю его и не смогу относиться к нему объективно, – сказал отец, скорее себе, чем сыну. |
| 1168 |
«Не ты один, – подумал Драко. – Ох, Мерлин!» |
| 1169 |
– Папа, – прибавил он вслух, – если ты лишишь Северуса покровительства, ему шею свернут на вторые сутки. Он же всю Британию достал. По разным поводам, но всю. |
| 1170 |
– Вовсе нет, – не согласился Люциус. – За нашим дорогим другом стоит сам Дамблдор. Запрётся в Хогвартсе и останется жив и здоров. За стенами Хога ему придётся нелегко, но тоже ничего смертельного. |
| 1171 |
Драко поморгал, про Дамблдора он слышал впервые. |
| 1172 |
– Северус сидит у него на крючке. Довольно плотно сидит, – пояснил Люциус, видя сыновнее недоумение. – Старая история, ещё лордовых времён. Потом расскажу, тебе пригодится. |
| 1173 |
– А снять с крючка совсем нельзя? – спросил Драко. |
| 1174 |
|
| 1175 |
– Пусть посидит, – махнул рукой отец. – Кто-то должен за ним приглядывать, так почему не Дамблдор? В своё время мою помощь Север не принял, а теперь крючок можно удалить только вместе с удочкой, рыбаком и лодкой. Я пока не готов к такому подвигу. |
| 1176 |
– Северус – декан Слизерина, его сожрут собственные ученики, – сказал Драко, подумав. |
| 1177 |
– Вряд ли, – ответил отец. – В Хогвартсе я ему не помогал, весь людоедский авторитет – его собственный. |
| 1178 |
– Тогда чего ты опасаешься? – спросил Драко. |
| 1179 |
– А ничего, – легкомысленно хихикнул Люциус, и Драко решил поторопить домовиков с ужином, а то отец опьянеет окончательно. – Мне внезапно пришло в голову, что Северус Снейп – взрослый человек и могущественный маг. Он сам может о себе позаботиться, раз уж мои жалкие потуги так его раздражают. |
| 1180 |
«Вот как, – подумал Драко. – Похоже, крёстный настолько перегнул палку, что закончилось даже отцовское всепрощение». |
| 1181 |
– Папа, крёстный остаётся деканом Слизерина, а я в Хогвартс иду, – напомнил он. – Вы хорошо расстались? |
| 1182 |
– Да в том-то и дело, что как обычно, – Люциус нервно отбросил волосы за спину. – Меня в очередной раз поставили на место. Я, как всегда, смолчал, а Север гордо удалился. Потом я сдуру показался на глаза твоей матери. Теперь сижу, пью и плачусь своему маленькому сыну. Павлин! |
| 1183 |
Отец с силой закусил губу и крепко зажмурился. Драко испугался по-настоящему. |
| 1184 |
– Папа, а кому же нам ещё плакаться? – сказал он, слез с кресла и подошёл к отцу. – Я – тебе, ты – мне, всё честно. Может, к Фенриру в гости, а? |
| 1185 |
– Дня через три, ненадолго, – отец резко выдохнул и попытался взять себя в руки. Получилось не очень. – У меня дела здесь важные. |
| 1186 |
Драко плюнул на то, что он уже взрослый, и полез к папе на колени. Люциус подхватил его, прижал к себе и уткнулся носом в макушку. Они посидели так некоторое время, успокаиваясь. |
| 1187 |
– В общем, формально мы не расстались, – сказал наконец Люциус. – Я лишь хочу понять, что будет, если я не приползу, как обычно, мириться. |
| 1188 |
– Северус останется моим магическим наставником, – заметил Драко. – Он не сможет причинить мне вред. |
| 1189 |
– Прямой – не сможет, но кто в наше время идёт в лоб? – вздохнул отец. – Если я окажусь в Азкабане, например, это не будет считаться нанесением вреда лично тебе. |
| 1190 |
– А с чего это ты собрался в Азкабан? – подозрительно прищурился Драко. – Папа, что ты затеял? Что за важные дела такие? |
| 1191 |
– Мал ещё, – Люциус шутливо дёрнул сына за ухо. – Мама в курсе, а тебе пока рано это знать. Вернёмся к Северусу. О том, что он твой крёстный, знают пять человек и один оборотень. Один из пятерых пропал без вести десять лет назад. |
| 1192 |
– Лорд?! – изумился Драко. – Сам Тёмный лорд?! |
| 1193 |
– Два члена Ближнего круга заключили негласный союз, – пожал плечами Люциус. – Естественно, это напрямую затрагивало интересы Лорда. |
| 1194 |
– И что? – Драко даже шею вытянул от любопытства. Его страшно интересовало всё, касающееся Лорда, однако отец рассказывал о нём очень редко и неохотно. |
| 1195 |
– И я на всю жизнь возненавидел легилименцию, – фыркнул Люциус и погрозил Драко пальцем. – Это тебе тоже рано знать. Итак, никто не знает, что у тебя есть магический наставник. |
| 1196 |
|
| 1197 |
Магическое наставничество возникло во времена инквизиции для того, чтобы сохранить ребёнка, не заключая помолвки или брака. Времена были жестокими и кровавыми, подчас исчезали целые кланы волшебников. Магический наставник не столько учил доверенного ему ребёнка, сколько охранял его до совершеннолетия наравне с собственными детьми. Естественно, таким «убежищем» пользовались и в междоусобных сварах. |
| 1198 |
Не раз и не два возрождались семьи, считающиеся вымершими, после того как сбережённый ребёнок покидал дом наставника. Сложный ритуал принесения взаимных клятв на крови в быту стали называть «крестинами» из-за схожести с магловским обычаем и для конспирации, а к наставникам накрепко припало слово «крёстный». Имя крёстного или крёстной не разглашали, чтобы не навлечь беды на их семьи. |
| 1199 |
Со временем ритуал видоизменялся, древние клятвы упрощались или заменялись Непреложным обетом. Маглорождённые и вовсе понимали «крестины» как заключение официального союза семейств и не делали из этого никакой тайны. Лишь немногие старые семьи придерживались стародавнего обычая. Малфои из-за своего фамильного проклятия всегда обзаводились крёстными из проверенных семей и проводили полный обряд на крови. |
| 1200 |
Люциус был первым Малфоем, доверившим единственного сына безродному полукровке. По настоянию мужа, обряд проводила Нарцисса, лучшая ученица самой Вальбурги Блэк. Во время «крестин» она улучила момент и сказала крёстному своего сына пару слов наедине, после чего Северус старался как можно меньше попадаться Нарциссе на глаза, а при редких личных встречах был сама любезность, повергая окружающих в шок. |
| 1201 |
– Я плохой отец, – повинился Люциус. – Пойдя на поводу чувств, я вверил твою жизнь человеку, который не в состоянии её сохранить. У него нет дома, семьи, денег, влияния – ничего, кроме сомнительной славы Ужаса подземелий. Он шпионит за бывшими сторонниками Лорда, шантажируемый беспринципным негодяем, который при случае не постесняется проверить крепость магических клятв о наставничестве. |
| 1202 |
Люциус с силой втянул воздух сквозь зубы и продолжил: |
| 1203 |
– Короче, я идиот. Хранить в тайне личность твоего крёстного никогда не имело смысла – не та личность. Но если мы обнародуем эту информацию, польза от неё будет только Северусу, как моему официальному союзнику. И может быть, слегка попортим аппетит Дамблдору. |
| 1204 |
Драко подавленно слушал отца. Такого Северуса он не знал. Но всё равно ему очень нравился его крёстный. «Ужас подземелий» лучше, чем «скользкий Малфой», честнее как-то. Поэтому он буркнул: |
| 1205 |
– Да мне не жалко, пусть будет польза только Северусу. Я сам могу за собой присмотреть, папа. |
| 1206 |
– И это тоже не моя заслуга, – тихо выдохнул Люциус. – Это всё Нарцисса. У тебя чудесная мама, Драко. Правда, временами ты чересчур Блэк, но это даже хорошо. |
| 1207 |
Драко тихо засмеялся и обнял отца: |
| 1208 |
– Ужин отменяется? |
| 1209 |
– Ни в коем случае, – Люциус щёлкнул пальцами и велел домовику накрывать на стол и подать трезвящее зелье. – Поговорим о Хогвартсе после ужина, ты не против? |
| 1210 |
*** |
| 1211 |
– Гарри, посмотри на меня! – встревоженный голос Дадли доносился как будто издалека. – Ну же, Гарри! |
| 1212 |
Гарри не мог посмотреть на брата. Не сейчас, когда слёзы текли сплошным потоком, вымывая из души все сегодняшние переживания вперемешку с осколками надежд найти родных в магическом мире. Всё, что он успел придумать, пока таскал это проклятое письмо за пазухой: о счастливой семье Поттеров, об их многочисленных родственниках, о друзьях мамы и папы – всё рассыпалось прахом. Дядя был прав. Если бы он был нужен магам, то за десять лет кто-нибудь да пришёл. |
| 1213 |
Даддерс крепко обнял его и зашептал прямо в ухо: |
| 1214 |
– Тихо, не реви. Не реви, говорю. Ничего не случилось, слышишь? |
| 1215 |
Дадли. Гарри отнял руки от лица. Брат никогда бы его не бросил. И дядя Вернон. И тётя Туни. Даже Мардж со Злыднем нашли бы способ прорваться в другой мир и убедиться, что с Гарри всё в порядке. Гарри судорожно всхлипнул и обнял Дадли в ответ. У него есть семья. Всегда была. И он сделает всё возможное и невозможное, чтобы не потерять её. |
| 1216 |
*** |
| 1217 |
Проснулся Гарри поздно, когда Дадли уже вовсю распевал в душе. Вставать не хотелось, хотелось поваляться в постели с книжкой и выпить тёплого молока. Гарри зевнул. Вспоминать вчерашний сумасшедший день тоже не хотелось, даром, что день рождения. Праздничек удался, чего там. |
| 1218 |
В комнату ввалился Дадли, мотая мокрой головой. |
| 1219 |
– Чего разлёгся? – гаркнул он. – Я жрать хочу, как три слона. Давай быстрей, Поттер. |
| 1220 |
Гарри, бурча что-то о невыносимых обжорах, принялся одеваться и заправлять постели. Махнул рукой на разминку и слегка поплескал в лицо холодной водой – принимать душ было лень. Когда Гарри добрёл до столовой, все уже были там и уставились на него с одинаковой тревогой. |
| 1221 |
– Я в порядке, – сказал Гарри. – Честно. Только спать хочу. |
| 1222 |
– Ну и хорошо, – улыбнулась тётя. – Сон лечит. Вернон, может, останешься? |
| 1223 |
– Нет, Туни, – дядя Вернон отставил чайную чашку. – Я в Лондон, на работу и по делам. Скорее всего, на весь день. Мардж останется. |
| 1224 |
– А я, па? – спросил Дадли. |
| 1225 |
– Ты со мной, Даддерс, дел сегодня невпроворот, – озабоченно сказал дядя. – Дамы и Гарри! Сами в сундук не лезьте, дождитесь нас. |
| 1226 |
Петуния шутливо козырнула, и Гарри захихикал. Белая сова, дремавшая на спинке дивана, лениво приоткрыла глаз и одобрительно ухнула. |
| 1227 |
День Гарри провёл замечательно. Сначала он поднялся наверх и тщательно прибрал игровую комнату. Правда, комната давно уже не была игровой, скорее – учебной, но название прижилось и не менялось. Гарри рассортировал книги, навёл порядок в ящиках столов и вынес в чулан ещё одну коробку с игрушками. |
| 1228 |
Потом он погулял со Злыднем, который даже в наморднике ухитрился до заикания напугать кошек старухи Фигг. Несчастные звери полдня смирно просидели на деревьях, не смея спуститься на землю. Сама старуха, никогда не упускавшая случая задать Гарри пару дурацких вопросов, тоже не рискнула подойти. |
| 1229 |
После обеда Гарри устроился с книжкой на диванчике в гостиной, где и задремал под бормотание телевизора и негромкую беседу обеих тёток. |
| 1230 |
Проснулся он уже вечером, когда дядя Вернон и Дадли вернулись домой. |
| 1231 |
– Поттер, – развеселился Дадли, глядя на позевывающего кузена, – ты вчера в этом своём Кривом переулке случайно веретеном не укололся? |
| 1232 |
– Косом, – поправил Гарри. – И гномов не видел. Ты что, тренировку пропустил? Конец света! |
| 1233 |
– Цени, братец, – хихикнул Дадли. – Были мы в этом банке, который с гоблинами работает. Вот ни в жизнь не догадался бы, что у них такие связи. Банк и банк, ничего особенного. Только папу сразу в отдельный кабинет увели для разговора, а я в холле сидел, на рыбок пялился. |
| 1234 |
– И как? – улыбнулся Гарри. |
| 1235 |
– Рыбки как рыбки, – сказал Дадли. – Ни одна не заговорила. Ужином здесь кормят? |
| 1236 |
Тётя Петуния шлёпнула его полотенцем: |
| 1237 |
– Только тех, кто моет руки. |
| 1238 |
Сундук разбирали после ужина. Дадли вытаращился на телескоп и коробку с флаконами причудливой формы, взрослые изумлённо разглядывали книги. |
| 1239 |
– Как в музее, – сказала тётя Мардж, любуясь кожаными переплётами с золотым тиснением. – «Тёмные силы: пособие по самозащите». Господи ты боже мой! А полицейских у магов нет? |
| 1240 |
|
| 1241 |
– Где самозащита? – оживился Гарри, уткнувшийся было в «Историю магии». – А то я одного тёмного мажонка уже встретил, хотя, строго говоря, он блондин. |
| 1242 |
– И что? – заинтересовался Дадли. – Такой же скучный, как тот банк? |
| 1243 |
Гарри пожал плечами: |
| 1244 |
– Неглупый и разговаривает как взрослый. Знаешь, такой богатенький мальчик. Его отец и тётка были на стороне Того-Самого-Убийцы. |
| 1245 |
Дядя Вернон нахмурился: |
| 1246 |
– Убийцы и их подельники обычно сидят в тюрьме, а не собирают детей в школу. Что-то неладное с этой историей. Нужно хорошенько подумать. |
| 1247 |
– Тебе тоже не нравился мой отец? – грустно спросил Гарри. |
| 1248 |
– Богатенький мальчик, Гарри. Он забавлялся беседой с глупыми маглами, а твоя мать не сводила с него глаз, – вздохнул дядя. – Ничего страшного, но очень неприятно. |
| 1249 |
Тётя Мардж поджала губы, а тётя Петуния опустила голову: |
| 1250 |
