Неудивительно поэтому, что, когда Антипатр потребовал у спартанцев выдачи пятидесяти детей (Антипатр (397–319 гг. до н. э.) — один из крупнейших полководцев и государственных деятелей Македонии), желая иметь их заложниками..., они заявили, что предпочитают выдать двойное количество взрослых мужчин. Так высоко ставили они воспитание на их родине и до такой степени опасались, как бы их дети не лишились его. (Отрывок 621) Книга I, Глава XXV "О педантизме" (иными словами, о том, что составляет суть образования)
И большое спасибо за корректировку словаря, который теперь стал почти "без сучка и задоринки" (не считая редких опечаток в исходной электронной книге)!
У автора данного опуса жуткая мешанина (в просторечии "каша") в голове, в которой намешано (перемешано питательное с отвратным) все, что ни попадалось ему под руку (как малому и любопытному дитя, что тащит в рот все, что ни увидит))). Причем, как и ребенка, часто автора особенно привлекает (и даже захватывает) как раз самое необычное (не самое родственное родной ему культуре).
Без возможности читать (набирая) эту книгу выборочно, отдельными главами, но, как раз напротив, вынужденно поглощая ее последовательно, главу за главой, стоит иметь бо-ольшуший запас оптимизма , стойкости, терпения и терпимости, чтобы не оказаться с пятками накрытым волной тягостных эмоций (можно считать это подсказкой)).
И еще. На 10-м проценте текста мне, кажется, начало становиться понятным, почему с Монтенем, как сказано в аннотации, яростно спорил Декарт - причем лично мне Декарт с его стремлением "дойти... дойти // До самой сути. //...До сущности протекших дней,// До их причины,// До оснований, до корней,// До сердцевины." (Б. Пастрнак) намного ближе. Хотя и Монтень с его неистощимым, как у ребенка - любопытством (пусть и со свойственной эпохе Возрождения детской поверхностности восприятия), вызывает бережное уважение. Человеческое мышление растет и формируется постепенно - шаг за шагом, этап за этапом.
Комментарии
Книга I, Глава XXV "О педантизме" (иными словами, о том, что составляет суть образования)
Без возможности читать (набирая) эту книгу выборочно, отдельными главами, но, как раз напротив, вынужденно поглощая ее последовательно, главу за главой, стоит иметь бо-ольшуший запас оптимизма , стойкости, терпения и терпимости, чтобы не оказаться с пятками накрытым волной тягостных эмоций (можно считать это подсказкой)).
И еще. На 10-м проценте текста мне, кажется, начало становиться понятным, почему с Монтенем, как сказано в аннотации, яростно спорил Декарт - причем лично мне Декарт с его стремлением "дойти... дойти // До самой сути. //...До сущности протекших дней,// До их причины,// До оснований, до корней,// До сердцевины." (Б. Пастрнак) намного ближе. Хотя и Монтень с его неистощимым, как у ребенка - любопытством (пусть и со свойственной эпохе Возрождения детской поверхностности восприятия), вызывает бережное уважение. Человеческое мышление растет и формируется постепенно - шаг за шагом, этап за этапом.
Текст словаря-книги заменен на более корректный вариант.
Приятного прочтения и набора!