– Она всегда была увлекающейся натурой, моя Лили. Упрямая, как Дадли. |
| 1251 |
– Ну началось, – Дадли закатил глаза. – Я не упрямый, я целеустремлённый. О, Гарри, а это что? |
| 1252 |
– Перья и пергамент. А это котёл, в нём варят зелья во-о-он из той книжки. |
| 1253 |
– Прикольно. Не школа, а сплошная развлекуха. Пап, я тоже туда хочу. |
| 1254 |
– Ты будешь развлекаться ничуть не хуже, Дадли, – усмехнулся дядя Вернон. – Первокурсникам весело во всех школах по всей земле, успевай поворачиваться. |
| 1255 |
Гарри поёжился. Да уж. |
| 1256 |
*** |
| 1257 |
– Итак, твой первый курс в Хогвартсе, сын, – Люциус пригубил крепчайший кофе и откинулся в кресле. – Надо ли мне напоминать о должном прилежании в учёбе? |
| 1258 |
– Не стоит, – пробурчал Драко, меньше всего озабоченный прилежанием в чём бы то ни было. – Не посрамлю и всё такое. |
| 1259 |
Старший Малфой весело посмотрел на сына. Хитрость Малфоев и отвага Блэков, держись, Слизерин! |
| 1260 |
|
| 1261 |
– Надеюсь, – продолжил Люциус. – Список книг для дополнительного обучения обсудим позже, я хочу дождаться писем от твоих репетиторов. Сегодня поговорим о твоих будущих однокурсниках. У вас там собирается интересная компания, Драко. |
| 1262 |
– Винс с Грегом и Милли, – кивнул Драко. |
| 1263 |
– И это невероятная удача, – сказал Люциус. – На них можно положиться. Присматривайте друг за другом, ты помнишь, насколько эти дети ценны для своих семей. |
| 1264 |
Драко опять согласно кивнул. Все трое обещали вырасти сильными магами с незаурядными способностями. Винсент будет мощным «щитовиком», его уже сейчас ставили в пару с Драко на тренировках. Милли обнаружила талант в рунной магии. Старенький мистер Трэверс, её наставник, нарадоваться не мог на ученицу. Грег же родился со стихийным даром земного мага – первый среди Гойлов. Последний маг земли умер полвека тому назад, поэтому Грегори требовалось охранять пуще прочих и, по возможности, хранить в тайне его способности хотя бы до совершеннолетия. |
| 1265 |
– Наверняка на твой курс попадут дочь Паркинсона, – Люциус чуть поморщился, – младший Забини и некий Теодор Нотт. |
| 1266 |
– Угу, – Драко деловито потёр руки. – Сын лорда Нотта, потомственный «огневик», очень мощный. Рождён в магическом браке от любимой женщины лорда, рано потерял мать, вырос на тренировочной площадке Ковена. Должен быть похож на отца, но не факт. Па, а почему мы все не очень похожи на родителей? |
| 1267 |
– Говорят, к войне, – сухо сказал Люциус, – примета такая. Резкое усиление магической силы в семьях всегда предвещало какие-то перемены. Будем надеяться, к лучшему. С Ноттом общайся очень аккуратно. Не думаю, что он будет тебя задирать, но всё равно не подставляйся. Сейчас в Хогвартсе учатся почти все дети Ковена, включая Флинта и Ургхарта. Оба сильны до предела, Ургхарт ещё и умён. Против этой компании ты не потянешь, сын. |
| 1268 |
– И не собирался, – пожал плечами Драко. – А Монтегю? |
| 1269 |
Люциус отчётливо скрипнул зубами: |
| 1270 |
– Грехэм, средний внук нашего фестралом траханого Лорда-канцлера. Неглуп, но дед его особо не выделяет, потому что тот не наследует род. Говорят, его женят на Виникус-младшей. Между нами, партия могла быть и получше. Присмотрись к нему, Драко. Из нелюбимых детей частенько вырастают очень упорные люди. У Грехэма должна быть внушительная свита, после войны нейтралы вошли в силу и, ходят слухи, пытаются договориться с Дамблдором. |
| 1271 |
– А если договорятся? |
| 1272 |
– Никогда. Не тот человек Дамблдор, чтобы оставить старым семьям хоть какую-то возможность влиять на политику. Будь осторожен, сын, Дамблдор уже уничтожил множество семей тем, что стравливал их детей между собой. Не ведись, умоляю тебя. Хогвартс сейчас что-то вроде логова огромного акромантула. Затаись, не выделяйся. |
| 1273 |
– Хорошо, папа, – вздохнул Драко. Он не был уверен в том, что сумеет затаиться. Не с его характером. – Зачем я туда вообще иду? |
| 1274 |
– Одно из условий победителей, Драко, – отец с ненавистью выдохнул. – Как, по-твоему, нас контролировать? Вы заложники, сын. Всегда помни это. |
| 1275 |
Драко угрюмо кивнул. Вот тебе и нормальное детство в Хогвартсе. |
| 1276 |
Отец и сын немного помолчали. Наконец, Драко встряхнулся и сказал нарочито бодрым голосом: |
| 1277 |
– Сколько новостей за один-то вечер. А ведь я пришёл к тебе посоветоваться. Я сегодня в Косом переулке встретил своего ровесника, он тоже идёт в Хогвартс. |
| 1278 |
– И что? |
| 1279 |
– Папа, я ничего не понял. Давай, я тебе в думосборе его покажу, так будет быстрее. |
| 1280 |
– Хорошо, – Люциус поднялся с кресла и подошёл к массивной каменной чаше, установленной на постаменте в углу кабинета. |
| 1281 |
Драко вылил воспоминания из вычурного хрустального флакончика, и Малфои склонились над клубящимся в чаще туманом. |
| 1282 |
|
| 1283 |
– Видишь, папа? – удручённо спросил Драко. – Как идиот себя повёл, даже имени не спросил. Надо завтра в справочниках покопаться, что за артефакт такой? Тут не видно, но от него жутью какой-то веет. Реально страшная штука, откуда она у грязнокровки? |
| 1284 |
Люциус помолчал, потёр виски, а потом сказал устало: |
| 1285 |
– Как же я про него забыл? Вот идиот. Это Гарри Поттер, Драко. Собственной геройской персоной. |
| 1286 |
Драко вытаращил глаза и сел мимо кресла. |
| 1287 |
Первое сентября близилось с пугающей скоростью, и Вернон Дурсль совсем закрутился. Казалось, за десять лет подготовки к поездке Гарри в Хогвартс ничего не сделано, столько ещё нужно было успеть за неполный месяц. |
| 1288 |
Первое. Деньги для Дадли. Если Гарри по каким-то причинам не вернётся на каникулы, Вернон сядет в тюрьму. Дурсль суеверно старался не думать об этих причинах, нечего приманивать беду и рвать себе душу. Легенда с медицинским колледжем, стоившая немало нервов и денег, не выдержит серьёзной проверки. Большинство бумаг липовые, только чтобы замазать глаза Крофтону и попечительскому совету. |
| 1289 |
Если несчастье случится, Туни и Даддерс не должны нуждаться. Вернон передал деньги Мардж, а та открыла счёт на имя Дадли в своём родном городке. Марджори присмотрит за сыном и женой, можно не сомневаться. Заодно Вернон побывал у нотариуса, переписал завещание и назначил Мардж своим душеприказчиком. |
| 1290 |
Второе. Усыновление Гарри со сменой фамилии. Разговор об этом Гарри завёл сам, спасибо Карлусу Поттеру. Крофтон был рад помочь, суд о признании Поттеров умершими уже был назначен на середину августа. Полиция с радостью избавлялась от безнадёжного дела, все более-менее романтичные дамы Литтл Уингинга обливались слезами умиления и называли Вернона «добрая душа». Дурсль же надеялся сменой фамилии сбить с толку магов и их сов, если Гарри в Хогвартсе будет грозить опасность и настанет нужда прятаться в Европе. Там фамилию придётся сменить ещё раз, но что значит фамилия в сравнении с жизнью? |
| 1291 |
Третье. Деньги для Гарри. Сейф Джеймса Поттера с пятью тысячами галлеонов – пшик. Ключ от этого сейфа находился у человека, в чьих добрых намерениях Дурсль серьёзно сомневался. Мальчик должен иметь собственные средства, хотя бы небольшие. При посещении «скучного» банка Вернон открыл на имя Гарольда Дурсля новенький сейф в Гринготтсе и положил туда три тысячи галлеонов. На первое время хватит, потом будет видно. |
| 1292 |
Четвёртое. Письмо Снейпу. Дурсль сочинял его две ночи под жалостливо-неодобрительные вздохи Петунии. Он хотел было послать обычное письмо, напечатанное на бумаге, но сова не поняла, что от неё хотят. Поэтому ещё один вечер ушёл на переписывание письма на пергамент. Перьевыми ручками Вернон не пользовался с раннего детства и уже думать забыл про собственные прописи с кляксами и мерные команды учительницы миссис Уинтроп: «Нажим, волосок, нажим, волосо-о-ок!» Пришлось вспомнить. И тут же пожалеть о промокашках, маги, оказывается, вместо промокательной бумаги пользовались песком. Ругать магов ретроградами он остерёгся – история с совой показала, что пергамент и чернила неочевидно, но крепко связаны с магией. И точно, стоило запечатать переписанное письмо в пергаментный конверт, как на нём тут же появился адрес Снейпа, и сова покорно подставила лапу. |
| 1293 |
– Коукворт, Паучий тупик, – прочитала адрес Петуния и ахнула: – Это же дом его родителей! Жуткие трущобы, Вернон, порядочный человек там жить не станет. Не совершаем ли мы ошибку? |
| 1294 |
– Если Снейп стал алкоголиком, как его отец, то Гарри это не повредит, – ответил Дурсль. – Лишь бы он хоть что-нибудь рассказал о Хогвартсе и волшебном мире. |
| 1295 |
Петуния недовольно поджала губы, но спорить не стала. |
| 1296 |
Сириусу Блэку Вернон писать не рискнул, поверил покойному Карлусу Поттеру. Если для Блэков компромиссов не существует, то это письмо только навредит Гарри. |
| 1297 |
Пятое. Изучение содержимого сундука Гарри. Дурсли так и не поняли, как устроено магическое обучение. Судя по купленным учебникам, общеобразовательных предметов в Хогвартсе не существовало, что повергло Петунию в шок. Она разразилась целой речью о долге всякого культурного человека знать литературу и историю родной страны и велела Гарри изучать их самостоятельно. Гарри покорно кивал, а Дадли веселился и предлагал переселить в Хогвартс школьный театральный кружок во главе с миссис Митчелл – окультурить всех магов скопом, чтобы никому не было обидно. |
| 1298 |
Вернон был согласен с Дадли: Гарри уходил в другой мир, тут не до родной культуры. Потому самостоятельно надо изучать математику, она пригодится где угодно, хоть на Марсе. |
| 1299 |
Шестое. Для разведки следовало ещё раз посетить Косой переулок под предлогом «колдографирования» у портнихи. Только отправить с Гарри нужно не чокнутого великана, а неглупого взрослого человека. Этим человеком Вернон, естественно, полагал себя, но у Петунии было другое мнение: |
| 1300 |
– С Гарри пойду я! Я там уже была, Вернон, со мной ничего не случилось. А ты нужнее здесь. И не спорь! |
| 1301 |
Поразмыслив, Вернон согласился с Петунией. Наивные, а то и глупые вопросы гораздо уместнее выслушать от женщины – с них, как известно, спрос меньше. А глупых вопросов к какому-нибудь незаинтересованному жителю магического мира накопилась целая гора. На семейном совете определили день, и Гарри кое-как накарябал письмо «дорогой миссис Малкин» с просьбой о встрече. Ответ пришёл меньше, чем через два часа: мадам Малкин витиевато благодарила «любезного Гарри» за оказанное внимание и освобождала для него одного целый день. |
| 1302 |
И седьмое. Нужно было раз и навсегда прояснить вопрос с «кровной защитой», который не давал Вернону покоя вот уже десять лет. Опасность для семьи была велика, стоило подстраховаться. Через «скучный» банк Вернон передал для гоблинов заказ на магическое обследование своего жилища. Стоило это дорого, но не дороже жизни. Направить специалиста пообещали ближе к сентябрю, и Вернон запланировал на этот день отправить Петунию с детьми в Лондон. |
| 1303 |
В общем, дел у всей семьи было невпроворот, но Вернон неизменно старался находить время на беседы с мальчиками, потому что ясно видел их нервозность от предстоящей разлуки с родителями и друг с другом, а ещё явственный страх перед неизвестным будущим. |
| 1304 |
В один из вечеров, когда Марджори осталась погостить на пару дней, Вернон завёл разговор о письме Карлуса Поттера. Гарри, как Дурсль заметил, старался избегать любого упоминания о своём покойном деде. Значит, проблема существовала и требовала разрешения. |
| 1305 |
Он не стал начинать издалека: |
| 1306 |
– Гарри, мне показалось, что ты в обиде на своего деда. |
| 1307 |
– Ну, – угрюмо буркнул Гарри, – есть за что. |
| 1308 |
– И за что же? – спросил Вернон. |
| 1309 |
Гарри засопел и уткнулся в книжку, Мардж якобы равнодушно пила чай, а Петуния и Дадли укоризненно уставились на главу семейства. Вернон терпеливо ждал ответа. |
| 1310 |
|
| 1311 |
– Он выбросил меня из семьи, – наконец сказал Гарри. |
| 1312 |
– Ночью, в непогоду, раненого и без документов? |
| 1313 |
– Н-нет, – неуверенно ответил Гарри. |
| 1314 |
– Не буду тебя мучить, – сказал Дурсль, в излюбленном жесте складывая руки на животе, – расскажу, как я это всё вижу, а ты меня поправишь. В юности взгляды на мир свежее, я мог что-то упустить, ты согласен? |
| 1315 |
Гарри и Дадли хором хмыкнули. На их памяти цепкий и организованный ум дяди ещё ничего не упускал, и свежесть взгляда тут была ни при чём. Гарри чуть улыбнулся и сказал: |
| 1316 |
– Согласен, дядя. |
| 1317 |
– Письмо писал умный и добрый человек, Гарри, находящийся в крайне угнетённом состоянии духа. Мне показалось, что твой дед долго терпел и надеялся, прежде чем совершить этот шаг. Письмо написано для ребёнка, выросшего в магическом мире и знающего его обычаи. То есть, твой дед даже мысли не допускал, что ты можешь очутиться у нас, – Дурсль вздохнул и продолжил: – Предположительно, какие-то родственники или друзья у младших Поттеров были. Ещё мне показалось, что твой дед был заранее уверен в твоей неприязни и заранее же с ней смирился. Подумай сам, в письме он не оправдывался и ничего не объяснял, будто чувствовал, что бесполезно. Значит, полагал, что твой отец не найдет для него доброго слова, рассказывая тебе о родичах. |
| 1318 |
Гарри задумался. У него не было дядиного опыта, но имелись в жизни несколько случаев, когда он чувствовал себя одиноким и покинутым. Да, очень похоже, что писавший письмо человек тоже чувствовал себя никому не нужным. |
| 1319 |
– Твой дед написал письмо не малышу, а взрослому мальчику, идущему в среднюю школу, – продолжил Вернон. – Он знал, что в это время дети начинают критически относиться к родительским словам и поступкам. Это нормально. Было время, когда я сам считал своего отца недалёким и трусоватым типом, боящимся заглянуть дальше собственного носа. В это время всякая семейная защита будто ослабевает, и ребёнок очень подвержен влиянию извне. |
| 1320 |
– А теперь ты так не считаешь? – спросил Дадли серьёзно. – Ну, будто дед был трусом? |
| 1321 |
– Обзаведясь собственными детьми, я понял, что мой отец был мудрым и терпеливым человеком, трезво оценивающим свои возможности, – усмехнулся Вернон. – Я много раз мысленно повинился перед ним за все свои дурные мысли и неприятные слова. Когда отвечаешь не только за себя, лихость и нетерпимость куда-то деваются, поверь. Все герои и злодеи – одиночки. Разве в твоих комиксах кто-то из этих парней обременён семьёй? |
| 1322 |
– А военные или полицейские? – спросил Гарри. – У них есть дети. |
| 1323 |
– О природе героизма поговорим в другой раз, – сказал Дурсль неторопливо, – вижу, что есть необходимость. А покуда вернёмся к твоему деду. Он сделал тебе королевский подарок. |
| 1324 |
– Обучение и дом, – кивнул головой Гарри. – Я благодарен, дядя, честное слово, но мне не это было нужно. |
| 1325 |
Гарри вообще не понимал, зачем ворошить эту историю. Всё в порядке, он скоро станет Дурслем, раз уж его не захотели видеть Поттером. Все должны быть довольны, а больше всех – бескомпромиссная бабка Дорея. Кстати, жива ли она? |
| 1326 |
А дядя Вернон меж тем продолжал: |
| 1327 |
– Так вот, Карлус Поттер дал тебе шанс изменить свою жизнь, весьма незавидную, как он полагал. А уж воспользуешься ли ты этим шансом – тебе решать. |
| 1328 |
– Почему это незавидную? – обиделся Гарри. – Подумаешь, моя мама из магловского мира. Тиран какой-то! |
| 1329 |
– Гарри, я очень люблю своего Злыдня, – внезапно сказала тётя Мардж. – Просто обожаю. Но если он, кобель блудливый, огуляет беспородную сучку, я уничтожу этот помёт без жалости. Я тоже тиран во всём, что касается чистоты породы. |
| 1330 |
|
| 1331 |
Гарри оторопел. Нет, он знал, что такое селекция, а уж про «стандарт породы» тётя Мардж все уши прожужжала. Но он же человек! |
| 1332 |
– Тётя, по-моему, это перебор, – Дадли придержал Гарри, собравшегося выскочить из-за стола и убежать в спальню. |
| 1333 |
– Отчего же? – Мардж внимательно посмотрела на мальчиков. – Не всё на свете делается ради нашего удовольствия, дети. Если в том мире имеется такой закон, его нужно понимать, чтобы не попасть в беду. |
| 1334 |
– Это бесчеловечно, – дрожащим голосом сказал Гарри. |
| 1335 |
– Никто не спорит, – сказал Вернон, – но такая вероятность есть. Недаром твой дед так сокрушался о том, что ты полукровка. |
| 1336 |
– Смесок, – добавила тётя Мардж, и Гарри всё-таки заплакал. – Забавное, но абсолютно бесполезное создание. Чересчур нежное для дворняги, слишком уродливое для породистого животного. |
| 1337 |
– С ума вы сошли, что ли? – гневно спросила тётя Петуния и обняла Гарри. – Не слушай их, солнышко, ерунду городят на пустом месте. |
| 1338 |
Гарри плакал в объятиях тётки и понимал, что Дурсли безошибочно попали в самое больное. В то, в чём он сам себе боялся признаться: дед стыдился его. Да, пожалел и щедро одарил, но не захотел видеть среди своих потомков. |
| 1339 |
– Гарри, – донёсся грустный голос дяди, – может, всё-таки бежим, пока не поздно? Я не могу переделать магический мир, а он, судя по письму старшего Поттера, довольно неуютное местечко. |
| 1340 |
И тут Гарри ужасно разозлился. Чувство было незнакомое и слегка пугающее, приступы ярости больше были свойственны Дадли, а не ему, тихому примерному мальчику. |
| 1341 |
– Да какого чёрта! – крикнул он. – Кому какое дело? Пусть полукровка! Я – это я, и мне нет дела до дурацких обычаев дурацкого мира. Обучусь магии и уйду оттуда, и пускай провалятся со своей чистотой породы! |
| 1342 |
– Плохо, – сказал Вернон. – Этого я и боялся. Туни, дом нужно продавать срочно. Мардж, возьмёшь мальчиков к себе, пока мы разберёмся с делами. |
| 1343 |
– Но почему? – воскликнул Гарри, всё ещё яростно сжимая кулаки. |
| 1344 |
– Потому что с таким настроем у магов ты не выживешь. А мы тебя любим и не хотим потерять, вот почему. |
| 1345 |
– Провокаторы, – недобро процедил Дадли. – Папа, так нельзя. Удивительно, что ничего не взорвалось и не загорелось. Поттер, не ной! |
| 1346 |
– Я не ною, – всхлипнул Гарри. – А не взрывается ничего, потому что я большой уже. |
| 1347 |
– Гарри, послушай меня внимательно, – Вернон поморщился от неприятного покалывания в левой стороне груди. – Если верить письму, маги живут так, как жили наши предки: большими семьями, где абсолютная власть патриарха – суровая реальность, а не красивый обычай. Мало того, цель существования такой семьи – накопление магии. Мы с Мардж подумали и решили, что это не что иное, как закрепление наследственных признаков. Иначе никакого смысла во всех этих страстях нет. |
| 1348 |
Дурсль помолчал и продолжил чуть тише: |
| 1349 |
– И в нашем мире мы, нормальные родители, живём для того, чтобы дети были лучше нас. Не жили лучше, а были лучше: умнее, красивее, сильнее, здоровее, спортивнее. Чтобы знали и умели то, чего не знаем и не умеем мы. |
| 1350 |
– Выходит, я недоделанный, – Гарри снял очки и рукавом утёр слёзы, – и должен с этим смириться, так? |
| 1351 |
– Ты не должен реагировать на насмешки, Гарри, – Вернон осторожно повёл онемевшим плечом. – Тебя будут провоцировать, причём как противники твоего отца, так и его сторонники. Эта твоя популярность будет очень мешать. От героев ждут чего-нибудь героического каждую минуту. Отбивайся руками и ногами от всякого поклонения. Только вежливо. |
| 1352 |
Дадли заржал в голос: |
| 1353 |
– Вежливый герой дерётся с поклонниками! Па, ну ты скажешь! Поттер, слушай внимательно. Меньше всего претензий к кому? |
| 1354 |
Дадли гордо оглядел заинтригованных родственников и сам себе ответил: |
| 1355 |
– К идиотам. |
| 1356 |
Тётя Мардж фыркнула. |
| 1357 |
– Прикидываешься дурачком, и нет проблем, – с воодушевлением продолжал Дадли. – Тем более, в первый год учёбы тебе и прикидываться не надо будет, всё равно ничего не знаешь и не понимаешь. |
| 1358 |
– Какие тайны открываются, – грустно сказала тётя Петуния. – Дидди, твоё мычание в кабинете директора после каждой драки означало… |
| 1359 |
– Именно! – кивнул Дадли. – Умного давно бы из школы выперли. А если дурак, то взять с него нечего, и маму его жалко. |
| 1360 |
Вернон тяжело вздохнул. Хорошо, что Даддерс не волшебник, а то был бы у безымянного экстремиста достойный конкурент или, не дай господь, помощник. Плохо то, что и в обычном мире для ребят, похожих на Дадли, всегда имелась подходящая заварушка. |
| 1361 |
Помнится, в детстве Вернон мечтал быть таким, как Дадли. Толстый и неуклюжий сердечник, страдающий от насмешек, чересчур самолюбивый и умный, он яростно желал каким-нибудь чудесным способом стать сильным и здоровым и показать «им всем» небо в горошек. |
| 1362 |
Пришло время, сын исполнил мечты отца. Счастлив ли ты, Вернон? Дурсль поморщился и потёр левую сторону груди. Бойся своих мечтаний. Господь милосердный, за что караешь? |
| 1363 |
И какие мечты придурка Джеймса Поттера рождён был исполнить его несчастный сын? |
| 1364 |
*** |
| 1365 |
Драко первый раз в своей жизни мучился бессонницей. Повод имелся. |
| 1366 |
Драко обманул отца. |
| 1367 |
Неважно, что папа был полумёртвым от тяжелых разговоров на протяжении всего дня – с крёстным, с мамой, с самим Драко и Мерлин знает, с кем ещё. Неважно, что ему пришлось наскоро собирать свою душу из осколков. Неважно, что трезвящее зелье сильно бьёт даже по завидному метаболизму чистокровного мага. |
| 1368 |
Важно то, что Драко был единственным человеком, которому отец полностью доверял. Он зажмурился от стыда и ткнул кулаком ни в чём не повинную подушку. Будь вместо Драко кто другой, папа моментально заметил бы оговорку. |
| 1369 |
Тогда, возле думосбора, Люциус побледнел до какого-то зеленоватого оттенка и прошипел почти как Снейп: |
| 1370 |
– Только не говори, что этот тип тебе понравился. |
| 1371 |
Драко благоразумно изобразил крайнюю степень недоумения: |
| 1372 |
– Несуразный мальчишка, папа, ни на кого не похож. Артефакт видел? Вот бы узнать, что это за штука, и забрать её себе! |
| 1373 |
Люциус чуть расслабился, и Драко принялся дожимать: |
| 1374 |
– Завтра полезу в каталоги. Невероятное воздействие, папа! Я еле-еле рядом устоял. Веришь, захотелось побежать куда глаза глядят. |
| 1375 |
– Можешь не лезть ни в какие каталоги, – отца, слава Мерлину, отпустило. – В Британии таких вещей не делали. Эти черепа... Или кровные маги, или… |
| 1376 |
Папа замолчал и потёр виски. Драко замер. |
| 1377 |
– Да что я несу? Какие кровные маги? Драко, обещай мне, что ты не будешь охотиться за этим артефактом. Ни при каких обстоятельствах. |
| 1378 |
Драко вовсе не артефакт интересовал, поэтому он с чистым сердцем поклялся. Отец рухнул в кресло и нехотя выдавил: |
| 1379 |
– Европейская работа. Прокляни меня Моргана, явно времён «Summis desiderantes affectibus».(1) |
| 1380 |
Драко не удержался и восторженно взвизгнул. Люциус схватился за голову и застонал: |
| 1381 |
– Сын, помни, ты обещал. Очень вероятно, что делал и заклинал эту гадость некромант. Судя по тому, что она всё ещё действует, маг был уровня Тёмного лорда. |
| 1382 |
Драко вновь припомнил свои ощущения. Гадостные, надо сказать. Как будто на тебя угрожающе скалится неведомая тварь из Запретного леса, отгоняя от логова. |
| 1383 |
«Не от логова, а от хозяина, – внезапно дошло до Драко. – Так вот как они защищались!» |
| 1384 |
|
| 1385 |
Драко, как и любой чистокровный мальчишка его возраста, живо интересовался тем немногим, что было известно о некромантах. |
| 1386 |
Некромантия заслуженно считалась областью магии, от которой следовало держаться подальше даже самым тёмным магам. Рождались некроманты очень редко, гораздо реже прочих магов, жили не слишком долго, но почти всегда успевали наворотить немало дел. Гибли они, зачастую, во цвете лет и, по большей части, насильственной смертью. |
| 1387 |
В чём-то некроманты были сродни стихийникам – их мощь почти целиком зависела от врождённых способностей. Дарованную этим страшным магам силу почти невозможно было развить тренировками, их способности сами собой раскрывались по мере взросления. Однако если способности к природной магии иногда передавались по наследству, и мощь стихии могла накапливаться от поколения к поколению, как у тех же Ноттов, то рождение некроманта всегда было сюрпризом для несчастной семьи новорожденного. |
| 1388 |
Некромант мог быть первенцем уважаемой светлой семьи, мог быть бастардом тёмного мага, зачатым по кровному обряду, а мог – восьмым ребёнком двух грязнокровок, поженившихся церковным браком. |
| 1389 |
Именем последнего, кстати, в Германии и Чехии маги до сих пор пугали своих детей. Теодорих Силезский, живший в пятнадцатом веке, умыл кровью половину магической Европы, разнёс в хлам немалое количество фамильных замков своих недругов и бесследно сгинул в возрасте восьмидесяти лет. Тайна его исчезновения так и не была раскрыта и породила несколько жутких легенд о Рыцаре Смерти. На Острове эти истории не были так популярны, как в Европе, но почти все чистокровные их знали. |
| 1390 |
В Британии со времён Основателей родилось всего двенадцать некромантов, против восьмидесяти трёх европейских. Достопочтенный Фламель утверждал, будто некромант рождается в ответ на всякое притеснение магии, а в Англии, где инквизиция никогда не была такой свирепой и нетерпимой как в Европе, в них не было большой нужды. Версия была романтичной, но, по мнению многих, чьи предки сталкивались с «защитниками магии», абсолютно бредовой. |
| 1391 |
Некросам было глубоко безразлично, кто без спросу сунул нос в их таинственные и тошнотворные дела: маг или магл – убивали всех без разбора. Все некромантские войны, после которых уцелевшие маги отстраивали разорённые дома и на могилах родичей клялись удушить следующее исчадье мрака в колыбели, начинались с мести за погибших. |
| 1392 |
Последний из некромантов родился как раз в Британии и умер ещё пару веков назад совсем молодым при невыясненных обстоятельствах. Жутких деяний за ним не числилось, но никто по нему особо не скорбел. Как выразился папа Винса, мистер Крэбб: «Просто, сволочь, не успел развернуться». |
| 1393 |
Больше некросов не рождалось, к большому облегчению старых родов. Но по прошествии этих лет появилась другая проблема – мода на некромантов. |
| 1394 |
Дурацкое благоговение экзальтированных личностей перед всем жутким и таинственным породило особый сорт тёмной магии. Уцелевшие труды и артефакты некромантов эти личности пытались приспособить в «благих целях». Они воссоздавали чары, переделывали амулеты, перекраивали ритуалы под свою специализацию. Чаще всего это было бесполезной, хотя и опасной вознёй, а иногда «благие цели» оборачивались настоящей катастрофой. |
| 1395 |
Так, ещё до Первой магической войны пол-Испании два года ловило безумного лича, поднятого одним умником. Умник хотел добрать у внезапно почившего учителя ещё немного мудрости, а в результате пресеклось несколько магических родов и погибло бессчётное количество маглов. |
| 1396 |
В Британии один из Блэков додумался «лечить» сына-оборотня некроритуалом на крови и в результате получил немыслимо сильное и кровожадное чудовище. За неполный год, пока тварь пряталась в Запретном лесу, она сожрала полсотни магов. Маглами бывший Блэк, похоже, брезговал. В финальной битве с тварью полегли шестеро неслабых боевых магов, а Блэки едва не разорились, выплачивая виру за кровь пострадавшим семействам. |
| 1397 |
Даже Дамблдор попался на эту удочку. Вместе с Гриндевальдом они обшарили всю Европу в поисках Даров Смерти, попутно интересуясь прочими уцелевшими до нынешних времён некромагическими штучками. Странное хобби, по мнению Люциуса Малфоя, для Великого светлого мага. |
| 1398 |
Дарам Смерти, кстати, некромантское происхождение не приписывали, но старший Малфой был убеждён в том, что Певереллы получили Дары вовсе не от самой Смерти, а от одного из её верных слуг. |
| 1399 |
В пользу этой версии говорило то, что все Дары были достаточно безобидными и очень походили на прочие изделия некромантов «на продажу»: ритуальные ножи, резавшие всё на свете, защитные камни, по полтысячелетия нагонявшие слепой нерассуждающий ужас на всякого мимопроходящего, или зачарованные холсты для портретов, позволявшие сохранить все черты личности почившего мага без малейшего искажения. |
| 1400 |
Один такой портрет висел и у Малфоев. Он снился в страшных снах всем наследникам рода без исключения. Изображённый там Николас Малфой обучал своих «беспутных» потомков классической латыни и, в процессе, скабрезным ругательствам на старофранцузском. Гадкий тип, другие предки, изображённые на обычных холстах, вели себя намного пристойнее. |
| 1401 |
Малфои всегда были ярыми противниками опасной моды на «мирную некромантию». Люциус объяснил Драко, что некроманты тоже были своего рода стихийными магами. |
| 1402 |
– Пойми, сын, – сказал он, – для обычных заклинаний мы пользуемся палочками, как все. Воздух же повинуется нам просто так, на чистой силе, без палочки и заклятий. Мой способ заворачивать смерч тебе не годится, ты будешь делать это по-своему. Обучать стихийной магии так же глупо, как учить утку плавать. Некросы колдовали как мы, интуитивно, каждый в своей манере. Книги были написаны только для одного человека – её автора. Ни для кого другого схемы ритуалов и чертежи артефактов не годились в принципе. Амулет, сделанный некросом для себя, делался им для себя и ни для кого больше. |
| 1403 |
– Пап, а откуда ты это знаешь? – спросил немало удивлённый Драко. – Я ни в одной книге не встречал подобного объяснения. |
| 1404 |
– Знаю, – буркнул Люциус устало. – Да и сколько ты их успел прочитать, тех книг? Умник. |
| 1405 |
Драко немного надулся. Для своих ровесников он был весьма подкованным парнем, папа мог бы и похвалить. |
| 1406 |
– Я к чему это веду, – продолжил Люциус. – Похоже, Дамблдор не оставил своих дурацких идей подчинить Смерть. Он, идиот, нацепил на своего воспитанника амулет, сделанный древним некромантом для себя. В общем, Драко, держись подальше от нашего героя и от его хозяина, они неадекватные. |
| 1407 |
– Герой вроде бы ничего. Только одет как чучело, – неосторожно сказал Драко и немедленно об этом пожалел. |
| 1408 |
– Драко Абраксас Малфой! – рявкнул отец с мамиными интонациями, и у Драко зачесался затылок. – Думай головой! Дамблдор добился того, что Джеймс Поттер пошёл против рода. Наследник уважаемой семьи превратился Мерлин знает во что. В мародёра! И это при живых родителях. Что старый негодяй сотворил из сироты-полукровки, боюсь даже представить. Нет никакой гарантии, что этим амулетом дело ограничилось и не было никакого «светлого некромагического» ритуала для общего, закусай его Моргана, блага. |
| 1409 |
Отец потянулся было к бутыли с огневиски, отдёрнул руку, помянул Мордреда и одним глотком допил остывший кофе. |
| 1410 |
– Он же у маглов воспитывался, – удивился Драко. |
| 1411 |
Отец скривился и постучал пальцем по лбу. Драко вздохнул. Точно, идиот. Какие маглы с таким опекуном? |
| 1412 |
И тут у Драко родилась та самая безумная идея, которая заставила его обмануть отца и теперь не давала спать. Если Дамблдор смог испортить Джеймса Поттера, то почему Малфой не сможет испортить Гарри Поттера? Тем более, к Дамблдору у Драко внезапно образовался счёт за шантаж крёстного. Вот бы сделать из мальчика-оборванца образцового наследника рода! То-то Дамблдор будет рад, хрен бородатый. |
| 1413 |
Ведь Драко не мог ошибиться, мальчишка, пожавший ему руку, был очень хорошим. Не зря Драко сразу проникся к нему симпатией. |
| 1414 |
– Драко, – сказал отец твёрдо. – Клянись! |
| 1415 |
– Чем? – опасливо спросил Драко. – И зачем? |
| 1416 |
– Затем, чтобы ты не задирался к Поттеру ни по какому поводу, – Люциус устало прикрыл глаза и тяжело вздохнул. – И вообще не обращал внимания на гриффиндорцев. |
| 1417 |
Драко подумал и решил рискнуть: |
| 1418 |
– Клянусь не задираться к Поттеру! Па, а кроме Поттера и Уизелов, на Гриффиндоре кто-нибудь ещё учиться будет? |
| 1419 |
Отец озадаченно взглянул на Драко: |
| 1420 |
– Разумеется. А что? |
| 1421 |
– Давай повременим со следующей клятвой, – улыбнулся Драко. – А то как-то некрасиво выходит по отношению ко всему львиному дому. |
| 1422 |
Люциус засмеялся и потрепал Драко по голове. Насмерть уставший папа не догадался взять с сына клятву совсем не общаться с Поттером. |
| 1423 |
И теперь Драко было стыдно. |
| 1424 |
Но он ни о чём не жалел. |
| 1425 |
Миссис Малкин была настолько добра, что встретила Гарри и Петунию в «Дырявом котле». Она широко улыбнулась, здороваясь, и тут же виновато запричитала: |
| 1426 |
– Гарри, простите меня, ради Мерлина, но этот бессовестный колдограф всего полчаса назад известил, что задержится и прибудет после обеда. Я уже не успевала послать вам сову. |
| 1427 |
– Знакомьтесь, миссис Малкин. Это моя тётя, Петуния Дурсль, – сказал Гарри, – она заменила мне маму. |
| 1428 |
|
| 1429 |
– Очень приятно, – вновь улыбнулась миссис Малкин. – Для вас просто Оливия, дорогая. |
| 1430 |
– Взаимно, – чуть смутилась Петуния. – Нам прийти попозже? |
| 1431 |
– Ни в коем случае! – решительно сказала миссис Малкин. – Если вы не слишком заняты, мне было бы лестно принимать вас у себя. |
| 1432 |
Через полчаса миссис Малкин уже угощала своих гостей чаем и какими-то необыкновенными, очень вкусными сладостями. Жила миссис Малкин, оказывается, на втором этаже собственного ателье. «Шумно и неуютно, дорогая, но деваться некуда – бизнес! А мне так не хватает милого садика с цветником за окнами». |
| 1433 |
Как Гарри и надеялся, обе женщины понравились друг другу и быстро нашли общий язык. Тётя перестала стесняться и нервничать, даже сахарница с молочником, порхавшие над столом, совершенно её не смущали. |
| 1434 |
– Вообразите, дорогая Петуния, как я была потрясена, – миссис Малкин увлечённо рассказывала тёте историю визита Гарри в её магазин. – Я полночи не могла уснуть! |
| 1435 |
– Неужели Гарри настолько знаменит? |
| 1436 |
– О, весьма и весьма! Но как получилось, что вы воспитаны у маглов, Гарри? Простите, Петуния, я не имела в виду ничего дурного, клянусь вам. |
| 1437 |
– Так сложились обстоятельства, Оливия, – вздохнула тётя. – Большего, к сожалению, мы не можем вам сказать. |
| 1438 |
|
| 1439 |
Миссис Малкин многозначительно покивала головой: |
| 1440 |
– И верно, не моё это дело. Но вы не волнуйтесь, милая, Хогвартс – самое безопасное место в мире. |
| 1441 |
Гарри в разговоре почти не участвовал, он наслаждался пятым пирожным – нежнейший бисквит с кусочками шоколада и чудесный крем, плотный и воздушный одновременно. Жизнь рядом с суровым спортсменом Дадли приучила Поттера, редкого сластёну, довольствоваться горьким шоколадом и, изредка, тётиной выпечкой. Теперь Гарри отводил душу и сам себе клялся перепробовать все волшебные сладости, какие только есть в магической Британии. |
| 1442 |
Миссис Малкин между тем принялась показывать Петунии одежду, пошитую для Гарри. |
| 1443 |
– Мало кто в магической Британии знает толк в моде, Петуния. По пальцам можно пересчитать магов, следящих за своим внешним видом, – миссис Малкин сердито нахмурилась. – Носят наряды прадедовских времён, лишь бы чары сохранились. |
| 1444 |
– Какие чары? – спросила тётя. |
| 1445 |
– Ах, милая, самые разнообразные. Защитные, в основном. Ткань не самая лучшая основа для чар, поэтому на одежду частенько нашивают золотые пуговицы или драгоценные камни. У кого они есть, разумеется. А ведь можно значительно удешевить зачарованную одежду и защитить даже маглорождённых, – миссис Малкин взмахом палочки распаковала один из свёртков. – Взгляните, Петуния. Обычное сукно, не слишком дорогое, в него уже вплетены чары разглаживания и грязеотталкивания. Хватит на год бережного ношения, хотя чары починки оно тоже хорошо переносит. |
| 1446 |
Портниха продемонстрировала тёте одеяние странного кроя – длинный плащ-не-плащ без застёжки с широкими рукавами и капюшоном. |
| 1447 |
– Примерьте-ка, Гарри, – миссис Малкин присела на диванчик рядом с Петунией. – Вот, милая, так выглядит обычная школьная мантия. Но, обратите внимание, мы украсили вещь вышивкой из посеребрённой и золочёной нитей – канители. |
| 1448 |
Гарри присмотрелся. Точно, ткань была прошита тончайшими блестящими нитями, отчего чёрное сукно стало очень нарядным. Обшлага рукавов, край капюшона и полы мантии были вышиты затейливым узором. |
| 1449 |
– Такие нити держат чары почти так же хорошо, как настоящее золото или серебро. Только они намного легче и несравнимо дешевле, поэтому такая мантия лишь немного дороже обычной. |
| 1450 |
– Ткань натуральная? – встревожилась Петуния. – У Гарри непереносимость синтетических тканей. |
| 1451 |
– Каких? – изумилась миссис Малкин. |
| 1452 |
Петуния как могла объяснила. |
| 1453 |
– Мерлин великий, кто бы знал, что маглы додумались до такого! – миссис Малкин всплеснула руками. – Промышленная трансфигурация, надо же. Выходит, Дамблдор прав, и нам есть чему у вас поучиться. Но вы не беспокойтесь, дорогая, у магов всё просто: овцы, прялки и ткацкие станки. Меня, честно сказать, смутил прошлый наряд Гарри. |
| 1454 |
Гарри с Петунией тоже смутились. |
| 1455 |
– Это одежда для работы по дому, – краснея, объяснила Петуния. – Визит Хагрида застал нас врасплох, мы не были к нему готовы. Но Гарри почти всегда носит джинсы и футболки, это единственное, что делают из хлопка по приемлемой цене. Всё остальное, от сорочек до костюмов – настоящее разорение для семей со средним достатком. |
| 1456 |
– О, так я могу изготовить для Гарри целый гардероб! – обрадовалась портниха. – Приступим немедленно, до визита колдографа! |
| 1457 |
– Дорогая Оливия, – Петуния попыталась остановить миссис Малкин, – не стоит, прошу вас. Мы вовсе не хотим быть для вас обузой. |
| 1458 |
– Милая, мою одежду будет рекомендовать сам Гарри Поттер, герой магической Англии! Это я вас бессовестно использую, простите меня. Но мне так хочется шить что-то новое, красивое и необычное. Маги же консервативны до мозга костей. Если нас, фигурально выражаясь, хорошенько не пнуть, ничего не выйдет. Это просто не будут покупать. Только надо будет снять ваши очки, Гарри, нельзя прятать такие глаза. |
| 1459 |
– Я без них почти ничего не вижу, миссис Малкин, – улыбнулся Гарри. – Вам придётся подсказывать мне, что и как делать. |
| 1460 |
|
| 1461 |
– Так это не артефакт? – удивилась портниха. – Мерлин великий, но почему у вас плохое зрение? |
| 1462 |
Гарри молча ткнул пальцем шрам. Рассказывать о собственной дурости не хотелось. |
| 1463 |
– Ах да! – миссис Малкин задумалась. – Конечно, маглам такое не вылечить. Вам нужно в магическую больницу, и немедленно! Единственно, Петуния, вы не сможете сопровождать его, маглы плохо переносят камины. Но Гарри уже большой мальчик, я ему сейчас всё объясню, он справится сам. |
| 1464 |
– Погодите! – невежливо перебил Гарри миссис Малкин и спросил срывающимся от волнения голосом: – У магов есть больницы? И доктора? |
| 1465 |
– Конечно, – засмеялась миссис Малкин. – Куда без них? |
| 1466 |
Гарри едва не заорал от счастья – жизнь в магическом мире обрела смысл. |
| 1467 |
*** |
| 1468 |
Путешествие по камину было занятным, Поттеру понравилось. Тот, кто выдумал каминную сеть, тоже любил карусели. Жаль, что длилось развлечение всего несколько секунд. Гарри ловко приземлился на ноги, вышел из камина и смахнул хлопья сажи с рукава новёхонькой зелёной мантии. |
| 1469 |
Просторный холл, залитый солнцем, был пуст. За столом с табличкой «Справка» скучала полная белокурая женщина. Гарри подавил приступ внезапной робости и подошёл к ней. |
| 1470 |
– Простите, мэм, – пробормотал он. – Мне нужен целитель Сметвик. Как его найти? |
| 1471 |
Миссис Малкин утверждала, что Сметвик – лучший из целителей, и только он «достоин лечить самого Гарри Поттера». Гарри вовсе не был уверен в исключительности своего случая, но других магов-докторов он всё равно не знал. |
| 1472 |
– Пятый этаж, малыш. По лестнице и направо по коридору. Сам доберёшься? |
| 1473 |
– Конечно, мэм, благодарю вас. |
| 1474 |
Гарри поднимался по лестнице медленно, стараясь всё рассмотреть. Людей было немного, похоже, маги болели редко. Целители носили мантии пронзительно-лимонного цвета, их было видно издалека. Значит, сообразил Гарри, у магов тоже имелось нечто вроде идеи «Красного креста». Иначе одежда врачей была бы неприметной, как полевая форма у военных. |
| 1475 |
Наконец Гарри поднялся на пятый этаж и потянул на себя дверь с табличкой «Недуги от заклятий». Короткий коридор с рядом одинаковых дверей заканчивался небольшим холлом. Там, между двумя диванчиками для посетителей, была ещё одна дверь, на которой значилось: «Гиппократ Сметвик. Главный целитель отделения». |
| 1476 |
Гарри тяжело вздохнул: сейчас точно придётся рассказывать о сделанной глупости, да не дяде Вернону, а лучшему в Британии целителю. Он потоптался перед дверью, набираясь храбрости, и собрался постучать. Однако дверь распахнулась сама собой, и Поттера буквально втащило в кабинет какой-то неведомой силой. |
| 1477 |
Здоровенный мужик, похожий на армейского сержанта из голливудских боевиков, ткнул в Гарри волшебной палочкой, отрывисто пролаял несколько фраз на латыни и перешёл на английский: |
| 1478 |
– Ага, жить будешь, в срочном лечении не нуждаешься. Тебе чего, пацан? |
| 1479 |
Гарри вытаращился на мужика. По всему выходило, это и был лучший британский целитель. Однако Гарри полагал, что даже у магов доктора выглядят слегка интеллигентнее, чем этот седеющий качок с квадратной челюстью и ростом в шесть с гаком футов. Лимонной мантии на нём не было, мужик щеголял в кожаных штанах и в белой рубахе с распахнутым воротом и закатанными рукавами. |
| 1480 |
– Иппи, прекрати пугать ребёнка, – раздался приятный мужской голос позади Гарри. – Что случилось, мальчик? |
| 1481 |
Поттер обернулся и увидел парня, сидящего в кресле для посетителей у двери. На парне яркая мантия была, значит, целитель. И кто из них Сметвик? |
| 1482 |
– П-простите, – выдавил Гарри, – мне нужен мистер Сметвик. |
| 1483 |
– Я и спрашиваю, – рыкнул качок, – на кой хрен я тебе нужен? |
| 1484 |
Гарри окончательно растерялся: |
| 1485 |
– Я плохо вижу и хотел бы вылечиться, но если вам некогда… |
| 1486 |
– Что случилось? – спросил Сметвик поспокойней. – Упал или облился чем-нибудь? |
| 1487 |
– Это давно, – Гарри покраснел, приготовившись рассказать о том, какой он был болван. |
| 1488 |
– Насколько давно? – Сметвик подошёл к Гарри, снял с него очки, взял за подбородок и стал всматриваться в глаза. |
| 1489 |
Гарри честно попытался не моргать: |
| 1490 |
– Немножко с детства, а потом я шрам начал сам лечить, ну и… |
| 1491 |
– Янус, иди-ка сюда, – сказал Сметвик парню. Голос у него стал озабоченным. – Ни жмыра не разберу. Где твои родители, шкет? В приёмном покое? |
| 1492 |
– Нигде, – Гарри беспомощно щурился, пытаясь разглядеть выражение лица Сметвика. – Я сирота. |
| 1493 |
– Посмотри сюда, малыш, – перед лицом Гарри появилась ухоженная тонкопалая рука, и он послушно перевёл взгляд на пальцы парня с приятным голосом. – Молодец. А теперь сюда. Вот так. И сюда. Почему ты раньше не пришёл? |
| 1494 |
– Я не знал, – пожал плечами Гарри, – что у магов есть врачи. |
| 1495 |
Парень сердито сказал: |
| 1496 |
– Мордред забери политиканов! Скольких детей эта война осиротила и покалечила! А где же ты был всё это время? |
| 1497 |
– Сколько лет прошло с ухудшения зрения? – спросил Сметвик. |
| 1498 |
– У родственников, они маглы. Больше двух лет, почти три, – ответил Гарри на все вопросы разом. – Только я сам виноват, честно. |
| 1499 |
– Так, пацан, сейчас перейдём в смотровую, держись, – Сметвик сгрёб Гарри в охапку и моментально переместился в просторную белую комнату с кушеткой и несколькими стеклянными шкафами. Раздался негромкий хлопок, и в комнате появился Янус. У него в руках были какие-то бумаги и штука, которую Гарри назвал бы хрустальным шаром. |
| 1500 |
– Ложись, – махнув рукой в сторону кушетки, Сметвик подошёл к столу и принялся копаться в лежащих там странных предметах. |
| 1501 |
Гарри неуверенно побрёл в сторону кушетки, кое-как улёгся и опять запаниковал. Очки остались в кабинете Сметвика, а без них Гарри не мог разглядеть, что целители делают. Янус большим ярко-жёлтым пятном маячил в дальнем углу кабинета, мурлыкал себе под нос какую-то незнакомую Гарри песенку и шуршал бумагами. От стола раздавалось позвякивание и негромкое бурчание Сметвика. |
| 1502 |
– Тики! – рявкнул вдруг Сметвик, и Гарри вздрогнул от неожиданности. – Куда ты мой вредноскоп засовал? |
| 1503 |
|
| 1504 |
– Не трогал я твою рухлядь, – недовольно сказал Янус, оказавшийся не только Янусом, но и Тики. Гарри не понял, имя это или прозвище. – Не ори, ты пугаешь ребёнка. |
| 1505 |
– Твою Моргану за ногу, единственный вредноскоп, откалиброванный на старые проклятия! Поубиваю всех к мантикорам, бездельники! Ага, вот он. |
| 1506 |
Янус громко вздохнул, а Гарри улыбнулся. Сметвик был чем-то похож на Дадли, тот тоже мог часами искать что-нибудь, находящееся у него прямо перед глазами, и непрерывно ругаться при этом. |
| 1507 |
– Ну что, малыш, приступим? – Янус подошёл к кушетке, поставил свой «хрустальный шар» на тумбу и потрепал Гарри по голове. – Расскажи, как и почему у тебя испортилось зрение. |
| 1508 |
– Для начала расскажи, как тебя зовут, шкет, и как звали твоих родителей, – перебил Януса Сметвик. – Слабенький, но полукровка, могло и фамильное что-нибудь затесаться. |
| 1509 |
Гарри вздохнул тяжко-тяжко и нехотя сказал: |
| 1510 |
– Меня зовут Гарри Поттер, а моих родителей звали Джеймс и Лили Поттеры. |
| 1511 |
Ответом ему было напряжённое молчание. |
| 1512 |
– Что? – занервничал Гарри и сощурился, вглядываясь в лица целителей. |
| 1513 |
Те молча переглянулись, затем громадная лапища Сметвика отвела со лба Гарри чёлку. |
| 1514 |
– Вот тебе и конец дежурства, – сказал Сметвик, вздохнув. – Кто тебя прислал ко мне, уважаемая надежда магического мира? |
| 1515 |
– Миссис Малкин, – честно сказал Гарри, пытаясь не разреветься. Вот же проклятая фамилия, одни неприятности от неё. |
| 1516 |
– Кто?! – изумился Сметвик. |
| 1517 |
– Мадам Малкин, портниха. У неё магазин в Косом переулке, она мантии шьёт для тех, кто идёт в Хогвартс, – объяснил Гарри. – Она сказала, что вы лучший в Британии целитель и обязательно поможете мне. А ещё научила пользоваться камином, чтобы сюда попасть. |
| 1518 |
– Портниха, – целитель потёр собственный лоб. – А, знаю! Курица одна, училась у барсуков, на пару курсов старше меня. Трепливая, не заткнуть. Кто она тебе? |
| 1519 |
– Говорю же, портниха, мантии мне сшила. Очень добрая женщина, а никакая не курица, – сердито ответил Гарри и с любопытством спросил: – А чему барсуки могут научить? Вы тоже у них учились? |
| 1520 |
Янус отмер и захихикал, а Сметвик почему-то рассердился: |
| 1521 |
– Ты дурака-то не валяй! Я учился в змеином доме, а потому, пацан, рассказывай всё как есть, не то я тебе вторую молнию на лбу пропечатаю! |
| 1522 |
Гарри съёжился и попытался сесть – разговаривать лёжа с разозлённым Сметвиком было ужасно неприятно. С непривычки он запутался в полах своей новенькой мантии, чуть не упал с кушетки и все-таки расплакался. |
| 1523 |
И тут случилось нечто странное. Во всём кабинете множество каких-то штук взвыло и загудело, «хрустальный шар» на тумбочке замерцал и начал стремительно заполняться клубами чёрного дыма. |
| 1524 |
– Что за херь?! – Сметвик подскочил к столу. – Ого! Слышишь, шкет, прекрати, а то сейчас стационарные в коридорах завоют, и будет нам паника по полной программе! |
| 1525 |
Янус подхватил Гарри, прижал к себе и зашипел на Сметвика: |
| 1526 |
– Это ты прекрати! Зачем ты напугал мальчика? Гарри, не бойся, он только с виду такой мордоворот. Он же целитель, он клятву давал не причинять вреда. Успокойся, малыш, мы вылечим тебя, когда поймём, что с тобой случилось. Тихо, маленький, всё хорошо. |
| 1527 |
Успокаивающие поглаживания Януса только добавили Гарри слёз. Он рыдал, вцепившись в лимонную мантию, и горько сожалел о том, что вообще раскрыл рот. Нужно было назваться Дурслем, вылечить глаза и вернуться только после школы – узнать условия приёма на работу. |
| 1528 |
Тут Гарри оторвали от Януса, бесцеремонно разжали челюсти, влили в рот какую-то противную жидкость и зажали нос, заставляя её проглотить. Гарри отбивался, но со Сметвиком было не сладить. |
| 1529 |
– Потерпи, – сказал он, удерживая трепыхающегося Гарри, – сейчас. Цыц, говорю, пацан. |
| 1530 |
На Гарри вдруг накатило спокойствие, настолько неожиданное и чужое, что он сразу понял – это подействовала противная жидкость. Всё, что выло и звенело, заткнулось, и только шар остался чёрным-пречёрным. |
| 1531 |
Гарри перестал дёргаться и устало ткнулся лбом в плечо Сметвику: |
| 1532 |
– Отпустите, пожалуйста. Верните мне очки, и я пойду домой. |
| 1533 |
– А вот сейчас посмотрим, пойдёшь ли ты домой в очках или без них, – ответил Сметвик, ловко выпутал Гарри из мантии и на руках отнёс его на кушетку. – Пойми, не часто ко мне в кабинет является газетная утка и утверждает, будто она существует на самом деле и даже умеет крякать. |
| 1534 |
|
| 1535 |
– Да что вы всё время обзываетесь! – разозлился Гарри, чужое спокойствие стремительно улетучивалось прочь, а приборы на столе задрожали, готовясь взвыть. – Я не утка, а миссис Малкин – хорошая женщина! |
| 1536 |
– Полуторная доза для его возраста и веса, – озадаченно проговорил Сметвик. – Ни хрена у тебя метаболизм, парень! Ты точно Поттер? |
| 1537 |
– Нет, – буркнул Гарри, поняв, что извинений не дождётся. – Я – Дурсль. Ну, осенью буду. |
| 1538 |
– Кто?! |
| 1539 |
Гарри тяжело вздохнул и закрыл глаза – достал его этот Сметвик. Он размеренно задышал. Так, как учил его дядя Вернон. Дядя делал дыхательную гимнастику, чтобы не болело сердце. Гарри дышал, чтобы успокоиться и не поджечь дом. Тётя смеялась: «Сопите, как Злыдень». |
| 1540 |
Тётя. Одна в магическом мире, а он тут страдает нервными припадками. |
| 1541 |
|
| 1542 |
Вдох, два пульса. Выдох, медленно до конца. Вдох, четыре пульса, Выдох, медленно, не торопясь. Вдох, шесть пульсов. Не дотянул. Выдох, медленно-медленно. Ещё раз, вдох, шесть пульсов, медленный выдох. Захотелось спать. «Очень вовремя, Поттер. В смысле, Дурсль. Надо открывать глаза, а то прямо здесь отрубишься». |
| 1543 |
Гарри открыл глаза. На него в упор пялились оба целителя, судя по лицам, в крайней степени обалдения. |
| 1544 |
– Что опять не так? – спросил он кротко. |
| 1545 |
– Всё не так, – в тон ему ответил Сметвик и ткнул пальцем в прозрачный шар. – Давай по-другому сделаем. Не закрывай глаза. |
| 1546 |
Он поднял волшебную палочку, наставил её на Гарри и произнёс: |
| 1547 |
– Легилименс! |
| 1548 |
Ничего не случилось, хотя Гарри был готов к чему угодно. Сметвик как-то странно посмотрел на него и повторил: |
| 1549 |
– Легилименс! |
| 1550 |
Гарри поморгал на пробу и робко произнёс: |
| 1551 |
– Я по-прежнему плохо вижу. |
| 1552 |
– Ладно, запишем, – нарочито бодрым голосом сказал Сметвик. – Янус, прекрати лупать глазами. Ну да, не берёт его легилименция. Ещё что-нибудь в таком же роде обнаружим, и я побегу валяться в ногах у Скитер и просить у неё прощения. |
| 1553 |
– Можете с меня начать, – не удержался Гарри. |
| 1554 |
– Не квакай, уникум, – буркнул Сметвик. – Может, я и клялся не причинять вреда, зато пользы могу причинить столько, что мало не покажется. |
| 1555 |
Гарри дёрнулся и попытался сползти с кушетки. Янус молча залепил Сметвику подзатыльник, присел к Гарри на кушетку, посадил его к себе на колени и приобнял: |
| 1556 |
– Рассказывай, не бойся. Мы давали клятву именем Гиппократа. Тёзка его, правда, немного тролль, но дело своё знает. |
| 1557 |
Сметвик фыркнул, но смолчал. Гарри ещё раз вздохнул и начал рассказывать. Про поджоги и дыхательную гимнастику, про госпиталь на Ормонд-стрит и опыты на кошках, про письмо из Хогвартса и мантии мадам Малкин, и, самое главное, про то, какого он свалял дурака, когда полез сводить шрам самостоятельно. |
| 1558 |
Поттер рассказывал, не поднимая глаз, а потому не видел, какими ошарашенными взглядами обменивались целители. |
| 1559 |
– Твои маглы ещё живы? – спросил по окончании истории Сметвик. |
| 1560 |
– Да, конечно, – озадаченно ответил Гарри. – А что? |
| 1561 |
– Везунчики, вот что, – Сметвик поднялся и походил по кабинету взад-вперёд. – Янус, не спускай парня с рук, так, по-моему, будет лучше. Давай-ка, шкет, ещё раз на тебя посмотрим, только с двумя вредноскопами. |
| 1562 |
Он принялся взмахивать палочкой и говорить на латыни чёткими и быстрыми фразами. Вокруг Гарри вспыхивали разноцветные всполохи, воздух нагревался и остывал, лоб щекотали невидимые пёрышки. Пару раз палочка выдавала уже знакомый Гарри сноп ало-золотистых искр, тогда Сметвик говорил: «Твою Моргану!» – и повторял некоторые латинские фразы с другой интонацией. |
| 1563 |
Наконец Сметвик воткнул палочку в чехол на предплечье и утёр пот со лба. |
| 1564 |
– Теперь ложись, – сказал он, – будем лечить твои глаза. Тики, стой рядом, подхватишь, если что. |
| 1565 |
|
| 1566 |
Гарри лёг и спросил: |
| 1567 |
– Глаза открыть? |
| 1568 |
– А без разницы. Там не в них дело, – Сметвик неожиданно хихикнул, – коллега. |
| 1569 |
Гарри покраснел и зажмурился. Вот же… Гиппократ! Проще не болеть, чем у него лечиться. |
| 1570 |
Опять щекотка в районе лба, тихое позвякивание чего-то стеклянного, негромкий речитатив на латыни и вспышки света перед закрытыми веками. |
| 1571 |
– Открывай, – скомандовал Сметвик. – Принимай работу. |
| 1572 |
Гарри робко приоткрыл один глаз, охнул и распахнул оба. Он видел всё! Абсолютно всё! Фигурную ручку двери, эмблему на рукаве у Януса (скрещённые волшебная палочка и кость; Гарри был готов поклясться, что кость – большая берцовая, а в палочках он ещё не разбирался), перламутровые пуговички на рубахе Сметвика, редкие облачка за окном, морозные прожилки на «хрустальном шаре» – всё. |
| 1573 |
– Спасибо, – прошептал Гарри, чувствуя, что вновь готов разреветься, только уже от счастья. |
| 1574 |
– На здоровье, – тепло улыбнулся Янус. |
| 1575 |
Сметвик сидел за столом, сдвинув на край все воющие и звенящие штуки, и обтрёпанным пером что-то строчил на большом куске пергамента. Он хмурился, а Гарри опять встревожился. Вдруг ничего не получилось и эффект кратковременный? |
| 1576 |
– Пацан, ты советы выслушивать склонен? – спросил целитель. |
| 1577 |
Гарри подумал: |
| 1578 |
– Смотря по тому, чьи советы. Ваши – склонен. |
| 1579 |
– Благодарю за честь, – ехидным тоном сказал Сметвик, а Гарри закатил глаза. – Тогда слушай. Под конец войны творилось хрен знает что. Никто уже толком не знал, кто за что воюет и кто с кем сражается. Гражданские войны, они такие, шкет. И больше всего отлетает тем, кто не хотел в них участвовать. Начиналось-то всё почти цивильно, с политических убийств. Цветы, речи, газеты, все дела. А закончилось кровавой баней. Мы на вызовы по трое срывались: двое работают, а третий – на шухере. Ублюдков хватало, могли и по жёлтой мантии зашарашить. Просто так, чтобы проредить чистокровных. Януса и других полукровок в поле мы не выпускали: силы у них не те, могли и не отбиться. |
| 1580 |
– Слабенький полукровка, – сладким голосом пропел Янус и кокетливо похлопал глазами. – Вот и ещё один такой пришёл, слабенький. |
| 1581 |
– Не сбивай, – поморщился Сметвик, – в кои веки я решил молодёжь поучить. Так вот. Под занавес все дрались со всеми, уже было не отличить – политическое это убийство, сведение счётов под шумок, разбой с ограблением, или просто кто-то с перепугу зелий обожрался и мочил всякого, кто попался на глаза. Ну, или сочетание вышеперечисленного в любой комбинации. Понял? |
| 1582 |
Гарри сглотнул и закивал. |
| 1583 |
– Поэтому запомни накрепко – никто не знает, кто и зачем убил молодых Поттеров. Никто не знает, куда девался Тёмный лорд, и какое к этому отношение имеешь лично ты. И никто не знает, кто ты такой на самом деле. |
| 1584 |
– В смысле? – испугался Гарри. |
| 1585 |
– В прямом, – хмуро сказал Сметвик. – Я вытащил из руин достаточно детских трупов, чтобы понять, что и в волшебном мире чудес не бывает. |
| 1586 |
Целитель замолчал, посопел сердито и продолжил: |
| 1587 |
– Ты, когда свою официальную историю читать будешь, имей в виду – Авада Кедавра убивает всякого, кто имеет хоть какую-то нервную систему. Медицинский факт. Тел Поттеров никто из целителей Мунго не видел, причины их смерти колдомедиками не выяснялись. Раненого ребёнка тоже никто не видел и не лечил. А надо было, Авада там или не Авада. Я потому и решил сам для себя, что Поттеров грохнули всей семьёй, а имя несчастного мальца решили использовать в качестве пропагандистского трюка. У политиков, как известно, совесть купируется в младенчестве, чтобы не мешала жить во имя всеобщего блага. Потом, если придёт время и припрёт нужда, достанут какого-нибудь парня, схожего с покойным Джейми, и скажут, что вот он – символ борьбы за права маглорождённых. |
| 1588 |
Янус погладил Гарри по голове, а тот во все глаза уставился на Сметвика. |
| 1589 |
– И тут является полуслепой шкет без палочки и заявляет, что он Гарри Поттер, – Сметвик хлопнул рукой по столу, Гарри с Янусом вздрогнули. – Нам нужно ждать Третьей магической, а? |
| 1590 |
Гарри никак не мог осмыслить сказанное, а потому брякнул первое, что пришло в голову: |
| 1591 |
– А зачем нужно было палочку брать? |
| 1592 |
– Действительно, – ядовито сказал Сметвик, – за каким жмыром магу палочка? Я ей спину чешу, например, если рукой не достать. |
| 1593 |
– У меня есть палочка, – Гарри понимал, что несёт чушь, но никак не мог остановиться. – Не помню, сколько дюймов и дерево забыл, но внутри перо феникса. Я её купил у Олливандера неделю назад, она в коробочке лежит дома. |
| 1594 |
– Я правильно понял, – спросил Сметвик вкрадчиво, – что всё, о чём ты тут рассказывал, ты делал без палочки? |
| 1595 |
– Д-да, – холодея, ответил Гарри. – А что? |
| 1596 |
– А заклинания какие использовал? – озадаченно поинтересовался Янус. |
| 1597 |
– Я просто думал, и оно само, – признался Гарри, краснея. Тоже ещё, выискался маг – ни палочки, ни заклинаний. Позорище! |
| 1598 |
Сметвик выхватил свою палочку, рявкнул: «Секо!» – и протянул Гарри своё рассечённое предплечье. Рана была неглубокая, но длиной дюймов пять и сильно кровоточила. Гарри испугался, такие большие порезы он ещё не лечил. |
| 1599 |
Он закусил губу, собрал всю «экстрасенсорную» силу и накрыл рану обеими ладонями. Сепсиса можно было не бояться, это Гарри уже выяснил. Под ладошками привычно потеплело, Гарри чуть-чуть расслабился и принялся «шептать». Иногда он уговаривал рану закрыться, а иной раз повторял строение части тела, которую лечил. Вот и сейчас он забормотал тихонько: |
| 1600 |
– Предплечье – это средний сегмент верхней конечности. Скелет предплечья образован локтевой и лучевой костями. Обе кости по всей длине соединены межкостной перепонкой. Мышцы предплечья делятся на две группы: переднюю – сгибатели и пронаторы (1) и заднюю – разгибатели и супинаторы.(2) Кровоснабжение предплечья осуществляется лучевой и локтевой артериями. Венозный отток происходит через подкожные и глубокие вены. |
| 1601 |
До строения нервной системы предплечья Гарри не дошёл – рана затянулась. Бледно-зелёный Сметвик, не отрываясь, смотрел на заживлённый порез, от которого даже шрама не осталось. |
| 1602 |
– Вам плохо? – забеспокоился Гарри. |
| 1603 |
– Мне охрененно, – сдавленно прохрипел Сметвик. – Янус, ты тоже это видел? |
| 1604 |
Янус молча кивнул и во все глаза уставился на Гарри. |
| 1605 |
– Я знаю, что неправильно лечу, – Гарри закусил губу, – но меня никто не учил. А в Хогвартсе меня научат, как надо. И я приду сюда работать. |
| 1606 |
– Если доживёшь, – медленно произнёс Сметвик. Он всё ещё рассматривал свою испачканную кровью руку. – Пацан, ради Мерлина, больше никому эти вещи не показывай. Вообще никому, даже мне. |
| 1607 |
– Но почему? – расстроился Гарри. – Я что-то совсем неправильное делаю? Вам было больно? |
| 1608 |
Сметвик заговорил глухо и монотонно, не глядя на Гарри: |
| 1609 |
– Судя по сегодняшнему обследованию, над тобой проводили какие-то кровные ритуалы. Косо проводили, наобум, по книжкам. Ничего удивительного, к Дамблдору из всех Блэков примкнул самый никчёмный – Сириус. Я в ритуалах почти не смыслю, да и времени прошло порядочно, деталей рассказать не могу. Легилименция тебя не берёт вообще, значит, воссоздать воспоминания не получится. Тебе в голову что-то пытались подсадить. А может, оно само встряло из-за криворукости этих идиотов, не знаю. Шрам чересчур аккуратный – явно ритуальный. И хрень эта сидела очень плотно, пока ты её не вынес. Ты её почти убил, когда пытался свести шрам. |
| 1610 |
Гарри и Янус переглянулись. |
| 1611 |
– Какая хрень? – жалобно спросил Гарри. – Целитель, я ничего не понял! |
| 1612 |
Сметвик тяжело вздохнул и протянул Гарри матовую склянку с плотно притёртой пробкой: |
| 1613 |
– Вот она. До сих пор в коме. Спрячь куда подальше, лучше к гоблинам в сейф. Вырастешь – разберёшься, что за хрень. Я почему-то верю в это. |
| 1614 |
Гарри взял склянку и заглянул Сметвику в глаза: |
| 1615 |
– Что же мне делать? |
| 1616 |
– Я бы сказал, что сидеть тихо. Ты – тёмный, а Поттеры всегда были светлыми магами, хотя и очень-очень сильными. Не зря твоего деда обженили Блэки. Они всегда чуяли силу вернее, чем нюхлеры золото. |
| 1617 |
– То есть, я не Поттер? |
| 1618 |
– Ты сказал, что Джеймса Поттера изгнали из рода. Поэтому, ты в любом случае никакой не Поттер. Ты сам по себе. Но всё равно сиди тихо, прошу тебя. Учись потихоньку, не высовывайся. И если хочешь жить, никому не показывай эти свои умения. Всё запомнил? |
| 1619 |
– Целитель, вы сказали, что учились в змеином доме. |
| 1620 |
– Ну? |
| 1621 |
– Это там, где учат со змеями разговаривать? |
| 1622 |
Сметвик громко застонал и с размаху приложился лбом о столешницу. |
| 1623 |
– Это же не значит, что ты говоришь со змеями? – спросил он, не поднимая головы от стола. |
| 1624 |
– Говорю, – пискнул Гарри. – Это тоже плохо? |
| 1625 |
– Это полный пиздец, пацан. На твоём месте, я бы вообще все семь лет прикидывался глухонемым идиотом, и писался в кровать время от времени, чтобы никто ни о чём не догадался. Янус, давай Непреложный – ты этого парня никогда не видел и не слышал. Я тоже дам такой обет, Гарри. |
| 1626 |
|
| 1627 |
Выслушав оба обета, Гарри растерянно посмотрел на целителей: |
| 1628 |
– Спасибо вам огромное. И за лечение, и за советы. Я пойду? |
| 1629 |
– Удачи, шкет. |
| 1630 |
– Будь счастлив, Гарри. Пиши, если что. |
| 1631 |
И Гарри пошёл на первый этаж, к камину. |
| 1632 |
*** |
| 1633 |
Сметвик посмотрел на Януса и невесело усмехнулся: |
| 1634 |
– Ну вот, Дамблдор и на Нотта нашёл управу. |
| 1635 |
– В смысле? – удивился Янус. – Ты про мальчика? Очень любопытные способности, и парселтанг к тому же. Настоящий уникум, ты прав. Но Нотт – это же страшная мощь, ты сам трупы видел. Что ему маленький мальчик, пусть и змееуст? |
| 1636 |
– Ты что, не понял?! Эх ты, мажонок сопливый. Этот маленький мальчик не только змееуст, но и некромант. Сказочки про Рыцаря Смерти знаешь? Получается, ещё один родился. Если этот пацан доживёт хотя бы до двадцати лет, мы здесь все пятый угол начнём искать. |
| 1637 |
Янус Тики растерянно моргал, не в силах произнести ни слова. |
| 1638 |
– Магнус, ты сбрендил! – Причард с силой хлопнул ладонью по столу. |
| 1639 |
Нотт тяжело вздохнул. А чего он, собственно, ждал? Парни и так проявили чудеса терпения, пока Магнус, тот ещё оратор, пытался объяснить им своё решение продаться Малфою. Да, именно что продаться, сам себе Нотт врать не умел. |
| 1640 |
– Народ, я никого не заставляю, честно, – Нотт едва подавил острое желание по-малфоевски потереть виски. Вот же, сука, с кем поведёшься… – Я ничего не обещал насчёт вас. Ну, наберу второй состав, делов-то. Люциус сказал, что лет пять у нас есть, успею натаскать. |
| 1641 |
– У них есть пять лет, вы слышали? – Причард мученически закатил глаза, а Флинт стиснул кулаки и засопел, что обещало в самом скором времени вспышку неконтролируемого бешенства. – А нам прикажешь по домам разбегаться, а, лорд Нотт?! |
| 1642 |
– Ребята, – Магнус мрачно посмотрел на Ближний круг своего Ковена, – не то чтобы меня радовала мысль записаться в Тёмные лорды, но больше некому, понимаете? Дело кажется мутным донельзя, прямой резон вас поберечь. Будет кому за меня отомстить, если Люций соврал. |
| 1643 |
– Ясное дело, соврал, – взволнованно сказал Бэддок. – Это же Малфой. Он брешет как дышит. Магнус, мы не о себе печёмся, если ты заметил. |
| 1644 |
– Да, Магнус, – пробасил Флинт, кое-как переборов свой гнев. – Малфои – мастаки обделывать свои делишки чужими руками. А ты встрял в самую серёдку того, что очень плохо закончилось десять лет назад. |
| 1645 |
– А что, дальше будет лучше?! – взорвался Нотт. – Ты газетки-то читаешь, Флинт? Гарри, мать его раком, Поттер – герой Первой магической войны. Первой, понял? Не Второй. Не было никакой войны с Гриндевальдом, не дохли под бомбами маги вперемешку с маглами, не сыпались из порталов ублюдки-смертники в магловской форме со свастикой и не выкосило в непрерывных боях половину старых семей. Великий светлый маг, оказывается, сам всё сделал – и войну выиграл, и бывшего трахаля окоротил. Победил, сука, на дуэли. |
| 1646 |
Флинт грязно выругался, а остальные маги угрюмо заворчали. Все они родились после Первой войны, но рассказы уцелевших отцов и дедов запомнили крепко. |
| 1647 |
Эта война дорого встала волшебному миру, таких страшных потерь не было за всю историю магической Британии. Впервые после принятия Статута о секретности Министерство магии возобновило контакты с магловским правительством. Иначе было не устоять – Гриндевальд не брезговал ни оружием «простецов», ни их тактикой ведения войны. Множество старых семей было уничтожено в боях с наёмниками Гриндевальда, множество исчезло уже после войны, потому что не осталось ни одного мужчины, способного продолжить род. |
| 1648 |
Дамблдор действительно победил Гриндевальда на дуэли, только это был уже совсем другой Гриндевальд – насмерть испуганный коварством и кровожадностью своих магловских союзников и полностью осознавший последствия своих дурацких юношеских мечтаний. В Нурменгард старина Геллерт бежал вприпрыжку, обгоняя конвой, потому что к концу войны насчитывалась не одна тысяча охотников развесить его кишки на просушку. Во имя, так сказать, общего блага. |
| 1649 |
А потом маглы взорвали два японских города своим новым жутким оружием, и магические барьеры по всему миру закрылись наглухо, без предупреждений и объяснений. С такими соседями разговаривать было не о чем. |
| 1650 |
Маги и сами не славились пацифизмом: какие-то междоусобные свары тлели всегда, какие-то счёты сводились почти непрерывно, и все дружили против всех. Но магловская иррациональная жестокость и страсть к массовому уничтожению себе подобных претила даже самым воинственным из чистокровных волшебников. Враждовать можно с кем-то, кто тебе лично знаком и чем-то досадил, а убивать сотнями тысяч ради абстрактных идей… До такого извращения потомственные маги не могли додуматься в принципе. |
| 1651 |
До Первой магической войны в Ковене состояло тридцать пять семейств, после войны – тридцать два. Но что это были за семейства – покалеченные бойцы, глубокие старики, юные вдовы и детвора, то и дело норовившая сбежать из Хогвартса на помощь своим родным. |
| 1652 |
Былого могущества Ковен так и не восстановил, пошли другие времена и навалились другие беды. Сейчас у Нотта было всего два десятка полноценных бойцов из двенадцати старых семей, но для нынешней полумагловской магической Британии это была грозная сила, внушающая ужас одним своим существованием. |
| 1653 |
|
| 1654 |
Магнус Нотт принял род и Ковен в неполные тридцать, будучи совсем сопляком по магическим меркам. И, надо думать, наделал немало ошибок. Одни Метки на его людях чего стоят. Да и с финансами дело могло бы обстоять получше. Зато он сумел отстоять интересы своих вассалов в войне двух «идейных» полукровок и не потерял ни единого доверившегося ему человека. |
| 1655 |
А теперь Ближний круг главы Ковена, состоящий из Ургхарта, Причарда, Флинта, Бэддока и молчуна Блетчли, поносил своего друга и сюзерена, не стесняясь в выражениях. Дожил ты, Нотт. И всё из-за Малфоя. |
| 1656 |
Ближний круг, меж тем, притих и внимательно всматривался в гневно-сконфуженную физиономию своего предводителя. |
| 1657 |
– Так ты против Дамблдора подписался воевать? – наконец спросил озадаченный Бэддок. – Мы не надорвёмся, Магнус? Их же тысячи, грязнокровок. Мы даже у Лорда подобным не занимались, не умею я мясником работать. |
| 1658 |
Нотт скрипнул зубами. |
| 1659 |
– Я подписался никуда не лезть до поры, – сказал он, – и за это получать от Малфоя содержание. А когда придёт время, объявить себя… Ну, там будет видно – кем. Главным, короче. Не будем мы мясниками, Бэддок, честно. |
| 1660 |
– Тогда почему ты нас гонишь? – спросил Причард. |
| 1661 |
– Не гоню я никого, – Нотт всё-таки потёр виски. – Пытаюсь хоть кого-то в тылу оставить, если не выгорит. Чтобы кто-то ещё раз попробовал. Это, конечно, если Малфой не соврал. |
| 1662 |
Малфоя он упомянул зря, потому что бойцы тут же вернулись к тому, с чего начали: |
| 1663 |
– Верить Малфою, виданное ли дело? Это же Малфой! Скользкий друг Тёмного Лорда. Гнида подлая, вечно всех стравливал между собой. Блин, вздохнуть боялись, чтобы он Лорду ничего лишнего в уши не надул. С Макнейром и Сивым какие-то дела тёр, а этим выродкам чистокровного мага ради развлечения пришибить, как два пальца обосс… Гхм… Да ну, Магнус, ты нашёл с кем якшаться! Может, тебя на сглазы проверить? |
| 1664 |
Бэддок выдал последнее, самое страшное малфоевское прегрешение, перед которым меркли все предыдущие неблаговидные дела и делишки скользкого друга Лорда Судеб: |
| 1665 |
– Он же Снейпа трахает! Ты себе это можешь представить?! |
| 1666 |
Нотта перекосило. Это да, трахать Снейпа всё равно что сношаться с василиском – так же весело, приятно и безопасно. |
| 1667 |
– Тогда получается, что Люций – храбрый мужик, – попытался отшутиться он, но злобное ворчание вассалов заставило его заткнуться и сникнуть. |
| 1668 |
– Скажи-ка мне, Магнус, – спросил Ургхарт, всё это время упорно молчавший, – о чём ты промолчал? Люциус рассказал тебе что-то ещё. |
| 1669 |
Ближний круг умолк и уставился на Нотта. Магнус молча кусал губы. |
| 1670 |
|
| 1671 |
– Мы никуда не уйдём, даже не надейся, – мягко сказал Ургхарт. – Куда ты, туда и мы. Выкладывай. |
| 1672 |
– Клятва, – пробурчал Нотт. |
| 1673 |
– Хоть десяток, – пожал плечами Ургхарт. |
| 1674 |
Остальные молча кивнули. |
| 1675 |
– И детям – ни слова, – после тяжёлого вздоха медленно проговорил Нотт. – Люций на этом особенно настаивал. В Хоге сидят два сильнейших в Европе легиллимента, а амулеты… Короче, ясно, да? |
| 1676 |
Магнус задумчиво побродил по комнате, пнул поленницу возле камина, зачем-то пошуровал кочергой в остывших углях и глухо сказал: |
| 1677 |
– Малфой готовится к Третьей магической. Давно готовится, с той самой ночи, когда прочёл посмертное письмо отца. Абраксас был уверен в том, что Лорд вернётся. |
| 1678 |
Ошеломлённые маги как по команде посмотрели каждый на своё левое предплечье. Метки были серыми, как будто выцветшими. |
| 1679 |
– Абраксас тоже Малфой, – недоверчиво фыркнул Бэддок, Флинт согласно кивнул. |
| 1680 |
– Абраксас, – возразил Ургхарт, – спас почти всех. Это он торговался с Дамблдором после войны. Это он снабжал деньгами тех, кого сумел переправить в Европу. Это он купил или запугал министерских. Всего десять человек в Азкабане – сторонники Его темнейшества отделались лёгким испугом. Тебе хорошо говорить, Бэддок, твоя семья состоит в Ковене почти триста лет. Ты и не знаешь, каково это – жить без лорда-дракона за спиной. Нотты всегда были над законом. Вспомни, мы просто развернулись и ушли, никто не посмел ничего предъявить. |
| 1681 |
– А как так получилось, что Абраксас своего хахаля сдал Дамблдору? Долохов-то в Азкабане, – Бэддок хмыкнул. – Неужели так надоел? |
| 1682 |
– А откуда ты знаешь, что за цену стребовал Дамби? – вскинулся обычно молчаливый Блетчли. – Мать говорила, они надышаться друг на друга не могли. Тони отчаянный был, мог и сам в Азкабан пойти, чтобы Малфоев не тронули. |
| 1683 |
– Потише, девочки, – рыкнул Флинт, – потом чужих хахалей обсудите. Тут дела поважнее есть. |
| 1684 |
– Лорд-дракон! – невесело рассмеялся Нотт. – Ебать, как лестно. Всё бы отдал, чтобы это было правдой. Ну так вот. Люциус уверен, что Лорд умер. И Люциус готов поклясться, что Лорд вернётся. |
| 1685 |
– Да ну нахрен! – пока остальные недоумённо переглядывались, Флинт побледнел и как-то суетливо отмахнулся. – Что за шутки?! Не может быть, никто из магов на это не пойдёт! |
| 1686 |
– А из полукровок? – ласково спросил Нотт. – Которых Мерлиновым попущением воспитывали маглы? |
| 1687 |
– Вы о чём? – спросил Ургхарт. – Мы чего-то не знаем? |
| 1688 |
– О некромантии и возврате из-за Грани, – Нотт прикрыл глаза и помотал головой. – Это такая гадость, ребята, вы просто не представляете. Ваши семьи сравнительно молоды, вы этих страшных историй не знаете. |
| 1689 |
– Испанский лич? – спросил Ургхарт. |
| 1690 |
– Примерно, – сказал всё ещё бледный Флинт. – Только тот бедолага при жизни не собирался людей жрать и не готовился воскреснуть. Он хороший был лич, случайный. Почти безмозглый, ко всеобщему счастью. Другое дело, когда творили прижизненные ритуалы на возврат. Оттуда ТАКОЕ возвращалось… А уж как ОНО загонялось назад… По сотне лет потом расхлёбывали. |
| 1691 |
– Тёмный лорд был некромантом? – нахмурился Ургхарт. – Какой кошмар, кому мы служили! |
| 1692 |
– Хуже, – мрачно проговорил Нотт. – Лорд не был некромантом. Но был уверен, что сможет им стать. Настоящие некроманты, чтобы вы знали, упокаивали нежить, а не творили её. Они с огромным почтением относились к Смерти и были её вернейшими слугами. Чтобы ладить с некромантом, нужно просто не лезть в его дела и вежливо здороваться при встрече. |
| 1693 |
– Интересная точка зрения, – не сдавался Ургхарт, – но не особо верная. |
| 1694 |
– Много ты знаешь, умник, – к Флинту потихоньку возвращался обычный цвет лица. – Некросы были ребята что надо, если их не трогать. Но обязательно находился какой-нибудь идиот, кому нужна была власть над Смертью. Этот идиот пытался нагнуть некроманта, а тот… Короче, проблема решалась радикально. |
| 1695 |
– А если некроманта не случалось, что поделать, не часто они родятся, – перебил Флинта Нотт, – то такие идиоты пытались нагнуть саму Смерть. Результаты получались поскромнее, всё-таки дилетанты, но тоже ничего хорошего. Наш Лорд, по мнению Малфоя, как раз такой дилетант. |
| 1696 |
– И что? – спросил Бэддок. – Воскреснет – упокоим. Магнус круче некроманта – два пульсара и готово. |
| 1697 |
Нотт ткнул пальцем в свою Метку: |
| 1698 |
– Это, во-первых. |
| 1699 |
Ближний круг помрачнел и переглянулся. |
| 1700 |
– А во-вторых, – Нотт опять потёр виски, – Малфой не уверен, что воскресший Тёмный лорд не будет плясать под дудку Великого светлого мага. |
| 1701 |
Маги ошеломлённо уставились на Нотта. |
| 1702 |
– Прости, Магнус, – сказал Ургхарт. – Вот с этого момента я перестал понимать и тебя, и, помогай Салазар, Малфоя. |
| 1703 |
|
| 1704 |
Нотт поморщился. Люциус говорил горячо и убеждённо, поминутно заглядывая Магнусу в глаза. Он выложил новость об играх с некромантией небрежно, как давным-давно известную всем, кроме растяпы Нотта. |
| 1705 |
Люций был уверен – бывший Лорд баловался воскрешающими ритуалами и Дамблдор об этом знал. Малфой глотал огневиски и убеждал Нотта в том, что Лорд не сумел возродиться самостоятельно, его план триумфального возвращения провалился. |
| 1706 |
|
| 1707 |
Скорее всего, то, что осталось от Лорда, болтается где-то на Грани. «С таким дерьмом справлялись даже магловские экзорцисты, это не страшно, – Люций ухмылялся знаменитой кривой усмешкой Тони Долохова и от этого Нотту становилось не по себе. – Но, готов поклясться, Дамблдор поможет Тёмному лорду вернуться. Наш дорогой Альбус крайне заинтересован в возрождении какой-нибудь страшной твари». |
| 1708 |
Малфой говорил, что Дамблдор наверняка попытается взять тварь на поводок, чтобы как следует всех запугать, а потом, после долгой борьбы и неизбежных жертв, победить её и по праву победителя перекроить жизнь в магической Британии. |
| 1709 |
«Сценарий известен, – говорил Люций. – Нас, кто останется жив, раздерут на клочки разъярённые грязнокровки и те из нейтралов, чьи семьи помладше и поглупее. Слуги Тьмы, туда нам и дорога. Будут показательные суды и массовые казни, старых семей не останется». |
| 1710 |
Малфой был убеждён, что главная опасность исходит не от полукровок, заигравшихся в повелителей Смерти, а от Монтегю. Старый лис опять попробует отсидеться в стороне и будет удерживать своих сторонников от активных действий. |
| 1711 |
«Только это уже не поможет, – с горечью говорил Люций. – Изведут всех, правых и виноватых, с Метками и без Меток. Всех, под корень. А потом пойдут дружить с маглами и сгинут сами». |
| 1712 |
Выход, по мнению Люциуса, заключался в объединении всех старых семей под началом сильного, умного и обаятельного лидера, не замеченного ни в какой мерзости. Нотт подходил под эти требования идеально. |
| 1713 |
Стратегию и тактику ещё предстояло разработать, но Люций был уверен, что немного времени у них осталось. Нотт, ошеломлённый этим новым Люциусом, даже не мог ничего возразить и только слабо кивал, находя подтверждение своим тайным невесёлым мыслям о будущем волшебного мира. |
| 1714 |
Теперь Нотт, ёжась под внимательными взглядами своего Ближнего круга, излагал малфоевские идеи. Ясное дело, получалось у него вовсе не так гладко, как у Люция, но маги бледнели и беззвучно хватали ртами воздух – значит, проняло. |
| 1715 |
– И ты, скотина родовитая, хотел нас отослать! – гаркнул Флинт. – Совести у тебя ни на кнат, Магнус. |
| 1716 |
– Сам такой, – вяло огрызнулся утомлённый долгой речью Нотт. – Это если бывают родовитые тролли. |
| 1717 |
– А почему этот разговор Малфой завёл именно сейчас, а не, скажем, годом раньше? – Ургхарт хмуро сощурился. – Звёзды сошлись? |
| 1718 |
– Сказал, что на днях лично убедился в правильности догадок, – пожал плечами Нотт. – Из мальчишки Поттера делают поводок для твари. Его якобы воспитали маглы, и он носит некромантский амулет. Очень старый, европейской работы. |
| 1719 |
– Мерлин, ребёнка-то за что? – воскликнул Блетчли, его сын был самым младшим из детей Ковена. |
| 1720 |
– Во имя общего блага, не знаешь, что ли, – проворчал Причард. – Общее благо, оно такое, всё стерпит. Бэддок прав, мы надорвёмся. Что ты там говорил про второй состав, Магнус? |
| 1721 |
– Сколько денег тебе Малфой обещал? – Ургхарт встряхнулся и вскочил из-за стола. – Если хотя бы тысчонку в месяц, то будет нам и второй состав. |
| 1722 |
Нотт ухмыльнулся: |
| 1723 |
– Люций обещал всё, кроме жены. Деньги, амулеты, книги, земли мэнора, гоблинов на побегушках, Нидвудский лес и Фенрира со стаей. |
| 1724 |
Маги застыли и потрясённо уставились на сюзерена. |
| 1725 |
|
| 1726 |
– Чего пялитесь? – смутился Нотт. – Из-за одних денег я никогда бы не согласился. Только уж очень новой войны не хочется. |
| 1727 |
– Вот интересно, а что бы Малфой сделал, если бы ты отказался? – отмер Ургхарт. – К кому пошёл? |
| 1728 |
– Ни к кому, – вздохнул Нотт. – Я от неожиданности думал очень долго, просто в себя прийти не мог. И Люциус решил, что я не заинтересован. |
| 1729 |
– И что? |
| 1730 |
Нотт покраснел: |
| 1731 |
– Он встал на колени и попросил принять своего сына в Ковен, не дожидаясь совершеннолетия. Как сироту. А сам собрался идти убивать Дамблдора. Не сказал, но думаю, что и Нарцисса тоже знает. Она – Блэк, сами понимаете. |
| 1732 |
– Врёшь! – выдохнул Причард. |
| 1733 |
Магнус обиделся и гневно засопел. |
| 1734 |
– И ты, конечно, сразу согласился на всё, – заржал Ургхарт. – Моментально. |
| 1735 |
– А что бы ты сделал, окажись перед тобой Малфой на коленях? – буркнул Нотт, всё ещё пунцовый от смущения. |
| 1736 |
– Я бы, – мечтательно завёл глаза Флинт, – расстегнул штаны. Гнида гнидой, а красивый, сука, как… как… |
| 1737 |
Ближний круг грянул хохотом, а Нотт убито махнул рукой. |
| 1738 |
Соратнички, люби их гиппогриф. |
| 1739 |
*** |
| 1740 |
Когда в мутное, отродясь не мытое окно развалюхи в Паучьем тупике магловского городишки Коукворта постучалась роскошная снежно-белая сова, хозяин развалюхи сосредоточенно размышлял над загадочным поведением своего любовника. |
| 1741 |
По всем расчётам, любовник уже должен был прислать три-четыре письма с извинениями и сделать несколько попыток объясниться лично. Во всяком случае, последние десять лет всё так и шло – Северус затевал ссоры, а Люциус каялся во всех грехах, истинных и мнимых, и вымаливал прощение. |
| 1742 |
Сейчас же творилось нечто странное, после последнего скандала прошло почти две недели, но Люций не давал о себе знать. Северус даже начал беспокоиться, не случилось ли чего. Беспокойство мешалось с изрядной порцией досады – нашёл о ком думать, это же Малфой, который вывернется из любой ситуации и будет, как ни в чём не бывало, продолжать выносить мозги окружающим. |
| 1743 |
Люциус был проклятьем Снейпа. Единственный из многих и многих поколений Малфоев, уродившийся без капли ума, Люц достался не кому-нибудь, а именно ему, Северусу Тобиасу Снейпу, будто Метки и Дамблдора было мало. |
| 1744 |
Тогда, после гибели Лили и её никчёмного муженька, Северус всерьёз подумывал о сведении счётов с жизнью. Умом Снейп понимал, что гибель Поттеров – кошмарно несчастливое стечение обстоятельств, но со своими чувствами он ничего не мог поделать. |
| 1745 |
Как это ни странно, но из самоубийственного настроения его вышибла Нарцисса Малфой. Её муж, сентиментальный рохля, изнеженный и избалованный сверх всякой меры, был необычайно хорош в постели. Северус и сам не понял, как стал любовником Люциуса Малфоя – богатого и красивого наследника древнего рода, которого видели в стыдных снах все худо-бедно половозрелые маги и ведьмы волшебного мира. |
| 1746 |
Самое странное, что Северус очутился в постели у Люца сразу после скоропалительного замужества Лилиан Эванс, как будто Малфой этого ждал. |
| 1747 |
Пламенно любить прекрасную женщину и трахаться с самовлюблённым павлином – поначалу Снейп не мог найти себе оправдания. Но с течением времени, Северус понемногу успокоился и понял, что на самом деле во всём виноват Люц. Он и Северуса совратил, и собственной женой пренебрегал, отчего та заимела огромный зуб на мужниного любовника. |
| 1748 |
Нарциссу можно было понять и, не будь она Блэк, даже посочувствовать. Но Северус вот уже десять лет всерьёз опасался за свою жизнь. |
| 1749 |
– Послушай меня внимательно, Нюниус, – сказала Нарцисса после ритуала принятия магического наставничества и махнула выщербленным жреческим ножом так, что у Снейпа внутри что-то ёкнуло. – Если ты, падла носатая, даже просто плохо подумаешь о моём муже или, не приведи Салазар, сыне… Помни, я рядом. Тебе в Хоге вроде как неженка Сириус докучал? Так вот, теперь за тобой приглядывает настоящий Блэк. Вник?! Свободен! |
| 1750 |
Северус попытался что-то возразить, но от Нарциссы полыхнуло тёмным пламенем жуткой магии, древней, как сама Земля, и Снейп испугался по-настоящему. |
| 1751 |
Он внезапно понял, что все его мысли о трагической кончине на могиле любимой были красивыми мечтами наивного юноши, несчастного в своей первой влюблённости, а настоящая Смерть именно такая. |
| 1752 |
Страшная. |
| 1753 |
Неотвратимая. |
| 1754 |
Ей всё равно, когда ты придёшь. |
| 1755 |
Рано или поздно приходят все. |
| 1756 |
Следующие десять лет Снейп старательного избегал «настоящего Блэка» Нарциссу и старался порвать с её мужем так, чтобы виноватым оказался именно Люциус. Снейп перепробовал всё – обвинения, скандалы, тяжёлое молчание и, спаси Мерлин, даже истерики. Никчёмный красавчик стоял как скала. Он прощал своему любовнику всё и в любых количествах. Измученный Северус иногда подозревал, что Люциус поспорил с Нарциссой на что-нибудь очень редкое и дорогое и теперь издевается над ним. |
| 1757 |
Две недели молчания, с одной стороны, давали надежду на прекращение опостылевшей связи без последствий в виде «настоящего Блэка» наперевес с ритуальным ножом. С другой стороны, Люций мог попасть в беду. После смерти Абраксаса дела Малфоев стремительно катились под гору, Люциус совершенно ничего не смыслил ни в коммерции, ни в дипломатии. Он вообще ни в чём, кроме секса, не смыслил, его невыносимый Люц. |
| 1758 |
Северус мечтательно улыбнулся, а потом нахмурился. Хватит думать членом, пора включать мозги. |
| 1759 |
Через пару дней Хогвартс-экспресс привезёт некоему профессору зельеварения головную боль на ближайшие пять-семь лет. |
| 1760 |
Гарри Поттер. |
| 1761 |
Сын ублюдка Джеймса Поттера. Сын любимой женщины. Надежда волшебного мира. Герой магической Британии. Истинный гриффиндорец, воспитанный чокнутой сестрицей Лили в ненависти к магам и магии. |
| 1762 |
|
| 1763 |
Снейп до сих пор не знал, как к нему относиться. |
| 1764 |
|
| 1765 |
Собственный горький опыт нежеланного и нелюбимого ребёнка подсказывал, что мальчик будет рад любому знаку внимания, но непоколебимая уверенность Дамблдора в несомненном сходстве отца и сына Поттеров приводила Снейпа в неистовство. |
| 1766 |
В этот момент в окно постучала белоснежная сова. Эта холёная красавица могла прилететь только из Малфой-мэнора. То, что Снейп её не помнил, ничего не значило, сов у Малфоев было много. |
| 1767 |
– Да что же это такое! – прошипел Снейп. – А я-то успел обрадоваться. Давай сюда письмо, как тебя там… |
| 1768 |
Сова ухнула, а старый нечищеный камин полыхнул зелёным пламенем, и показалась голова Альбуса. Директор был озабочен, а оттого не слишком любезен: |
| 1769 |
– Северус, ты нужен мне срочно. Это касается Гарри. |
| 1770 |
Снейп выругался. Началось. |
| 1771 |
Он бросил письмо в огонь, не читая. Люц ещё одно напишет, раз уж взялся. |
| 1772 |
Сова возмущённо заклекотала, но Снейп одним движением палочки отправил её за окно и рявкнул вслед: |
| 1773 |
– Ответа не будет! |
| 1774 |
Потом Северус взял загодя собранный саквояж и шагнул в камин. До следующих летних каникул он не собирался возвращаться в эту развалюху. |
| 1775 |
|
| 1776 |
*** |
| 1777 |
Вернон Дурсль чувствовал бы себя полководцем перед битвой, не попадайся ему на глаза собственные визитки «Граннингс Лтд. Дрели и комплектующие». Хотя, Вернон не знал наверняка, считают ли полководцы себя негодяями, оставаясь на командном пункте, когда их солдаты поднимаются из окопов навстречу граду пуль. |
| 1778 |
Дурсль же чуть не извел себя насмерть, ожидая возвращения Гарри и Петунии и поминутно кляня себя за рассудочность и никчемность. Он, мужчина и отец, сидел и ждал, пока его родные вернутся из магического мира, когда нужно было идти туда самому. |
| 1779 |
Жена и племянник вернулись поздно вечером, измученные и неразговорчивые. Гарри проспал беспробудным сном больше двенадцати часов, а потом накинулся на еду. Встревоженные Дурсли едва дождались, пока Гарри отложит вилку. |
| 1780 |
– Как ты? – серьёзно спросил Дадли. |
| 1781 |
– Отлично, – улыбнулся Гарри, – видишь, меня вылечили, очки больше не нужны. У магов, оказывается, есть врачи. |
| 1782 |
– Ура, – засмеялся Дадли. – Рассказали, где напортачил? |
| 1783 |
Гарри мотнул головой: |
| 1784 |
– Нет, конечно. Велели учиться хорошо. |
| 1785 |
– Правильно велели, – Вернон облегчённо выдохнул. Не очень-то он верил в здравомыслие магов, особенно после рассказа Петунии обо всём, что она узнала от миссис Малкин. Информации было много, Дурсль опять не спал полночи. |
| 1786 |
– Гарри, ты не передумал? – спросил Вернон. – Может, Европа? Снейп не ответил на письмо. |
| 1787 |
Гарри опять помотал головой: |
| 1788 |
– Миссис Малкин рассказала ничуть не меньше. Ничего страшного, оказывается, в Хогвартс поступает довольно много маглорождённых и никто их заживо не ест. Дядя, мы всё уже решили, не нервничай, пожалуйста. Давай лучше завтра все вместе побудем дома? Ну, как обычно? |
| 1789 |
Вернон медленно кивнул: |
| 1790 |
– Конечно, Гарри. |
| 1791 |
Гарри изо всех сил старался вести себя как ни в чём не бывало. Ясное дело, Дурсли что-то заметили, но эту перемену в поведении всегда можно списать на волнение – уже послезавтра рано утром начиналась другая жизнь и для Дадли, и для Гарри. |
| 1792 |
Гарри не рассказал своим родным ни слова из того, что он узнал в больнице святого Мунго. У него в голове постоянно звучал голос Сметвика: «Твои маглы ещё живы?» |
| 1793 |
Дурсли ничего не должны знать, они и так уже сделали для него очень много. Настала пора отдать долги. |
| 1794 |
Гарри стиснул кулаки и зажмурился. |
| 1795 |
Нужен герой, господа маги? |
| 1796 |
Будет вам герой. |
Комментарии